Читаем без скачивания Знак W: Вождь краснокожих в книгах и на экране - Андрей Шарый

Гойко Митичу приходилось играть и Спартака, и Робина Гуда, и советского маршала, и американского писателя.

В реальной жизни Дина Рида с его «братом по крови» Гойко Митичем связала не только кинематографическая слава. Их обоих интересовала индейская тема, их обоих не минула любовь первой восточногерманской кинокрасавицы той поры, актрисы Ренате Блюме. В 1974 году, в пору расцвета своих романтических отношений, Митич и Блюме в фильме «Ульзана» сыграли супружескую пару, вождя апачей и прекрасную мексиканку Леону. Кинолюбовь закончилась трагически — Леона погибла, вскоре завершился и роман в реальной жизни. В том же году Блюме снималась в картине «Кит и компания» по рассказам Джека Лондона. Главную роль в этом фильме исполнял Дин Рид, который пытался самостоятельно вскопать «индейскую грядку», что было логично для американского актера, да еще из Колорадо, переехавшего в Европу. В середине 80-х годов Рид собрался выступить в качестве сценариста, режиссера и исполнителя главной роли в фильме «Кровоточащее сердце». Сюжет представлял собой историю любви на фоне волнений индейцев в Южной Дакоте в 1973 году, в ту пору это была одна из излюбленных тем социалистической пропаганды. В проекте, помимо DEFA, согласилась участвовать Рижская киностудия, Рид даже съездил в Крым на поиски места съемок. Главную женскую роль сценарист и режиссер отводил Ренате Блюме, которая в 1981 году стала его женой. Для Рида это был третий брак, для Блюме — второй. Рид усыновил Александра, сына Ренате от брака с режиссером Франком Байером (его фильм 1973 года «Якоб-лжец» — единственный в истории ГДР, попавший в номинации на «Оскар»), и дал ему свою фамилию. Ренате Блюм получила признание и в Советском Союзе, причем не только потому, что стала женой американского мастера популярных искусств, пожелавшего столь тесно дружить с Москвой. В составе съемочной группы многосерийного художественного телефильма режиссера Льва Кулиджанова «Карл Маркс. Молодые годы» Блюме в 1980 году удостоена Ленинской премии за роль жены и соратницы вождя мирового пролетариата Женни. Заметил эту яркую актрису и простой советский народ: открытки с портретом Ренате Блюме в 70-е годы помещали за лобовые стекла своих автомашин московские таксисты, а они-то знали толк в женской красоте.

Молодые привлекательные особы были обязательным, хотя далеко не самым важным элементом фильмов с участием Гойко Митича, несмотря на то что его герои имеют столь суровый вид, как будто женщинами вовсе не интересуются. Конечно, «ничего лишнего» рассчитанные на юношескую социалистическую аудиторию киноленты не позволяли, но романтические кадры на фоне природных красот (в одном фильме есть даже невинное голое купание), робкие прикосновения ладоней и несмелые объятия — непременный эпизод почти любого изделия DEFA. В отличие от Виннету, вынужденного хранить вечную соломенную верность дочери вождя ассинибойнов Рибанне, вышедшей замуж «во имя мира» за офицера американской армии, практически у каждого из восточногерманских индейских героев — своя любовная история. В фильме «Текумзе» Митич попал в ту же неприятную ситуацию, что и Пьер Брис: верность своему племени заставила вождя шауни отказаться от любви к бледнолицей дочери судьи Макью и жениться на индейской девушке. «Я как речной камень, который течение реки оторвало от скалы и прибило к твоему берегу», — жалуется Текумзе Эйлин Макью. Правда, индейская супруга Текумзе при первой же возможности, чтобы зрители не подумали плохо о благородном вожде, призналась сопернице: «Я не жена ему, а всего лишь мать его сына». Почти всегда любовь вождя завершалась трагедией: погибал либо герой Митича, либо его суженая, а иногда даже оба (как в дилогии «След Сокола» — «Белые волки»). Вполне благополучный роман у главного героя в фильмах «Чингачгук — Большой Змей» (в отличие от романа Фенимора Купера, в киноверсии Уа-та-Уа остается в живых) и «Северино». Все индейские девушки, представленные публике киностудией DEFA, отличаются накладными волосами цвета воронова крыла и отменной верностью. Возлюбленная Северино (румынская актриса Виолета Андреи), к примеру, десять лет ждала возвращения возлюбленного из мира белых людей, а в последних кадрах еще и избавила вождя от смертельной угрозы, пристрелив обезумевшего индейского знахаря, выступившего против мирного сосуществования бледнолицых и краснокожих. Для оживления сюжета и украшения кадра в фильмах DEFA также присутствуют наивные или, напротив, не по возрасту самостоятельные белокурые дочери американских мировых судей, плантаторов, полковников и промышленников. По два раза в таких ролях отметились Барбара Брыльска (Кэтрин Эмерсон в дилогии о Зорком Соколе) и Аннкатрин Бюргер (Кэролайн в «Смертельной ошибке» и Эйлин Макью в «Текумзе»). Любви этих красавиц, конечно же, добивались самые гнусные богатые негодяи, получавшие решительный отпор; сердца Кэтрин и Кэролайн принадлежали честным шерифам и простым трудолюбивым золотоискателям.

К концу 60-х годов мода на «евровестерны» в западном мире пошла на спад, съемки фильмов о Виннету завершились. А проект DEFA набирал обороты. Судить о качестве фильмов Indianerfilme имеет смысл только в пределах избранного их создателями жанра и учитывая общественные обстоятельства, сопутствовавшие их выходу на экран. Конечно, сценарии писали, исходя из восточногерманских представлений о Великих озерах и Аризоне. Естественно, снимали как умели и как могли. Одним из главных достоинств Indianerfilme киноведы считают стремление к обработке исторических сюжетов и точному воссозданию старой реальности, быта индейских племен. Для каждого из «индейских» фильмов проводились тщательные исследования в этнографических музеях, эксперты бдительно следили за тем, чтобы и прически, и одежда персонажей соответствовали действительности. Для фильма «Апачи», к примеру, пошили 180 мексиканских и 250 индейских костюмов. К съемкам «Следа Сокола» в Германии построили специальный «ковбойский город» Тенглвуд, а на машиностроительном заводе Karl-Marx-Werk изготовили точную копию локомотива Union Pacific 1875. Боевые танцы в исполнении Гойко Митича и его воинов, вигвамы, томагавки, пироги, форма и экипировка американских драгун — все представало на экране «как оно и было в реальности». Но очевидно, что лучше американцев Америку не способен снять никто. «Немецкие вестерны, что с запада, что с востока, могут быть хорошо выполнены технически, но им никогда не соответствовать реальности», — сокрушался кинокритик западногерманской газеты Frankfurter Allgemeine Zeitung. А бывший генеральный продюсер DEFA Вишневски отмечал: «В Indianerfilme найден компромисс между законами жанра, исторической точностью и дидактикой материализма. Эти фильмы не достигли уровня тех американских картин, авторы которых потрудились отойти от клише о Диком Западе. Тем не менее ничего подобного в социалистических странах не производилось».

Пожалуй, самыми характерными для двадцатилетнего «индейского» эпоса DEFA стали два мини-сериала. Помимо объединенных фигурой вождя дакота Зоркого Сокола фильмов «След Сокола» и «Белые волки» 1968–69 годов, это рассказывающие о приключениях вождя апачей Ульзаны ленты «Апачи» и «Ульзана», вышедшие на экраны в 1973 и 1974 годах. Режиссеры Готфрид Колдитц и Конрад Петцольт (на двоих, кстати, они поставили семь из двенадцати Indianerfilme, в которых сыграл Гойко Митич, кроме того, Колдитц еще и сценарии писал) собрали в этих фильмах, кажется, все расхожие идеологические и кинематографические штампы. В то же время здесь заняты лучшие актеры, здесь особенно колоритны злодеи, здесь взгляд Гойко Митича предельно зорок, а его молчание — донельзя многозначительно; здесь, как кипяток, горяча любовь и, как дикая кошка, яростна ненависть. «След Сокола» и «Белые волки» отправляют зрителя к страданиям индейцев дакота в 1870-е годы, когда на их землях близ Черных гор обнаружили месторождения золота. Сюжеты фильмов «Апачи» и «Ульзана» — в работе над ними принимал участие и Гойко Митич — повествуют о ситуации, в которой оказались апачи-мимбреньо во время американо-мексиканской войны 1846–48 годов. Любопытно, что как раз к моменту съемок «Апачей» в США вышел вестерн Роберта Олдрича «Набег Ульзаны» с Бертом Ланкастером в роли белого скаута Макинтоша и Хоакином Мартинесом в роли индейского вождя. В этой (тоже основанной на реальных событиях) картине история Ульзаны, покинувшего резервацию во главе немногочисленного отряда апачей, трактуется совсем иначе, чем в гэдээровской дилогии. Цель апачей, по версии «Набега Ульзаны», — «обновить кровь в жилах», убивать, ибо убивший человека забирает его силу; пытать, ибо если человека пытать, то сила достается многим, как обогревает многих медленно горящий костер. Роберт Олдрич в этом фильме решал и другие, ассоциативные, задачи: в «Набеге Ульзаны» кинокритики отыскали параллели между противостоянием бледнолицых с краснокожими в Аризоне и все еще продолжавшейся «американской» войной во Вьетнаме.