прямо сейчас узнать, кто это сделал? Поняяятно.
— Я побуду с Агайей, девочки, — деловито сказала я. — А вы, пожалуйста, проследите, чтобы больше никто не пострадал. Вон Эквиль боится в воду зайти!
Девушки повернулись к ручью, посмотрев переминающуюся на том берегу Эквиль, а я медленно обвела взглядом каждую. Никаких следов магии, конечно же, не обнаружила. Знать бы ещё, как они выглядят!
Впрочем, тут были не все — Драгина так и стояла в отдалении. Она тоже глядела на тот берег, но словно почувствовав мой взгляд, посмотрела на меня.
У меня неожиданно закружилась голова, когда я увидела, как зелёные глаза лангоры сверкнули, как у кошки. Лицо Драгины я видела плохо — словно его закрывала тёмная дымка, но и сквозь неё глаза светились зелёным, и от этого было по-настоящему жутко.
— Только посмей! — прошипела она, не разжимая губ, словно внутри моей головы. — Тебе никто не поверит, бродяжка!
Мне стоило больших усилий, чтобы не раскрыть себя, не показать, что я всё вижу и слышу. Вместо этого я растерянно посмотрела на колдунью.
— Вы что-то сказали, лангора Драгина? — спросила я.
— Я? Нет, — холодно ответила она и усмехнулась повернувшимся девушкам. — Чего только не почудится, когда наглотаешься воды!
Лангоры сочувственно взглянули на меня, но тут же отвлеклись — Эквиль выходила из воды. Ноги её дрожали, глаза испуганно бегали по сторонам, как будто и на берегу она не могла отойти от кошмара, насланного ручьём.
Приказав себе больше не оборачиваться на Драгину, я смотрела, как девушки одна за другой проходят испытание. Лангора некоторое время изучающе разглядывала меня, пока не решила, что я не опасна. Уфф! У меня словно глыба с плеч упала.
Вытерев холодный пот со лба, я повернулась к Агайе.
— Как ты, полегче?
Девушка расстроенно отвернулась:
— Прости, Ди, если тебя выгонят из-за меня, — всхлипнула девушка.
— Выгонят? Почему? — не поняла я. — Мы же перешли ручей!
— Да что толку! — махнула рукой Агайя. — Надо было смотреть, что покажет вода. Мне кажется, его светлость хотел посмотреть, как мы ведём себя, когда очень страшно.
Я хмыкнула. Интересная версия!
— А я струсила, и тебе пришлось меня спасать, — убито проговорила Агайя и прошептала. — Как бы он не заставил тебя переходить ручей ещё раз!
Ну уж нет! Я невольно содрогнулась.
— Не расстраивайся, — ободрила я подругу. — Кажется, я преодолела свой самый главный страх. А перейти ручей ещё раз — это ерунда!
Агайя виновато посмотрела на меня, но ничего не ответила. Будь на её месте Ледка, та быстро выпытала бы у меня, о каком главном страхе я говорю. Я тоже задумалась, чуть улыбаясь своим мыслям. По сравнению с тем, что моя новая подруга едва не утонула, мои опасения показаться лангорам в своём истинном виде казались такими смешными и не стоящими внимания! Да и не стали бы они надо мной смеяться — среди моих соперниц было немало пышных девиц, и каждая несла себя с достоинством. Похоже, я одна здесь терзаюсь от собственного несовершенства. То слишком полна, то слишком тоща, мне не угодишь!
Я отжала тяжёлые волосы, чтобы побыстрее сохли и украдкой вздохнула. Все мои проблемы всегда были от неуверенности в себе. Вот и здесь, в этом мире, мне досталась очень выгодная внешность — пусть и неяркая, но черты лица правильные, была бы косметика — я легко смогла бы сделать из себя красавицу. Я стройна, о чём давно мечтала, а волосы у меня — просто отпад! Не зря многие девицы поглядывают на них со скрытой завистью. Но главное — не во внешности, главное — в голове. А комплексы мои никуда не делись, может, лишь слегка видоизменились сообразно новым обстоятельствам.
Пока мы с Агайей задумчиво смотрели на воду, размышляя каждая о своём, высокородные лангоры, остававшиеся на той стороне ручья, потихоньку переправились на наш берег.
Вокруг нас слышались возбуждённые голоса, развевались и мгновенно сохли от заклинаний вымокшие одежды. Лишь я с волосами, с которых до сих пор капало, да Агайя, от переживаний и не подумавшая высушить платье, выглядели, как мокрые курицы.
Это заметил и герцог, когда, негромко беседуя о чём-то с лесником, подошёл к участницам отбора.
Он чуть нахмурился и коротко взмахнул рукой, высушивая нас с Агайей как двух свалившихся в лужу щенков.
— Спасибо, ваша светлость! — покраснев, поблагодарила Агайя.
— Спасибо, — сказала и я.
Что ни говори, в сухой одежде дожидаться результатов первого испытания было комфортнее. Впрочем, если герцог и сделал относительно нас какие-то выводы, он не торопился их озвучить.
— Рад поздравить вас, лангоры, с прохождением первого испытания. Знаю, многим из вас пришлось нелегко, вы перенервничали и устали. Потерпите ещё немного, мы отправимся домой самой лёгкой дорогой. Готовы ли вы вернуться в замок уже сейчас? Если кому-то из вас нужна помощь, скажите мне.
После краткой паузы все девушки единогласно выразили желание двинуться в путь немедленно. Я их понимала — гораздо комфортнее отдыхать на мягкой кровати, чем на сыром песке.
Вечером нам предстояло встретиться за ужином в столовой, чтобы узнать о том, кто не прошёл испытание.
На обратном пути Кэрмас выслушал немало нелестных замечаний в свой адрес. Девушки никак не могли простить ему пережитого страха, и я отчасти была с ними согласна: после труднейшей и крутой дороги к ручью, обратный путь казался приятной прогулкой.
Хранитель герцогских лесов помалкивал и опускал лицо, пряча улыбку. Герцог, идущий среди лангор, иногда бросал на мужчину весёлый взгляд. Эти двое выглядели скорее друзьями, чем господином и слугой. Впрочем, на службу к герцогу кого попало не возьмут. Скорее всего, Кэрмас — и сам лангор. И, похоже, они немало прошли вместе. Мне нравилось думать, как это было. Может быть, они воевали в одном полку? Или же мужчины сблизились во время упорных поисков лунной девы, способной оживить Мёртвый лес?
У меня было немало вопросов относительно этого отбора. Так ли нужна была герцогству эта самая дева, чтобы каждый год собирать такую прорву капризных лангор, предоставлять им жильё, кормить, следить, чтобы не переругались и не снесли ползамка в пылу борьбы? Ведь эта их магия — небезопасное дело! Сегодня Драгина показала, что без труда может расправиться со мной. Что ж, теперь я хотя бы предупреждена, чего ждать.
Непонятно только, чем я ей так мешаю? Ясно же, что в этом отборе я лангорам не соперница, всё равно ещё пара дней — и пойду снова убирать комнаты и прислуживать гостям. Неужели просто раздражаю её настолько, что Драгина не хочет терпеть меня
