Полк бьется менее часа, а треть орудий уже выведена из строя. Поредели расчеты. Потери не столько от танков, сколько от авиации.
Небо в безраздельной власти немецких пикирующих бомбардировщиков. Они то летают друг за другом по замкнутому кольцу, то вытягиваются вереницей. Потом снова вертятся в хороводе, поочередно сбрасывая бомбы. Десятки таких хороводов кружатся в небе. И снизу к ним вздымаются столбы земли и пламени, летят куски лафетов, бревна…
Незадолго до нас командир артполка майор Котенко пытался проскочить на огневые на машине. Остов этой машины догорает теперь в поле. Неизвестно как уцелевший майор все же добрался до орудий и сейчас работает в расчете. Никого не осталось на наблюдательных пунктах – да и что там делать, если полк ведет бой прямой наводкой. Многие командиры батарей и взводов тоже действуют за выбывших из строя наводчиков и заряжающих.
Дым, пыль, гарь… Навстречу потоку иптаповского огня и металла устремляется поток огня и металла, выброшенного немецкими танками и немецкой артиллерией. Гудящее пламя и свистящие осколки безбрежным морем заливают все вокруг. Человек в нем кажется слабым и недолговечным, как мотылек у свечи…
Ожесточение боя беспримерно. За несколько часов от двух наших истребительно-противотанковых полков остались, как говорится, одни номера»[87].
Потери артиллеристов действительно оказались велики: в двух полках к исходу дня из 44 орудий осталось лишь 12[88]. Вместе с техникой и вооружением гибли люди.
«538 иптап 5.07.43 г., – докладывал командир 6 тк генерал-майор А.Л. Гетман, – ведя бой с противником, имеет потери: 45-мм орудий – 18, автомашин «Виллис»– 18, ранено 12 человек, убито и пропало без вести 145 человек, потери личного состава уточняются. Командир полка тяжело ранен – отправлен в госпиталь. Остальной состав полка и тылы при штабе артиллерии 52 гв. сд»[89].
Во второй половине дня в боевых действиях в полосе 52 гв. сд наступил перелом. «В 12.00 силою до пехотного полка и 60 танками противник предпринял атаку вдоль дороги на Быковку, – доносил штаб Воронежского фронта, – и небольшая группа прошла на высоту 217.1 (1,5 км сев. – зап. Березова), батальон пехоты с 30 танками вошли в Березов, часть танков прорвалась в Гремучий»[90].
Таким образом, мд СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» уже в полдень ворвалась на гребень выс. 217.1 (500 м сев. – вост. выс. 220.5), а чуть позже, примерно в 13.30–14.00, мд СС «Дас райх» полностью овладела х. Березов.
В это же время мд СС «Мертвая голова» вела бой за Гремучий и пыталась расширить прорыв в направлении автодороги Белгород – Курск. Из журнала боевых действий 52 гв. сд:
«Полоса 155 гв. сп… После овладения Березовом противник занял оборону на сев. окраинах хутора и подбросил до полка пехоты и танки. В 14.30 в сев. – зап. окраин Березова пошел в наступление 85 танками и батальоном пехоты в направлении Журавлиный, одновременно – на Гремучий. Подразделениями 2-го стрелкового батальона атака была отбита. Под натиском превосходящих сил противника остатки 1 и 3 сб начали отходить в направлении Журавлиный. 2 сб занимал прежний район обороны (район Гремучий). На протяжении всего боя авиация противника большими группами по 50–75 единиц бомбила боевые порядки и глубину обороны полка. В результате бомбежки было выведено из строя много артсредств, вооружения и живой силы. В 16.00 противник овладел лесом Журавлиный, отрезав пути отхода 2 сб, который находился на прежних рубежах»[91].
Отход батальонов 155 гв. сп проходил беспорядочно, царила неразбериха, которую усиливала беспрерывная бомбежка. Бойцы выходили из боя группами и поодиночке, часть сил попала в кольцо в хуторе. В дневной сводке 2 тк СС отмечается: «После ожесточенного боя неприятель, начиная со второй половины дня, отступает на север. Несмотря на то что первое сопротивление сломлено, следует ожидать закрепления противника на второй линии. Активная деятельность нашей авиации и успешная поддержка сражающихся войск»[92].
К этому моменту в частях 52 гв. сд были на исходе боеприпасы. Подвезенные на 13 автомашинах снаряды сожгла авиация противника. Однако гвардейцы, оставаясь в окружении, уничтожали живую силу противника огнем и в рукопашных схватках. Последним противотанковым резервом у комдива оставался 230-й отдельный танковый полк полковник Д.А. Щербакова. Он имел на вооружении танки «МЗС» и «МЗЛ». Согласно плану обороны три его роты из четырех были сосредоточены в районе Быковки.
«Многоэтажные» американские машины имели слабую броневую защиту, поэтому эффективно их можно было применять лишь из засад и против пехотных частей, не имевших поддержки танков и хорошо организованной противотанковой обороны. Но выбирать не приходилось, враг рвался в глубь рубежа дивизии. В этот момент было крайне важно дать возможность отходящим подразделениям оторваться от преследования и закрепиться на позициях в районе с. Быковка. Поэтому полковник И.М. Некрасов примерно в 14.00 бросил в бой одну танковую роту против боевой группы мд СС «Рейх» с задачей остановить ее продвижение. По немецким данным, наши танки вступили в бой на участке примерно 6 км сев. Березова, за высотой 233.2. В это же время еще две роты ударили по авангарду дивизии СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» в 1,5 км юж. Быковки. Это была первая контратака советских танковых частей в полосе эсэсовского корпуса. О ней офицер Генерального штаба при 6 гв. А подполковник Шамов так докладывал в Москву: «…Командиром дивизии была введена в бой рота 230-го отдельного танкового полка. Части дивизии при поддержке танков оказывали упорное сопротивление. Орудийные залпы, рокот моторов, взрывы бомб и треск пулеметов и автоматов слились в общий гул. Один за другим загорались немецкие танки»[93].
В приведенной цитате много эмоций и очень мало правды, информация далека от реальных событий того боя, в том числе утверждение о понесенных врагом потерях. К сожалению, все было наоборот. Атака оказалась самоубийственной для наших танкистов. Чуть больше чем через полчаса рота прекратила существование как боевая единица. Экипажи вражеских боевых машин, используя качественное превосходство орудий в дальности стрельбы, не позволили даже приблизиться нашим танкам на расстояние прямого выстрела и попросту расстреляли их. О результатах контратаки 230 отп сухо доложил в дневном донесении начальник оперативного отдела штаба мд СС «Дас райх»: «14.45. Танковая контратака неприятеля со стороны высоты 233.3 отражена. Подбито 7 танков. Упорное сопротивление врага на выс. 233.3 и в направлении Быковки»[94].
После 15.00 немцы усилили бомбардировку наших позиций на участке Каменный Лог – высота 215.4 – высота 233.3. Особенно интенсивные удары с воздуха были нанесены по командному пункту 52 гв. сд в районе сел Козьмо-Демьяновка и Быковка. Значительные силы двух ее стрелковых полков на главном направлении удара противника были уничтожены и попали в окружение, часть находилась в движении к Быковке и вовремя занять новый рубеж обороны не смогла. Больше половины орудий 538 и 1008 иптап, полковой артиллерии оказалось разбито, противник захватил все наблюдательные и командные пункты 151 гв. и 155 гв. сп, поэтому связь полков с подразделениями была почти утрачена, их командование утратило возможность эффективно влиять на оперативную обстановку в полосе обороны.
Танк М3 «Генерал Ли» 230 отп 6 гв. А, покинутый экипажем в капонире Полоса наступления 2 тк СС.
Июль 1943 г. (Фото Бюшеля. NARA USA)
Район Быковки имел важное тактическое значение. Вместе с Козьмо-Демьяновкой этот населенный пункт был последним, хорошо укрепленным узлом сопротивления перед вторым армейским рубежом. На восток от села шли три глубоких заболоченных оврага, на запад – пойма р. Ворскла. Таким образом, единственный путь, по которому могли двигаться танки из этого района на Обоянь, была дорога Томаровка – Яковлево, проходившая через центр села. Далее шоссе шло в с. Козьмо-Демьяновка, расположенное рядом с Быковкой (через мост). Однако защищать села полковнику И.М. Некрасову было уже практически нечем. Согласно плану маневра противотанковым резервом 6 гв. армии танкоопасные направления в полосе 52 гв. сд должна была прикрывать 28-я отдельная истребительно-противотанковая бригада (оиптабр) майора Косачева. В середине дня 5 июля ее полки находились на прежних рубежах: в районе Покровки, выс. 254.2 (примерно 10 км сев. с. Быковка). По штату она должна была иметь три полностью укомплектованных иптап: два 76-мм орудия и один – 45-мм ПТО и, что самое важное, на каждое орудие – мехтягу, то есть автомобиль. На самом деле в бригаде было лишь два полка, имевших на вооружении 76-мм и 45-мм орудия, а также 50 % автотранспорта, необходимого для переброски материальной части, боеприпасов и личного состава. Именно этот момент не был учтен командованием 6 гв. А при выборе времени выдвижения и соединения для локализации прорыва 2 тк СС. Приказ о переброске полков в район с. Быковка комбриг получил слишком поздно, полковые колонны тронулись в тот момент, когда уже начался бой за село. Поэтому ожидаемой помощи гвардейцы полковника И.М. Некрасова в этот день так и не получили. Из доклада командования 28 оиптабр: «…5.07.43 г. бригада получила приказ командующего артиллерией армии выбросить одну лучшую батарею 76-мм орудий в район клх. «Смело к труду» для уничтожения прорвавшихся 13 танков противника. В 14.45 4-я батарея 1838 иптап выступила для выполнения этой почетной задачи.
