Покамест же вам очень и очень посчастливилось по великому милосердию Господню расплатиться всего лишь видениями и вмятинами на правом крыле вашего непритязательного автомобиля. Все могло обернуться гораздо хуже для вас или ваших близких.
Умеренность и воздержанность — вот основные добродетели рыцаря ордена Благодати Господней.
В мире, где естественные проявления натуральной магии, спонтанной спорадической волшбы, волхования неисчислимы и стохастичны, нам надлежит неустанно различать вредоносность чужого зла и сдерживать сокрушительное могущество наших благодатных дарований.
Хотя, во имя вашего же блага, рыцарь-неофит, ваша свобода воли мною, прецептором Павлом, и арматором Вероникой временно ограничена. Несомненно, только на нынешней ступени вашего конгрегационного посвящения.
В противном случае вы могли бы неадекватно обстановке среагировать, скажем примера ради, на явление антикулинарной волшбы у младших поваров и судомоек сего, уверяю вас, коллега, отнюдь не наихудшего заведения общественного питания в городе и мире. Им настолько неприятен процесс приготовления пищи, что они в натуре, канальи, способны магически испортить любое, самое незатейливое блюдо.
Не отстает от них и вон та рыжекрашеная ведьма-официантка, успевающая с деревенским заговором-проклятьем трижды плюнуть в каждый салат, прежде чем донесет его ненавистным клиентам.
К счастью для всего прогрессивного гастрономического человечества, в кулинарии, в поварском искусстве чаще встречается не вредоносная магия, но дивное благое чудодейство приготовления искусных и питательных блюд.
Посудите сами, любезнейшие коллеги, оно возможно и вероятно. На моем веку, бывалоче, удавалось и неумелым домашним кухаркам, женам, любовницам поистине чудом приготовить кое-что вкусное и полностью съедобное…
Не в скобках заметим: токайское и швейцарский сыр в сем заведении на диво превосходны. Насчет прочего, мимоходом будь сказано, рисковать пищеварением настоятельно не рекомендую…
— 2 -
Мельком упомянуть о том, как прецептор Павел крепко озадачил рыцаря Филиппа, банально означает не рассказать, не высказать, не уяснить ровным счетом ничего, мои благосклонные читатели. Ведь помимо краткой ресторанной пропедевтики, то бишь элементарного вводного курса в новое бытие неофита, он обрушил на нашего героя в полном объеме «Пролегомены Архонтов Харизмы».
А это знаменует обширнейшие рассуждения, пространные исторические сведения и многое другие данные, предназначенные для введения в изучение науки побеждать и властвовать над чернокнижной магией в образе и во плоти апостолического рыцаря-неофита Восточно-Европейской конгрегации ордена Благодати Господней.
Надо сказать, в специфической и незнакомой непосвященным орденской научной терминологии прецептор Павел нисколько себя не утеснял. И того же мудрый наставник настойчиво потребовал от своего нового ученика. С этой дидактической целью на неофита Филиппа он многозначно взвалил тяжкие гигабайты глоссариев, вокабуляров, философских фолиантов, теологических манускриптов, теургических инкунабул. Тут же сама собой вспомнилась цитата из Павла Семеновича Булавина:
«Мы исторически предпочитаем термин «теургия», вкладывая в него сугубо положительное, по-христиански добромысленное значение. Доволе часто, как синоним чудотворения и чудотворчества, мы также используем латинизированное словцо «дивинация».
Кстати или не кстати, отнюдь не вся специальная литература предлагалась в переводе на новые языки, коими худо-бедно владел наш герой. Из чего интеллектуально и технологично вытекало: ему в скором будущем предстоит волей-неволей освоиться с чтением оригиналов и репринтов на древнегреческом языке и по-латыни. Соответствующие словари и учебные пособия наряду с первоисточниками без каких-либо технических чудес заурядно прилагаются на портативном терабайтном модуле памяти с высокотехнологичным сканером отпечатков пальцев пользователя.
Тем, кто тривиально скажет, будто древнегреческий и латынь мертвы в наш информационно-технологический век, советую взглянуть на нашего героя, удобно расположившегося на кровати с компьютерным планшетом-трансформером в руках. Он все-таки решил тщетно проверить, невзирая на предупреждение прецептора, насколько поддаются экстравербальному декодированию и эвристическому машинному переводу сакральные тексты его предтеч — Архонтов Харизмы.
Естественно, ни ему, ни его компьютерному обеспечению это не удалось. Пришлось призадуматься и озадачиться:
«Как читать, — Господи, помилуй, — философские и теологические трактаты, многотомные труды, учить древнегреческий, латынь и одновременно сдавать сессию?
Эх-ха! Бедному студенту не привыкать стать. Прорвемся как-нибудь, не оплошаем…»
Расплошным сверхъестественным образом новые заботы и хлопоты, нечаянные свалившиеся на него рыцарские дарования, вернее, уму непостижную Благодать, переданную ему на грани жизни и смерти путем искусственного дыхания, Филипп Ирнеев нисколько не проклинал. Не настолько он слабодушен и нетверд в вере в конечную милость Господню, чтобы дозволять себе обидчивое простонародное богоборчество или проваливаться в сомнительные гуманистические теодицеи современно мудрствующих философистов и демофилов.
«Как есть, так оно и есть. Вполне съедобно и удобоваримо. Только как его усвоить? Господи, помоги!»
Сейчас Филипп считает за благо, если ныне от него требуется вставать до рассвета, дабы своевременно свершить заутреню рыцаря-неофита. «Взойдет утренняя звезда в сердцах ваших… И после сколько времени для жизни получается!!!»
Как ему поведал прецептор Павел, любой аккумулирующий силу теургический ритуал, опосредующий связь между носителем харизмы и ее Подателем должно вершить исключительно в сумерках на рассвете или на закате. Время междуцарствия тьмы и света также наиболее благоприятно для тавматургических манипуляций и свершения соответствующих храмовых церковных таинств.
— Соответственно, антагонист божественной теургии и дивинаций — действенная ригористичная обрядовая магия, проистекающая от материального мира, совершается в те же мистические временные промежутки. Но ни в коей мере ей не способствуют ни темная полночь, ни солнечный полдень.
Так называемый «полуночный предрассудок» связан в основном с суеверным фетишизмом, направленным на часовой циферблат, и дилетантской профанацией магии чисел.
Обратите внимание, мой друг, на поверье простолюдинов о «третьих петухах».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
