Читаем без скачивания Радужные Мосты - Максим Субботин

Уже ближе к утру Вивьен растолкал Мили.

— Все спокойно? — сонно спросила девушка.

— Спокойно, — ответил алхимик. — Тебе ничего не снилось?

— Курица жареная, — улыбнулась чародейка.

Вивьен хмыкнул и закрыл глаза. Усталость все же взяла свое. Вскоре дыхание алхимика сделалось спокойным и глубоким. В эту ночь сны были ярче, а голоса звучали отчетливее и настойчивее. Они еще просили, но их интонация еле уловимо изменилась, стала более жесткой. Поначалу тонкие и мелодичные, больше похожие на переливы виолы, теперь голоса превращались в тревожный набат.

Наутро сон развеялся так быстро, что когда Вивьен поднялся, о ночных голосах остались лишь смутные воспоминания. Оказалось, что Мили зря не тратила времени. Она побродила вокруг места ночевки и выкопала несколько съедобных клубней. Какая-никакая, а еда. Пригоршня ягод, несколько хороших глотков пахнущей травами воды — вот и весь завтрак.

— Ну как тебе моя стряпня? — поинтересовалась Мили, доедая с ладони последние ягоды.

— Очень вкусно. За последний день я ничего лучше не ел, — без улыбки ответил Вивьен, потом встал и взглянул в ту сторону, где они вчера видели свечение. — Ну что, идем?

Мили фыркнула, но поднялась.

На этот раз Вивьен не позволял себе расслабиться и вновь удариться в воспоминания. Он напряженно всматривался в горизонт, воду, траву. Как и накануне — ни единого признака какого-либо живого существа.

— Насекомые-то должны быть, — как-то обронила Мили.

— Должны, — согласился Вивьен, — но их нет.

Чем дальше они продвигались, тем глубже и шире становились преграждающие путь озера. Сначала путники пытались обходить водные преграды, но почти сразу отбросили эту затею — уж слишком много сил и времени она требовала. Более того, они чуть было не сбились пути, пока петляли между высокими камышами и осокой.

— Может быть, вплавь попробуем? — ощупывая ноющую ногу, предложила Мили. Девушка сидела на редком сухом клочке земли и отдыхала. — Все равно уже по колено мокрые. Чего нам терять?

Вивьен не мог не признать, что в словах чародейки был резон. Единственное, что сдерживало алхимика сразу пуститься вплавь, так это ранение Мили. Он хотел сохранить его сухим. Но не получилось. Как не старались они быть внимательными, но то и дело проваливались: густая трава иногда стояла такой плотной стеной, что не всегда удавалось увидеть воду, скрывающуюся в подобных зарослях.

— Думаю, ты права, — наконец согласился Вивьен. — Сними повязку и смотри — не потеряй ее. Как достигнем той светящейся точки — наложим снадобье снова.

Мили скривилась.

— Моя мама обо мне меньше заботилась, — проговорила она таким тоном, словно у нее уже в печенках сидело покровительство алхимика. Что, к слову сказать, было недалеко от истины.

Между тем, Вивьен уже начал раздеваться. Чародейка пока не спешила следовать его примеру. Она просто сидела и наблюдала. Предпочтения в интимных развлечениях нисколько не мешали ей любоваться красивым мужским телом. А тело Вивьена на ее вкус было красивым. Отказать себе в небольшом эстетическом удовольствии она не могла. Да и зачем?

Вивьен обернулся. Однако Мили даже не подумала отвести глаза, продолжая рассматривать воина. При этом лицо ее было наивно-невинным — ни дать, ни взять трепетный ангел.

— Будем сидеть, смотреть? — спросил Вивьен.

Девушка с готовностью закивала головой и хихикнула.

— Раздеваюсь, раздеваюсь, — нарочито недовольно сказала она, — нетерпеливый какой.

Когда девушка разоблачилась, алхимик свернул ее и свою одежду в один тугой комок и перевязал цепью. Больше их ничего не сдерживало. Вивьен первым ступил в воду и был этому несказанно рад. Близость обнаженного женского тела не могла не подействовать на него, вызвав возбуждение. Мили старательно делала вид, что ничего не заметила, но скрыть улыбку все равно не могла. Тем более, что она сама нисколько не стеснялась своей наготы. Больше того, некоторое время стояла по щиколотку в воде и, полуприкрыв глаза, щурилась на солнце. Что и сказать — чародейка любила свое тело и любила покрасоваться. Потом вздохнула, вошла в воду и последовала за алхимиком.

Плыли они небыстро. Вивьен то и дело посматривал на чародейку, опасаясь, что той внезапно может стать плохо. Но пока девушка выглядела вполне бодрой, хотя раненую ногу предпочитала не напрягать. Несколько раз им на глаза попадались странные, похожие на осколки разноцветного стекла, образования или развалины каких-то строений. К сожалению, хорошо разглядеть увиденное никак не получалось — солнечные блики слепили глаза, заставляли жмуриться.

— Ты видел это? — в очередной раз заметив блики, спросила Мили.

— Видел. Понятия не имею, что это может быть. Вчера вечером было что-то подобное?

— Нет, трава была, вода была. И все, — последние слова девушка произносила, отплевываясь от залившейся в рот воды. Дыхание начало сбиваться.

— Ладно, вернемся на обратном пути, — сказал алхимик. — Тебе надо передохнуть.

Ждать возвращения не пришлось. Приметив ближайший островок, поросший несколькими раскидистыми ивами с густыми, свисающими до воды, ветвями, путники направились к нему. Насколько же сильно было их удивление, когда сквозь колышущуюся на ветру зелень проскользнули уже знакомые блики. Мили и Вивьен переглянулись. Глаза обоих засветились в предвкушении разгадки.

Оно раскинулось на островке и практически полностью заполнило его своими обломками или, вернее сказать — осколками. Деревья стояли лишь по самому берегу.

Выйдя из воды, путники замерли. Вивьена уже не смущала ни собственная нагота, ни чародейки. Его взор был прикован к тому, что возвышалось прямо за деревьями. Даже теперь, когда творение неведомых мастеров было почти полностью разрушено, оно не могло не восхищать. Прямо из земли вырастали и устремлялись ввысь удивительно тонкие, с плавно перетекающими цветными разводами, стенки. Внутри здания, а ничем иным развалины быть не могли, виднелись прозрачные переходы и перекрытия, мебель и уцелевшая утварь.

Вивьен и представить себе не мог домов с такими стенами.

— Это же, как жить в таком можно? — спросила Мили, но вопрос ни к кому конкретному не обращался.

На всякий случай алхимик провел ладонью по прозрачному материалу. Больше всего тот походил на обычное крашеное стекло или подобие витража, только более изящное. Но как построить стеклянный дом, тем более без единого видимого шва и крепления? Это не укладывалось в голове.

— Магия? — спросил он Мили.

— Наверное… Но незнакомая мне. Ничего подобного даже не видела, — чародейка задрала голову вверх и тут же ойкнула, отпрыгнув назад. Один из валяющихся на земле осколков неглубоко оцарапал ей ногу.