– А потом? – спросила Леннифер. – Когда мы вернемся домой. Что будет потом?
Гвен тепло улыбнулась. Они обе знали: Тор Фунвейр, захваченный Псами Каресии, медленно приходит в упадок и обращается колдуньями в новую, темную веру. Решить множество подобных проблем более сложно, чем думает Ксандер, а Гвен не могла целиком положиться на грубую силу, и неважно, сможет ли Рам Джас сделать то, что говорит.
– Я думаю, назревает война. Думаю, она уже началась. Мы только пока не вступили в нее, – ответила она. – Наш повелитель действует как по своей прихоти, так и по велению чести. Будем надеяться, он найдет между ними золотую середину.
Служанка нахмурилась, не понимая, что Гвен имеет в виду.
– Я никогда не была на войне. – В голосе слышался плохо скрытый страх.
– Хотела бы и я так говорить… но Охотничий Перевал многие годы воевал с Красными рыцарями. Война – жестокое и кровавое дело. Она проникает под кожу и остается там навсегда. – Гвен тепло посмотрела на юную девушку. – Но не волнуйся – тебе не нужно будет переодевать меня на поле боя.
– Сопровождать вас – мой долг, миледи.
– Но смерть на поле боя – не твой долг, Леннифер. У меня есть свой шатер. Ты можешь оставаться там, пока я убиваю Псов.
Гвен не любила драться, но серьезно относилась к своим клятвам, которые она принесла и Ксандеру, и народу герцогства. Обязательства тяжелым грузом легли на ее плечи, и леди Хейрана знала, что Псы несут угрозу и ее народу, и ее мужу. Они будут выслеживать и убивать ее народ, а Ксандера превратят в раба. Но она не позволит им этого сделать, пока у нее есть хоть немного сил.
Леннифер захихикала, щеки у нее порозовели от смущения.
– Что смешного? – спросила Гвен.
– Простите, миледи, но мне немного странно слышать ваши рассуждения о битвах. Мой отец был несколько старомоден и даже штаны не позволял мне надевать, не то что брать в руки меч.
Мужчины ро славились своим пренебрежительным отношением к женщинам. Они верили в законы Одного Бога, по которым женщины – это существа, вносящие приятное разнообразие в суровую жизнь воинов-мужчин Тор Фунвейра. Подобные вульгарные домыслы никогда по-настоящему не принимались за истину жителями Охотничьего Перевала, Дарквальда или Канарна. Гвен воспитывали так же, как и мужчин в ее окружении. Она всегда носила доккальфарские клинки с собой и отлично умела ими убивать. Для этого нужно было просто рассечь плоть и знать, где нанести наибольший урон. Она умела перерезать горло, рассекать сухожилия, вспороть пах. Ее учили боевому стилю доккальфаров, предназначенному для того, чтобы убивать врагов, и наука сослужила ей хорошую службу.
Гвендолин продолжила свою бесцельную прогулку мимо палаток и костров, задумчиво глядя на равнины. Леннифер следовала за ней, но больше ничего не говорила, не нарушая молчаливых размышлений своей госпожи. Далеко на юге лежал Ро Хейран, который на десять лет стал ее домом. Если наемный убийца-кирин действительно сможет сделать то, о чем заявляет, тогда они скоро вернутся домой. Но теплое чувство, возникшее от этой мысли, омрачила уверенность в том, что они недолго пробудут в городе. Ксандер намеревался собрать армию и отплыть в Канарн. А после… Гвен могла только догадываться, какова будет их конечная цель.
Ястребы Ро отправятся на войну. Они освободят Ро Тирис, но потом?.. Ей не нравилась мысль о долгой военной кампании, но другого выхода для страны она не видела. Ее упрямый муж не отступится от своего решения. Она всегда знала, что его фамилия еще причинит им немало бед, но до поры до времени у нее получалось о них не думать. Как младший брат короля, который не унаследовал склонность к придворным интригам, Ксандер никогда не стремился править королевством. Ему в роли герцога-то было тяжко, и себя он видел скорее генералом, чем благородным правителем. Но сейчас все поменялось, его брата ввели в заблуждение, а народу ро требовался правитель из рода Тирисов.
Топот копыт вернул женщину к реальности, и она увидела возвращающихся в лагерь патрульных солдат. Оказалось, в раздумьях она добрела до южного частокола. Со сторожевой башни послышался низкий звук рога, и Гвендолин поспешила встретить патрульных. К ней подошли несколько часовых и вместе с Леннифер, семенившей позади, сопроводили ее к патрульным.
– Миледи, – приветствовал ее капитан Бреннан, ударив кулаком в нагрудник, – у нас новости.
– Из города? – спросила она, пытаясь скрыть нетерпение, с которым ждала возвращения домой.
Он покачал головой и начал спускаться с коня. Остальные Ястребы тоже спешились и повели усталых скакунов в лагерь.
– Будет лучше, если мы сначала поговорим с генералом, – произнес Бреннан, отряхивая с плаща дорожную пыль. – Кирин возвращается.
Она широко распахнула глаза. По дороге в лагерь, быстро шагая вместе с патрулем, она ощутила прилив надежды. Если Рам Джас жив, он либо сбежал из города, либо преуспел в своем деле.
– Он послал сигнальную стрелу около часа назад. Значит, скоро он будет здесь. – Бреннан отдал поводья ближайшему часовому и оставил патрульных отдыхать, а сам вместе с Гвен направился к командному шатру.
Сигнальный рог разбудил Ястребов, и новость быстро облетела солдат. Люди высыпали из палаток, вполголоса обсуждая возможное возвращение в город. Бреннан отмахнулся от их вопросов и приказал вернуться к своим обязанностям. Он служил главным разведчиком генерала, командовал патрульными отрядами и сурово относился к простым солдатам. Он вызывал сочувствие, ибо был слишком поглощен своими обязанностями, чтобы иметь право на имя хорошего собеседника или друга, но свой долг он выполнял идеально.
– Я полагаю, сигнальная стрела не обязательно обозначает успех… хоть в какой-то степени? – спросила Гвен.
Бреннан посмотрел на нее исподлобья.
– Нет, миледи. Это всего лишь стрела.
Она вежливо улыбнулась. Когда они достигли шатра, охрана отсалютовала ей, синхронно стукнув кулаками по красным нагрудникам. Гвендолин проскользнула под полог и прошла внутрь. Капитан Бреннан следовал на шаг позади нее.
Шатер был разделен на несколько комнат, и они вошли в главную, к которой примыкала спальня герцога и его жены. Ксандер сгорбился над кружкой горячего фруктового чая, обхватив ее ладонями, а ноги закинул на табурет. Стояло раннее утро, и, похоже, он только недавно проснулся.
– Генерал! – отсалютовал ему Бреннан.
– Доброе утро, капитан. Могу я предложить тебе кружку чая?
– Спасибо, но нет.
– Я бы не отказалась, – вставила Гвендолин.
Ксандер усмехнулся.
– Ты сама можешь себе налить, – сказал он с игривой ухмылкой. Снова повернувшись к капитану, он встал и выпрямился. – Докладывай, капитан.
– Замечена сигнальная стрела, сэр. Кирин возвращается.
Ксандер кивнул, и в глазах его промелькнула та же надежда, которую чувствовала Гвен. Он на мгновение задумался, как отреагировать на новость.
Леди налила себе кружку душистого чая, оглянулась проверить, пришла ли за ней следом Леннифер, и увидела, что та направилась прямо в спальню, где занялась подготовкой кожаных доспехов для Гвен.
Ксандер поднялся с места.
– Собери людей, капитан, – давайте выедем навстречу Рам Джасу Рами.
– Слушаюсь, генерал, – ответил Бреннан и вышел из шатра, оставив Гвен наедине с мужем.
– Что думаешь? – спросила она, согревая руки о чашку с чаем.
– Я думаю, он все еще жив, – ответил Ксандер. – Это хорошее начало.
– Но значит ли оно наше грядущее возвращение домой?
Он пересек шатер и склонился к ней для поцелуя, затем нежно улыбнулся.
– Без понятия.
– Он убил ее, – ответила она. – Как иначе он ушел из города живым?
– Он мог просто сбежать. – Ксандер не был излишне оптимистичен.
– Он показался тебе таким человеком, который может просто сбежать? – возразила она.
– Нет, но я лучше подожду, пока не узнаю все сам.
Она усмехнулась и ласково погладила его по лицу.
– Надевай доспехи.
Он снова поцеловал ее, на этот раз задержавшись на ее губах.
