в пергамент, что казалось, он вот-вот загорится. Неужели она подменила его на какой-то другой? Нет, похоже, это тот же самый, который она показывала мне ранее.
— Хорошо, — сказала я, выпрямив спину и игнорируя капельки пота, скатывающиеся по спине. — Я передам его и вскоре вернусь в комнату.
— Я вас проведу, — сказал страж и помог Валенсии поковылять обратно по коридору.
Когда они скрылись за поворотом, передо мной открылись двери. Я крепко сжала бумагу, чтобы не помять, и подняла голову. Время пришло — нужно было сделать моего отца гордым за меня. Король Вацлав и королева Изольда улыбнулись мне, когда я подошла, а мои шаги звучали необычно громко, хотя я шла по ковру, ведущему к их трону.
— Леди Ноэль Фрост, — прозвучал громкий, звучный голос глашатая, — пришла представить проект закона на рассмотрение.
Я сглотнула и постаралась выглядеть уверенно, как отец, если бы он был здесь.
— Это предложение о предоставлении полных и равных прав всем магам, — сказала я, радуясь, что голос не выдал дрожи, которую я чувствовала в руках и ногах.
— Да, лорд Седрик и Джек работали над этим много лет до смерти Седрика, — сказал король, показывая, что желает посмотреть бумагу. Слуга, стоявший рядом, сразу взял её из моих рук и передал королю. — Рад видеть, что она наконец прошла все необходимые подписи. Мы долго этого ждали.
Королева, слегка наклонив голову, задумчиво оперлась на подбородок.
— Вы так похожи на отца.
— Лица не забываются, — с любовью проговорил король, передавая документ королеве, а затем взглянул на меня. — Лорд Седрик работал с Джеком, и надеюсь, что у вас с ним тоже сложится подобное сотрудничество. Он сыграл ключевую роль в разработке таких законов.
— Я тоже надеюсь на это, — ответила я, и грудь наполнилась гордостью. Неужели всё будет так просто?
— Позовите писцов, — пробормотала королева Изольда. Она вынула очки и принялась внимательно изучать документ. Слуга поспешил уйти, чтобы передать сообщение, а я затаила дыхание, чувствуя, как напряглись мои нервы.
Король Вацлав улыбнулся.
— Не нужно так волноваться, Ноэль. Мы с радостью подпишем этот закон.
Охранник жестом указал мне, чтобы я покинула зал, но я осталась на месте.
— Это… это действительно станет законом? Так, просто?
— Есть несколько процедур, которые нам нужно будет пройти для его официального заверения, и нам нужно будет издать прокламацию, но в течение недели, да. Вот почему мы вызвали писцов. Они начнут делать копии для распространения.
Моё лицо вытянулось от удивления. Валенсия говорила правду? После всего, что мне пришлось преодолеть, чтобы добраться сюда, мне казалось невозможным, что это действительно произошло.
Королева Изольда опустила очки и посмотрела на меня.
— Что-то не так?
— Нет, просто… я думала, что это займет гораздо больше времени.
— Ваш отец сделал всю тяжёлую работу, и если вы добились последней подписи, то всё, что остаётся, — это наши подписи и принятие закона. Это простая часть.
— Это моя мачеха добилась последней подписи, а не я, — поправила я его, чувствуя стыд за то, что так недоверчиво относилась к Валенсии. Она застала нас с Джеком в компрометирующей ситуации, не выдала нас, а даже нашла способ, как мы могли бы быть вместе, а я относилась к ней с подозрением и презрением. Она заслужила признание.
— Несомненно, она — друг всех магов, как и ваш отец, — доброжелательно сказала королева. — Я, кажется, никогда не имела удовольствия встретиться со второй женой Седрика. Как её зовут?
— Валенсия.
— Обязательно передайте ей благодарность от всей королевской семьи и скажите, что я с нетерпением жду встречи с ней.
— Передам, — ответила я, склонив голову в почтительном реверансе, едва веря в свою удачу, и позволила себе быть проведённой из зала.
Ещё находясь в полном недоумении от успешного исхода и теперь реальной возможности будущего с Джеком, я отправилась искать любого из служащих, отвечающих за девушек, участвующих в конкурсе. Против всех ожиданий, Валенсия доказала, что я могу доверять ей относительно законопроекта о предоставлении полных прав магам, и она утверждала, что завещание для меня уже готово.
Я нашла Октавия за тем же столом, за которым он сидел, когда я только пришла, всё так же поглощённого горой бумаг.
— Да? — произнёс он без энтузиазма.
— Я хочу снять свою кандидатуру с конкурса, — твёрдо сказала я.
Он поднял взгляд, удивлённо сверкая глазами.
— Снять? После всего, что я сделал, чтобы обеспечить вам личную комнату?
— Да.
— То есть вы не желаете присутствовать на финальном балу сегодня вечером? — спросил Октавий, внимательно изучая меня своим проницательным взглядом.
— Верно, — ответила я.
— Вы осведомлены, что, если уйдете, вам не позволят вернуться? — продолжил он, не моргнув.
— Я осведомлена.
Октавий пристально уставился на меня, его глаза заблестели.
— Вы говорите это, но вы знаете, что сегодня вечером принц, скорее всего, сделает свой выбор относительно будущей невесты? — спросил он, словно пытаясь найти скрытый смысл в моих словах.
— Да, я знаю. Я больше не хочу быть на рассмотрении, — ответила я спокойно.
— Могу я узнать, почему? — его голос звучал холодно и настороженно.
— Думаю, принцу лучше подойдет другая женщина, — вежливо сказала я. — Принц Стивен замечателен, но между нами нет той романтики. Уверен, он поймёт.
Его глаза распахнулись от удивления.
— Вы с принцем не говорили об этом? То есть вы просто собираетесь бросить его?
— Я… я поговорю с ним, — ответила я, осознавая, что на самом деле не думала об этом. Я была так взволнована завещанием и перспективой будущего с Джеком, что почти не думала о Стивене. Но, наверное, я действительно должна поговорить с ним.
— Если вы уйдете, вам не позволят остаться здесь, — предупредил меня Октавий, перебирая документы и всё время бросая на меня проницательный взгляд. — Придётся покинуть помещение. Я не могу позволить, чтобы лишние гости засоряли коридоры.
— Я понимаю. Я вернусь домой, — сказала я, чувствуя, как в груди загорается радость. Мой дом. Я вернусь туда, где меня воспитывали, и смогу хозяйничать в этом месте так, как я хочу, а не так, как моя мачеха распоряжалась с момента замужества за отцом. Я смогу открыть школу и начать новую эпоху, в которой маги будут полноценными и равноправными гражданами.
— Если вы абсолютно уверены…
— Я уверена, — ответила я, подняв подбородок и смотря ему прямо в глаза. — Уверена.
— Не хочу, чтобы вы вернулись позже с просьбой изменить решение, — сказал он, не скрывая своего недовольства.
— Не вернусь. У меня другие планы, — сказала я, и в груди расцвели гордость и радость. Будущее было ясным и светлым.
Глава 14
