Последним в кабинет вошел Искен, и его появление заставило магистра Каспара удивленно приподнять бровь. Пусть это движение и выглядело нарочито манерным, холод, появившийся в его взгляде, отнюдь не был фальшивым.
-Юный Искен Висснок! - произнес он, тонко и недобро улыбнувшись. - Надо же, а ведь я до последнего убеждал мессира Артиморуса в том, что ваше появление в этой истории - всего лишь недоразумение. Приходится признать, что я ошибся. Моя девочка оказалась не столь уж памятливой, а ее ум - не столь уж холодным, как мне казалось ранее.
-Да уж, мессир, вы заблуждались в отношении меня, - хоть я и пыталась скопировать насмешливые и легкомысленные интонации Каспара, мои слова прозвучали слишком зло. - Но все мы совершаем ошибки. Я вот, к примеру, наивно полагала, что у одного моего старого знакомца не достанет сил меня обмануть - все-таки когда-то мы были друзьями!..
Констан, к которому я повернулась, произнося последние слова, все-таки не был настоящим чародеем, в отличие от Каспара, Артиморуса или того же Искена. Они сохраняли независимый равнодушный вид, когда их прямо обвиняли в предательстве - и даже самое острое слово не могло пробить эту броню. У моего бывшего ученика на то умений пока еще не хватало. Мой удар достиг цели, с его лица словно слетела маска и я увидела прежнее, простодушное и доброе лицо Констана.
-Простите, госпожа Каррен, - жалобно произнес он, выронив из рук забытую книгу. - Но мессир Каспар сказал, что это очень важное дело для всех-всех чародеев, и уж если я решился стать настоящим магом - то никуда не денешься, придется думать наперед всего о благе Лиги! Он мне все объяснил - если бы вы сделали так, как было задумано, то и чародеям от того вышла бы польза, и вам самой... - тут он вконец засмущался и, покраснев, выдавил:
-Вы же сами хотели стать столичной чародейкой, чтоб рядом с магистром Каспаром быть... чтоб вы с ним вместе...
-Понимаю, Констан, - тихо произнесла я, глядя себе под ноги. - Я могу представить, как он тебя убедил. Мне и самой доводилось ему верить.
Магистр Каспар не делал попыток вмешаться в наш разговор с Констаном, но когда я умолкла, обратился ко мне:
-Каррен, тебе следовало бы присесть, раз уж ты решила вести долгие разговоры. Твое право, разумеется, но ты выглядишь вконец измученной.
-Благодарю вас за заботу, сударь, - покачала я головой. - Я крепче, чем вы полагаете. А разговор наш не займет много времени. Эти вопросы я много раз задавала себе, и знаю ответ, но хотела бы услышать его именно из ваших уст.
Каспар любезно кивнул, словно приглашая меня начинать побыстрее - вряд ли он считал, что мои вопросы могут доставить ему значительное неудобство, ведь, по большому счету, все между нами и без того было ясным.
-Итак, - я сделала глубокий вдох, - вы решили, что настало время познакомить меня с моей матушкой. Все эти годы вы знали, что я могу пригодиться вам в борьбе с нею, но приберегали этот козырь на крайний случай. Когда влияние герцогини усилилось до опасных пределов, вы вспомнили обо мне. Но вы не могли не знать, что я никогда не соглашусь встретиться с этой женщиной, никогда не пойду на то, чтобы стать частью интриги, направленной против нее, и одного намека на правду будет достаточно для того, чтобы я отказалась вам повиноваться. Если бы я поддалась на вашу уловку... если бы отправилась в Эзринген - что бы я там узнала? Что вы в тюрьме, а герцогиня требует вашу голову? По-вашему, это заставило бы меня забыть о каких-либо принципах и встать на вашу защиту? О, да, это было вполне вероятно. Увидь я, что вам грозит серьезная опасность, то, конечно бы согласилась, чтобы меня использовали по усмотрению Лиги - все, что угодно, лишь бы помочь вам спастись... Я бы послушно ненавидела герцогиню, и стала бы идеальным рычагом воздействия - если, конечно, эта женщина сохранила какие-либо человеческие чувства в глубине своего иссушенного честолюбием и верой сердца. Но я не откликнулась на ваше послание и исчезла - это нарушило ваши планы, не так ли?
Казалось, мои слова слушали внимательно только Мелихаро да Искен, чьи лица сейчас выражали на удивление схожую тревогу. Леопольд с тоской озирался вокруг, явно пытаясь сообразить, что за черт его дернул впутаться в такую скверную историю, Констан с потерянным видом сгорбился за столом и не решался поднять на меня глаза, Артиморус выглядел обычным рассеянным стариком, случайно оказавшимся в нашей пестрой компании. Тот же, к кому я обращалась, всей своей позой выражал скуку и досаду от того, что приходится выслушивать давно известные истины, и, казалось, не перебивал меня всего лишь из соображений учтивости. Вопрос, которым я завершила свою речь, заставил Каспара недовольно поморщиться.
-Да, разумеется, твое упрямство стоило нам немалых хлопот, - ответил он тоном, которым обычно говорят о событиях, уже не имеющим никакого значения. - Если это заставляет тебя испытывать гордость - что ж, могу дополнить твой рассказ. Как видишь, - он указал на свой рубец, - мои неприятности не были столь уж символическими. У герцогини Арборе острые когти, я порядочно рисковал, отдавая себя в ее руки. Был момент, когда я думал, что игра зашла слишком далеко и мне придется исполнить роль жертвы до конца, что, разумеется, было бы весьма неприятно. Ты оказалась довольно изобретательной - я до сих пор не знаю, что ты сделала с моим кольцом. Да, ты щелкнула меня по носу, так быстро и надежно от него избавившись - я-то полагал, что ты ценишь мои подарки по достоинству, тем более, что я не так уж часто их раздаю... Так что случилось с моим кольцом, Каррен?
В его вопросе мне на миг почудилось что-то большее, чем простое любопытство. Если бы обстоятельства нашего разговора были бы иными, то я позволила бы себе подумать, что магистра задело то, что я отказалась от его подарка, в котором, возможно, заключалось что-то большее, чем возможность следить за моими передвижениями.
-Ваше кольцо... - медленно протянула я, испытующе глядя на Каспара. - Я отдала его одному господину, пожелавшему на мне жениться. Можно сказать, что мы с ним помолвились благодаря вашему подарку.
На этот раз мне удалось невозможное - равнодушный, бесстрастный взгляд чародея на долю мгновения сменился ненавидящим, и обращена была эта ярость на Искена - Каспар решил, что я говорю именно о нем. Я не стала делать вид, будто не заметила этого.
-О, клянусь, речь идет не об Искене, - мне удалось усмехнуться. - Сами можете убедиться - кольца у него нет.
- И как же обстоит нынче дело с этой... помолвкой? - Каспара было нелегко сбить с толку, но я видела, что он начинает подозревать, будто разум мой помутился от напряжения. То же самое выражение читалось и на лицах остальных невольных слушателей нашего с Каспаром диалога, пусть даже кое-кто и знал, о чем я сейчас говорю. Даже Артиморус выглядел несколько озадаченным, хоть доселе ему и удавалось сохранять сонное благодушное выражение лица.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
