Читаем без скачивания Нано Попаданец в магические миры. Начало - Алексей Курганов

засаде, монстра на плече, памятник былых побед его победителя. Словно острые стрелы возмездия, они пронзили кости черепа и нашли свою цель неживую плоть мёртвого мозга.

Внутри черепной коробки раскрылась драма — остатки плоти, кое-как удерживаемые от окончательного распада, оказались окружены потоками моей манны — вечного источника жизни и энергии, смертельно опасной для живых мертвецов. Нано боты сработали как транспортная артерия, доставляя манну от меня по назначению.

Низкочастотный визг и стон, прорвавшись из глубин сознания мёртвого монстра, достиг апогея и затем постепенно затих — словно жалобное эхо, исчезающее в безмолвии. Мозг монстра, разрушенный и рассыпавшийся в прах, потерял свою опасность, и все остатки его сущности распались, оставив после себя лишь пустоту и тишину, пропитанную последними отзвуками моей манны и сил.

Манна 0/90

Глаза постепенно очистились, и я обрёл способность видеть. Я чувствовал, что тело опять стало мне подчиняется, а сердце возобновило свой привычный ритм.

Передо мной предстало лицо воителя, его глаза — удивлённые, даже поражённые. Они излучали смесь боли и недоумения, словно он впервые видит что-то настолько яркое, настолько неожиданное. Его губы затряслись, и рука, которая раньше была сжата в боевом жесте, медленно разжалась и затем без сил опустилась вниз.

— Святая матерь, Шестерёнка! — поражённо прошептал он, голос его дрожал, пропитанный трепетом и удивлением.

После этих слов рука, удерживающая меня, внезапно разжалась, и я почувствовал, как мешком скользнул вниз. Я практически упал, как вдруг крепкая рука подхватила меня, аккуратно усаживая на пол. Я оказался в безопасности, а в его усталых глазах воина, усевшегося напротив, читалось настоящее потрясение, ведь он словно впервые увидел что-то искренне важное, что пробудило в нём чувства, которых он не осмеливался признать раньше.

Глава 13

Мать Течного Металла

Напряжение боя постепенно отпускало меня, словно туман рассеивается после шторма. Внутри все еще билась энергия, не давая полностью расслабиться, однако разум начал обретать ясность. Я скрестил ноги, сидя неподвижно, и молча наблюдал за соседом-воином, который сидел напротив меня. Его взгляд был пронизан такой силой и вниманием, что казалось, он мог проникнуть в самую глубину моей души.

Пауза была тягучей. Воина словно охватило раздумье, он вздохнул и начал неторопливое движение: засучил рукава, демонстрируя свои руки, покрытые загадочными знаками и символами. Он обвел взглядом свои татуировки, словно подбирая нужную для следующего шага. Над одним из символов — спираль, закрученная в водоворот — он провел рукой, и вдруг перед ним в воздухе, заискрилась руна. Ее контуры точно повторяли витки свитой спирали.

Взгляд воина стал еще более сосредоточенным — он явно понимал значение и силу этого изображения. Он слегка коснулся её, и в тот же миг незримый ветер зашумел, играя колосками травы вокруг. Его мощь усиливалась, закручивалась вихрем, поднимая пыль и ломая тишину своим яростным напором. Этот натиск был настолько сильным, что я вынужден был пригнуться, едва не опустившись на пол, чтобы не потерять равновесие. Непрекращающийся порыв казался живой стихией, борющейся с нашим присутствием.

Когда ветер стих, я поднялся и с удивлением заметил, что оказался вместе с воином внутри почти идеального круга, диаметром несколько метров, — круг из поваленной травы, будто нарисованный на земле невидимой рукою. Именно так зародился тот загадочный круг, охватывающий дирижабль…

Ветер, который так легко согнул меня, даже не потревожил воина, сидевшего, напротив. Он оставался неподвижным и незыблемым, как скала.

Протянув руку как фокусник, он прямо из воздуха достал небольшой столик и ловко разложил его на земле. Его движения были уверенными и точными, безусловно он владел тайной пространственных карманов.

В мгновение ока на столике поочерёдно появились две светлые каменные чаши с тонкими прожилками, мерцающие словно изумруды под утренним солнцем. Рядом возник металлический чайник с длинным носиком и смешной пузатой крышкой, увенчанной резным колечком. Покрытый нагаром и следами частого использования, он явно был хранителем множество тайн, раскрываемых за неторопливым чаепитием.

Чайник тут же был наполнен прозрачной водой из фляги и занял свое место в центре стола на небольшом металлическом постаменте. Щелчок пальцев запустил неведомый мне процесс — котелок зафырчал, закипая неотрывно и не спеша, наполняя пространство тихим свистом пара.

Воин, закончив ритуал, вздохнул, его лицо расплылось в улыбке, а в глазах заиграла веселая искорка. Он посмотрел на меня, и его взгляд словно говорил: «Пришло время поговорить».

— Меня зовут Броккр. Для меня большая честь делить стол с Истинным.

Эти слова звучали искренне и с уважением, пронизывая каждое его движение.

Он медленно, ловко и с большой заботой выхватил из своего мешка свёртки с ароматными травами. Их запах был насыщенным и заманчивым. Не торопясь, он аккуратно развязывал свёртки, внимательно выбирая пропорции, ведь именно от них зависела магия того напитка, который он собирался сварить. Поднимая крышку чайника за изящное колечко, он с благоговейным уважением добавил травы внутрь. Каждое движение было наполнено смыслом, создавая атмосферу особого ритуала, превращая обычное чаепитие в священный обряд.

Решив поддержать беседу, я выбрал осторожную тактику. Мне важно было не торопиться, сохранить спокойствие и показать уважение к собеседнику.

— Меня зовут Алексей — сказал я, мягко улыбаясь и слегка наклонив голову в знак вежливости.

Его взгляд был проницательным и пронзительным, словно он пытался прочесть мои мысли. Он повторил, словно пробуя моё имя на вкус:

— Алексис.

Закончив наливать напитки по чашкам, он протянул мне одну. Слегка улыбнулся кончиками губ, и в его жесте ощущалась определённая загадочность, как будто он хотел сказать больше, чем словами.

— У меня на родине, принять чашу — значит обрести вечную дружбу. Это не только высокая честь, но и священная ответственность перед другом, перед собой. В знак искренности и чистоты своих намерений я предлагаю тебе эту чашу — символ доверия и уважения. Клянусь, что не причиню вреда тебе, и обещаю оставаться верным другом, пока в тебе горит свет. Пусть боги станут нашими свидетелями этого союза, да укрепят его своей благодатной силой.

Его слова завершил тонкий звон, казалось, где-то далеко, в тишине времени, ударили в гонг — словно отзвуки древних обрядов, что запечатлели важность момента.

Аккуратно приняв из его рук горячую чашку, я осторожно поднес её к носу и вдохнул аромат. Резкий, но приятный запах напитка сразу же защекотал в носу, вызывая приятное ощущение и заставив меня с наслаждением чихнуть. Первый глоток был словно погружением в незнакомый, но заманчивый мир вкусов: вяжущий, насыщенный и пряный. Мне захотелось насладиться этим необычным вкусом медленными, маленькими глотками, чтобы полностью прочувствовать каждую нотку