У Эббы расширились глаза.
— Это очень интересно. — Она прогнала молодого человека, сидевшего рядом с Уве, и оперативно заняла его место. — Должна признаться, — произнесла старушка заговорщицким тоном, — что у меня тоже очень хорошие отношения с королевской семьей.
Ина воспользовалась моментом, чтобы повернуться к Агнете.
— Я одного не понимаю, — начала она. — Почему тебя пригласили на благотворительный бал и попросили выступить там?
— Ты же не серьезно! — Сванте недоверчиво смотрел на нее с противоположной стороны стола. Очевидно, он следил за их беседой.
Она вопросительно взглянула на него.
— Ты о чем?
— Ты не знаешь? — включилась в разговор Эшли. Правда, понять ее оказалось не так-то просто, так как в этот момент она поглощала большой кусок черничного пирога.
— Чего я не знаю? — Ина продемонстрировала, что может разговаривать так же раздраженно, как и полицейский.
— Предсказуемо, что она ничего не знает, — язвительно отозвалась Астрид, которая тем временем приделывала своей кукле светлые волосы из шерсти.
Сзади к Агнете подошел Янис и положил руки ей на плечи. Она тут же их сжала.
— Агнета — знаменитость, — обратился он к Ине. — Настоящая звезда.
— Да ладно тебе! — Агнета смущенно покачала головой.
— Так что же? — нетерпеливо спросила Ина. — Да или нет? Ты знаменита?
Агнета отмахнулась.
— Может, у меня и были свои пятнадцать минут славы.
Теперь и Ларс, прищурившись, посмотрел на нее.
— А ведь правда, — тихо протянул он. — Я же сразу подумал, что откуда-то тебя знаю.
После этого щеки Агнеты залились краской.
— Ты — Кайя!
Она кивнула, рядом послышались нестройные аплодисменты, а Ина, которая вообще перестала что-либо понимать, скрестила руки на груди и возмущенно огляделась.
— Может, меня кто-нибудь просветит?
Девушка с аккордеоном заиграла цепляющую мелодию, и все за столом оживились.
— Кайя? — Ина непонимающе повернулась к Агнете, которая почти виновато приподняла плечи.
— Не могла же я назваться Агнетой, — улыбнулась она. — Это имя уже было хорошо известно[28].
— Спой для нас! — громко потребовала Эбба. — Спой для нас. Пожалуйста!
— Даже не знаю. — Агнета, казалось, чувствовала себя смущенно из-за столь неожиданного внимания. Она подняла руки. — Это было так давно.
— Тем более надо спеть! — твердо заявил Сванте. — Кроме того, сейчас же Мидсоммар!
И тут все за столом начали хлопать и кричать: «Кайя!» Все больше и больше людей, привлеченные шумом, подходили к столу и присоединялись к возгласам и аплодисментам. Ина толком не осознавала, что с ней творится. Но чутье подсказывало ей, что на самом деле она еще совсем не знает хозяйку этой фермы.
Глава 22
Агнета была миниатюрной, но от ее голоса исходили сила и энергия. Ина с открытым ртом наблюдала за женщиной, с которой столько лет делила одного мужчину. Как будто всю жизнь ничем другим не занималась, Агнета поднялась на сцену. А то, что она устроила потом под аккомпанемент девушки с аккордеоном, а также Сванте и Яниса с гитарами, было сродни бенгальскому огню в финале крупного футбольного турнира. Безо всякого микрофона ее голос лился поверх музыки. Она выбрала такую запоминающуюся песню, что уже на втором припеве Ина смогла подпевать. В ней рассказывалось о молодой девушке, которая, вопреки желанию строгой матери, решилась отправиться в большой город, чтобы научиться танцевать. Там она в итоге нашла мужчину своей мечты и забеременела. Вот так вот…
Тем не менее композиция звучала зажигательно и наверняка попала бы во все музыкальные чарты Германии, будь у нее перевод на немецкий язык. Многие вставали на стулья, скамейки и столы, громко хлопали и подпевали, но большинство людей скопилось перед сценой, так что Ине тоже пришлось забраться на стул, чтобы видеть Агнету. Собравшиеся аплодировали и свистели, то и дело раздавались восторженные возгласы: «Кайя! Кайя!»
Ина не переставала удивляться. Она провела последние несколько дней с настоящей шведской звездой и даже не подозревала об этом.
Вскоре — слишком быстро — песня закончилась, однако толпа не собиралась так просто отпускать Агнету со сцены. На фоне неистовых призывов выйти на бис она в конце концов согласилась, обменялась парой слов со своими музыкантами и исполнила еще одну песню, которую знала даже Ина. Хит группы ABBA весьма удачно вписался в атмосферу праздника, а его слова все гости фермы Тингсмола восприняли крайне серьезно и доказали, что Dancing Queen есть в каждом.
Агнету потянули танцевать джайв, и она демонстрировала такие движения, которые Ина не смогла бы повторить даже в молодости.
Это постепенно начинало ее раздражать. Есть ли вообще хоть что-то, чего не умеет эта женщина? Впрочем, испытывала она не ревность, а искреннее восхищение. Заразившись всеобщим весельем, она поймала себя на том, что, стоя наверху, наблюдает за окружающими ее людьми. Ее по-прежнему не отпускала мысль, что среди них, вероятно, скрывается убийца. Как минимум поджигатель. Но у кого мог быть мотив? Кого можно подозревать в подобном преступлении?
Ина понятия не имела, тем более что выпивка понемногу заполняла ее голову туманом. Поэтому она отмахнулась от неприятных мыслей и запела еще громче.
Она вертела бедрами, вскидывала руки и во весь голос распевала припев. Но вдруг общее настроение изменилось.
На звучание гитар, аккордеона и радостные голоса поющих наложилось что-то мрачно-грозное. Оно напоминало раскаты приближающейся грозы. Поначалу этот звук скорее чувствовался, чем слышался. Дрожащий рокот, далекий, но неуклонно приближающийся. Когда к дрожи и грохоту присоединился отчетливый рев, Ина забеспокоилась. Впрочем, не она одна. Все больше и больше гостей умолкали, вопросительно глядя на соседей и осматриваясь в поисках источника шума.
А потом аккордеон затих, звуки гитар постепенно угасли и остался лишь чистый голос Агнеты. Она осеклась на середине припева.
Когда музыка прекратилась, рокочущий шум вышел на первый план и словно накрыл собой всю ферму. Монотонный грохот время от времени прерывался гневными воплями. К тому моменту все уже всматривались в ту сторону, откуда доносился гул. Что-то мчалось в сторону фермы Тингсмола, и вскоре на горизонте действительно показалось красное облако пыли.
А потом… они.
Они вторглись на ферму подобно библейской саранче. Площадку на берегу внезапно заполонили тяжелые мотоциклы, которые с диким ревом переезжали через все, что попадалось им на пути. Стулья и скамейки опрокидывались, гравий и песок разлетались во все стороны. Родители в панике звали детей.
Ина судорожно озиралась вокруг. Где Зевс? Взволнованная, она бросилась на землю и заглянула под стол в поисках пса. Того нигде не было видно.
— Зевс! — кричала она в разразившемся хаосе. — Где ты?
Когда Ина вылезла из-под стола, мимо нее с оглушительным лязгом пронесся мотоцикл. Сперва она видела только слепящую фару и огромный руль. На адской штуковине сидел мужчина в военном шлеме и засаленной кожаной куртке, из которой торчали голые руки толщиной, наверное, с дерево. На секунду их глаза встретились, и ей показалось, что мужчина насмехается над ней. Затем он выжал газ, отчего двигатель взревел, и унесся из ее поля зрения, как дикая кошка. Ина посмотрела вслед байкеру и увидела на спине жилета череп с острыми рогами. Череп викинга! Вдруг какой-то вой заставил ее обернуться. И как раз вовремя, чтобы увернуться от следующего мотоцикла. Поднявшись на ноги, Ина поняла, что вокруг длинного стола кружит больше дюжины этих двухколесных монстров с безостановочно ревущими моторами. Шум стоял настолько ужасный, что она зажала уши руками и с тревогой огляделась вокруг. Зевса по-прежнему не было видно. Агнета, Сванте и аккордеонистка все еще стояли на сцене. А вот Янис исчез.
Сванте что-то орал байкерам и грозил кулаком, но его слова тонули в окружающем гуле. Тут сбоку к Ине прижалось что-то мягкое, и она вскрикнула от радости, увидев Зевса, которого Ларс пихнул ей в руки.
