– О, вот и они! – восклицает Динар, устремляя взгляд в сторону гостей.
– Кто они? – поднимаюсь с кресла вместе с мужем и, подойдя к нему поближе, беру за руку. – Ты подготовил какой-то сюрприз?
– Угу, – загадочно улыбается Динар и тянет меня за руку к причалу. Вдруг оборачивается и зовёт Юльку: – радость наша, идём с нами.
Юлька тут же вскакивает с диванчика и вмиг оказывается рядом с Динаром. Берёт его за руку и мы втроём идём навстречу нашим гостям.
Динар здоровается с ново прибывшими на английском языке. Представляет мне милую блондинку, одетую в строгое офисное платье, что кажется странным.
– Хорошая моя, это Энди. Она занимается организацией нашей свадебной церемонией, – говорит Динар.
– Свадебной церемонией? – переспрашиваю я, не понимая с первого раза. – Ты ничего не путаешь, Динар? Мы уже женаты.
– А как же красивая сказка и сотни снимков для домашнего фотоальбома?
– Ты хочешь, чтобы мы поженились ещё раз здесь, на острове? – Динар кивает. – А гости? Где мы столько человек разместим, остров-то маленький?
– Никого не будет, Алёна. Только ты, я и наша Юлька.
***
Подготовка к свадебной церемонии занимает два дня. На острове мне не остаётся ни одного свободного метра, где бы я могла ощутить свои личные границы. Повсюду люди, причём большинство из них говорят исключительно на иностранном языке. Хорошо, что у меня есть отличный переводчик в виде Султанова.
К концу второго дня я уже вся измотана. Дел за гланды! Да одно только платье, что купили мы с Динаром в свадебном салоне, где работает Людочка, чего только стоит. Я, конечно, в шоке, что оно каким-то чудом оказалось на острове, но ещё в большем шоке оттого, что платье мне велико. Я похудела на целый размер и даже этого не заметила. Поэтому платье в срочном порядке приходится ушивать.
Когда на небе появляется луна, а наш уютный остров загорается множественными огоньками, я наконец-то облегчённо вздыхаю. Удобно устраиваюсь на гамаке, закреплённого между пальмами, и превращаюсь в ленивого тюленя.
– Устала? – из темноты выходит Динар. Его трудно не увидеть, потому что он одет во всё белое.
– Даже не представляешь как, – вздыхаю и ощущаю, как муж берёт меня за руку и перекрещивает наши пальцы в замок. – А ты как? Видела тебя сегодня за работой. Кто-то говорил, что в отпуске.
– В отпуске, да, – усмехается Динар, устало потирая лоб ладонью. – Через пару месяцев начнётся предвыборная кампания, поэтому у меня всё должно быть под контролем.
– Значит, ты не обманывал, когда говорил, что собираешься в политику?
– Я никогда тебя не обманывал, Алёна.
Серьёзно? У Динара случилась внезапная амнезия, иначе я отказываюсь понимать, почему Султанов смеет говорить, что никогда меня не обманывал. Он скрывал от меня свою первую жену и от этой правды уже не отмыться, как от засохшей грязи на ботинке.
– А ты? – вдруг спрашивает Султанов, когда я замолкаю после его фразы про обман. – Тебе есть что мне сказать?
– Нет, – решительно качаю головой, чтобы придать себе уверенный вид.
– Ну вот и хорошо. Надеюсь, в будущем у нас не будет никаких секретов друг от друга.
– Надеюсь, – бубню в ответ, а сама уже воочию представляю это сомнительное будущее, потому что ещё буквально недавно я и подумать не могла, как далеко зайдут наши с Динаром отношения.
***
С первыми лучами солнца утро врывается через распахнутое окно. Я просыпаюсь первой и ещё какое-то время лежу под тяжестью руки Динара, которую он по-хозяйски забросил на моё плечо, и вспоминаю вчерашний разговор.
Неправильно всё это. И так быть не должно. Юлька и Динар не заслужили жить в обмане по моей милости.
Сердце больно сжимается в груди, а горло будто сдавливает удавкой, когда я понимаю, сколько времени украла у дочери и отца. Да что там времени? Я их друг у друга украла! Эгоистично. Цинично. Почти как аферистка мирового уровня.
И если раньше я находила себе тысячу и одно оправдание для того, чтобы врать до конца своей дней, то сейчас я несогласна ни с одним из оправданий.
Я должна обо всём рассказать!
Хватит этой лжи, в которой я уже давно утонула.
Я исправлюсь, да. Поговорю сначала с Динаром, вытерплю всего его претензии и буду смиренно молчать, пока он не исчерпает на меня все свои запасы гнева.
А потом обо всём узнает Юлька… И этого я боюсь больше всего! Вдруг малышка меня не поймёт? Да и как я ей объясню, почему так поступила? Она же видит Динара и знает, что он никакой не негодяй, а даже очень хороший. Она папой его называет, потому что всю свою сознательную жизнь хотела отца. А я, получается, предала её.
Решительно настроившись на исповедь, поднимаюсь с кровати и топаю в душ. Но прохладная вода в душе освежает не только тело, но и “закипевшие” от мыслей мозги.
Нет, сегодня я ни о чём не буду говорить, иначе испорчу всем праздник. А украденные десять лет и испорченная свадьба – это слишком много для семейных воспоминаний. Пусть у нас троих на подкорке отложатся только счастливые моменты.
***
Свадебная церемония проходит прямо на побережье, как в лучших традициях романтических кинофильмов. Я босая, но в свадебном платье, иду навстречу Динару, который ожидает меня возле свадебной арки из экзотических цветов.
На пляже разместился целый оркестр. Звучит привычный марш Мендельсона. А сбоку так и доносятся щелчки затвора фотоаппарата.
Я подхожу к Динару, и музыка замолкает. Вместо них начинает говорить ведущая – красивые слова произносит, но я и половины не слышу, потому что всё, что хочу слышать сейчас, – тихий голос Динара.
– Люблю тебя, – читаю по его губам.
На момент обмена кольцами я волнуюсь как никогда. Пальцы предательски дрожат, и я боюсь промахнуться и уронить золотой ободок в песок. Сейчас это мой страх “номер один”.
Но кольцо я не роняю, как и Динар. И вскоре на наших пальцах сверкают похожие обручалки.
Ведущая замолкает, предоставляя нам с Динаром слово, чтобы произнести клятвы.
Динар говорит первым:
– Моя любимая Алёна. Я обещаю тебе пронести нашу любовь и дружбу до самой смерти. Я никогда тебя не обижу, не оскорблю, не изменю. Буду ценить тебя и уважать любое твоё мнение. Клянусь, что наши отношения никогда не изменятся. И даже через пятьдесят лет я буду относиться к тебе точно так же, как и сейчас.
Сглатывая в горле комок, я жадно хватаю воздух ртом. И не сдерживаю слёзы.
Его клятва – это так трогательно. И волнительно, как на первом УЗИ, когда я была беременна Юлькой. Тогда я тоже ревела от счастья, увидев на монохромном мониторе маленькое пятнышко, размером с монету, а это уже был мой ребёнок.
Ведущая передаёт мне микрофон, чтобы я могла произнести свою клятву. А я не могу вымолвить и полслова, потому что эмоции захлестнули меня с головой!
18
Спустя 3 месяца
Юлька входит в кухню, когда я замешиваю тесто. Малышка обходит меня с правого фланга и, привстав на цыпочках, заглядывает в миску, где я ловко орудую вилкой, взбивая яйца.
– Что-то у нас? Посмотрим, – Юлька слишком близко приближается к будущему тесту и я хмурюсь, потому что её длинные волосы вот-вот попадут в миску.
– Так, принцесса, идём-ка, заплетём тебе косу, пока твои волосы не попали в торт вместо начинки.
– А можно я тебе помогу, мамочка? – сложив ладошки вместе и прижав их к груди, дочка смотрит на меня умоляющим взглядом.
– Конечно, но сначала всё-таки коса.
Юлька соглашается. И вскоре мы с дочкой ненадолго выходим в гостиную, чтобы заплести обещанную косу. Покончив с причёской, возвращаемся с Юлькой на кухню и застаём Динара напротив распахнутого холодильника.
– Кошелёк или жизнь? – пугает его Юлька, неожиданно подкравшись сзади и шутливо приставив палец к спине.
– Да жизнь, конечно же, – усмехается Динар и поворачивается к нам с Юлькой лицом. – А что у вас здесь за творческий беспорядок?
Окидываю взглядом кухню. Ну да. Есть немного, но это всё потому, что я затеяла грандиозное меню к завтрашнему празднику.
