лучевой болезнью. Айнэ была уверена, что в центре пятна когда-то погиб граддар, а его непогребенное тело до сих пор излучает смертельную магию.
Из предыдущих рассказов я уже знал, что для вознесения духа тело погибшего должно быть съедено. Разумеется, подобное верование наверняка имеет совсем иное значение. Когда джаргары оказались на этом материке, скорее всего с едой было все очень плохо. А потому в пищу пустили своих же умерших, дабы живые не страдали от голода. Прошли годы, вынужденная временная мера стала традицией, и вот мы имеем разумный и технологически продвинутый вид каннибалов.
Но, конечно, вряд ли кто об этом помнит. Да и менять традицию нет смысла: джаргары по мановению руки ладжар всеядны от природы, но нормальная диета предусматривает наличие большого количества мяса — наследие хищных предков. Плоть местных обитателей джунглей добывать не слишком просто, а зачастую охотники и сами превращаются в обед мутировавшей фауны. Так что в определенном смысле это, пусть и не панацея, но действенный метод сохранять хотя бы часть жизней вымирающего народа.
Айнэ говорила, в городах разводят скот, на юго-востоке имеются фермы. Но все это стоит кристаллов, так что большая часть населения мясо видит только по праздникам, например, на годовщину правления текущего зара, либо добывает из местных. Ну, или ест собственных родственников.
Были у них и аналоги моего рациона. Смесь из трав и крови, перетертая до порошкообразного состояния. В сухом виде потреблялась в качестве питательной жвачки, годилось правда лишь червячка заморить. Нечто похожее, кстати, кололи себе алые джаргары для ускорения восполнения энергетического поля.
— Идем, — открыв дверь, первым выбирался из вездехода.
Брошенных машин хватало и здесь. Самое время разжиться материалом и возвращаться на базу. Торчать снаружи просто так без толку, нужно скорее восстанавливать системы питания. А для этого нужно успеть как можно больше рейсов сделать за минимальный срок.
Джаргарка вылезла наружу, но слезать с борта машины не спешила, не отрываясь, смотрела на прибитый к дереву труп. Я же зацепил крючья лебедки и, держа дробовик перед собой, вернулся в кабину.
— Садись.
Айнэ обернулась ко мне и… Бросилась вглубь запретной зоны. Взяв детонатор в руку, я спокойно смотрел ей вслед, но алая не проявляла никаких признаков, мощного облучения. Когда же она удалилась метров на сто, я зажал кнопку. Короткий хлопок был отлично слышен в тишине.
Что никакой опасности в «земле мертвых» нет, я уже понял. Представляй территория угрозу, никакие птицы не стали бы вить на ней свои гнезда, а я, пока возился с крючьями, заметил пару на верхних ветках. Попытка бегства лишь подтвердила подозрения. Вопрос лишь в том, где еще соврала кошка.
Покинув кабину, быстрым шагом настиг пытающуюся подняться однорукую. Пинком перевернул ее на спину и, уткнув ствол ружья в прорезь шлема, хмыкнул.
— А ведь все так хорошо начиналось.
Грохот выстрела всполошил птиц. Сотни пернатых с оглушительными криками взмыли в небо. Проводив их взглядом, подхватил труп за ногу и поволок к машине.
Что ж, посмотрим, что будет дальше. Снял броню, стараясь не испачкаться в содержимом шлема, а тело примотал к остову подцепленной машины.
Теперь домой.
* * *
База встретила меня тишиной и неярким светом. Строитель как мог включился в работу, а доставленная машина была тут же оставлена на разборку. До конца дня успел сделать еще три рейса, частично перекрыв затраты на сбор системы энергообеспечения. Конечно, капля в море, и придется потратить еще пару дней, чтобы доставить достаточно металла для завершения комплекса.
Пока же все не так уж и плохо. Кое-какие представления о мире Мьеригарда я получил, безопасным убежищем обзавелся. Оружие у меня имеется, и даже знания местного языка получил. Не самое дурное начало новой жизни, как по мне.
На окончание работ по созданию комплекса у меня ушли не дни, а три недели. За это время я восстановил турели на скале и в стенах. А также решился приготовить местную дичь.
Для такой простой процедуры пришлось изготовить посуду. Сковорода, котелок и фляга для воды. Диета рационов уже давала о себе знать, и теперь меня преследовала вечная слабость. Помощник подсчитал потерю веса с момента попадания. Да я и сам видел, как сильно исхудал за это время — ребра торчат, скулы едва щеки не рвут, под глазами залегли глубокие тени.
Так что сейчас, обжаривая бедро существа, отдаленно похожего на земного секача, я уже даже не пытался сглатывать голодную слюну, сплевывал на землю.
Прошедшие за это время дожди медленно наполняли озеро. Со скалы еще не тек водопад, но слабые ручейки уже пошли. Погода становилась все пасмурнее, все чаще весь световой день небо исторгало потоки воды.
Так что выбора не было. Либо я съем это мясо и выживу, либо можно прямо сейчас пустить себе пулю в голову, и не маяться в ожидании голодной смерти.
— Ну, приятного аппетита, — прошептал я, делая первый осторожный укус.
Осторожно покатав на языке горячее, почувствовал бегущие по щекам слезы. Черт возьми, я обжог себе всю слизистую, но сил выплюнуть кусок жареного мяса у меня просто не было. Вместо этого принялся активно пережевывать мясо, напоминающее по жесткости старую подошву. Отвыкшие от твердой пищи зубы едва справлялись, больше перетирая, чем кусая, но в желудок по горлу потек сладкий сок, этот непередаваемый вкус мяса…
Меня рвало долго. Выворачивало так, что был уверен: засну и не проснусь. Но автодок, отслеживавший мое состояние, бездействовал, фиксируя изменения в состоянии организма. А раз единственный на всю планету медик ничего не делает, я либо обречен, либо выживу.
Когда окончательно пришел в себя, оказался лежащим на полу главного зала. Оглядевшись, не узнал собственную базу. За прошедшую неделю, пока я изображал из себя пожарный гидрант, строитель завершил комплекс, облагородил внутренние помещения.
Системы энергопитания с автоматической защитой, реагирующей на изменения внешней среды. Сеть лазерных турелей и камер по периметру вокруг пещеры. Глубокое убежище, еще только намеченное, но уже в процессе сборки. И все это — за пару дней работы комплекса с постоянным доступом к материалам.
Оставался все тот же вопрос с едой. И если до теста я еще выглядел, как очень сухой человек, теперь походил на дистрофика. Те соляные растворы, которыми меня пичкал автодок, не особо-то помогали с потерей веса.
Так что мне пришлось повторить охоту и снова готовить вручную. Самое смешное, автодок предоставил отчет, из которого следовала простая истина — надо, Виктор, меньше жрать. Отвыкший от такого количества
