Сегодня же и вовсе вышло удачно — Иве беспомощно плюхнулся вперед, треснувшись о каменный пол оружейной комнаты академии. Так и получилось, что во внутренний двор он явился последним, волоча за собой клинок и размазывая кровь, сочившуюся из носа, по лицу. Губы его при этом чуть подрагивали, а взгляд позволял предположить: парень в мыслях проклинает собственную участь.
В сердцах, не сдержав эмоций, он даже рубанул мечом по стволу ближайшего дерева, росшего на границе тренировочной площадки.
— На изготовку, — командовал преподаватель воинской науки, давая последние наставления. Множество пар первокурсников уже рассредоточились по двору, готовые начать тренировочный бой. — Выложитесь на полную, используя все приемы, которым обучились за прошедший месяц. Не опасайтесь серьезных ран — студенты с лекарского отделения мигом поставят вас на ноги.
И зазвенели клинки. Все сосредоточенно сражались, желая подловить соперника на обманном приеме или просто превзойти в скорости. Вот оно истинное занятие для настоящих мужчин, вот где время пролетело незаметно в отличие от занятий танцами или управлением хозяйством, где оно еле плелось, а то и вовсе останавливалось.
— Молодцы, молодцы, — с довольным видом прохаживался между сражающимися преподаватель. — Радуете меня успехами. Близнецы, вы опять друг с другом в паре? Сколько можно устраивать балаган вместо серьезного боя?
И только когда солнце изрядно сместилось на небосводе, а уставшие противники в массе своей разошлись, признавая поражение или победу, профессор Гармарра вдруг опомнился:
— Погодите, а где же Таурин?
Уже закончившие свои бои студенты, в числе которых был и Ларс, оглянулись в направлении оружейного помещения. Представшая картина заставила всех на миг застыть в изумлении: Иве Таурин, упираясь обеими ногами в ствол могучего дерева, росшего возле тропинки во двор, с перекошенным от отчаянного усилия лицом тянул на себя рукоять клинка, силясь высвободить застрявший в древесине меч…
— Не дошел… — со вздохом протянул профессор, отвечая на свой же вопрос. Впрочем, в тоне его не чувствовалось недовольства, только обреченное смирение. — Надеюсь, хотя бы не порезался.
Первым захохотал Тоис, а за ним и все студенты-первокурсники дружно засмеялись. Только Ларс молча с каменным выражением лица поднялся и отправился спасать невезучего соседа.
— Ты совсем с головой не дружишь? — Рукой вынудив Таурина отступить, второй отпрыск рода Розолс легко, если не играючи, выдернул застрявший в дереве меч. — Дрова что ли надумал клинком рубить? Бестолочь.
— Так нечаянно получилось, — раскраснелся донельзя смущенный Иве, больше обычного сутулясь и кутаясь в безразмерную форменную куртку.
— Солнце палит, разденься уже, — махнул на него рукой Ларс.
Он давно понял, что обучать приятеля воинской науке дело безнадежное. Видно, правы те, кто утверждает: на детях природа отдыхает.
— А что с носом? — Наклонив голову, Розолс заглянул под козырек неизменной нахлобученной на лоб кепки.
— Ударился.
— Что за ответ, — шикнул раздосадованный Ларс. — Словно девчонка в самом деле. Сюда бы твою сестру старшую, и то было б больше толка. Лепечешь там что? Опять Тоис треснул? — И не дожидаясь ответа, развернулся к наблюдавшим за ними сокурсникам во главе с преподавателем. — Ладно, пошли уже. Урок еще не закончен. А с Ардемалом я сам поговорю.
— Все отдохнули? — Едва Таурин в сопровождении Розолса подошел к общей группе, как преподаватель дал всем сигнал подойти ближе. — На сегодня это еще не все! Я посмотрел на что вы способны в индивидуальном сражении, но куда важнее обучиться командному бою.
В глазах внимавших ему студентов начало проступать понимание. Ларс резко шарахнулся в сторону от Иве, моля провидение об одном: только бы вновь не попасть в одну лямку с мелким.
Профессор же давно полагал, что именно Ларс достаточно суров, чтобы командовать, но и во многом милосерден, чтобы в нужный момент поддержать более слабого — он истинный лидер и староста курса. Не зря он в первый же вечер выбрал себе место во главе стола!
А уж его опека Таурина стала большим облегчением знатоку военного дела — столько проблем как от сына в прошлом его уважаемого полководца не было ни от кого другого. А если вспомнить наказ ректора, просившего педагогов академии сделать все ради сближения этой троицы… Выбор был предрешен.
— Полоса препятствий! Работаете группами по трое. Готовьтесь услышать составы…
Четким голосом, постепенно перемещаясь от одного к другому, профессор Гармарра распределил всех первокурсников.
— Как это возможно?! — Немногим не взвыл Тоис.
— Профессор, измените решение, прошу! Это несправедливо — слишком разный уровень участников нашей группы, — одновременно с Ардемалом выступил вперед Ларс, осознав, что случилось худшее: их троих с Тоисом и Иве вновь объединили в одну группу. Не слишком ли много испытаний для одного дня?
И ладно еще Тоис — он обладал хорошими навыками и в решающие моменты был способен сдержать свой нрав, но что делать с мелким?! Он — совершенная обуза. Даже в танцах от него можно чего-то ожидать, не хватает лишь силенок да выносливости. Но в военном деле?..
— Почему несправедливо? Розолс вам требуются особые условия? Может быть мне расстелить для вас мягкий ковер на всем пути, чтобы не оступились? Еще и попутным ветром в спину наградить? — Негодующе выгнув дугой бровь, он развернулся к Ардемалу. — А что до вас, сиятельный лорд? Не слишком ли много пожеланий? Или вы и в реальный военный поход матушку возьмете? А что она? Донесет вас на руках как в розовом детстве? Нет, уж! — Последнее относилось к обоим. — Справляйтесь! В любой компании и самой сложной обстановке! Иначе не получите проходной балл, уяснили?
Уныло переглянувшись Ларс и Тоис смиренно кивнули друг другу, негласно объявляя перемирие ради общей цели. И только после этого обернулись к Таурину.
— Закину тебя на спину, — безапелляционно шепотом предупредил Ларс. — Под ногами не будешь мешаться и задерживать нас…
— Нет, — тихо, но твердо отказался Иве. — Побегу сам.
Сама мысль «проехаться» на спине у Ларса приводила Иве в ужас. Проклятая воинская наука, это та самая туча, что застилала безоблачный горизонт наследника рода Таурин, доставляя бесконечные проблемы и хлопоты. Не будь этого предмета, ежедневно грозящего девушке разоблачением, ее обитание в академии можно было бы назвать сносным. Обучение лекарскому делу и вовсе служило большим утешением измученной вечным страхом и увертками девичьей душе. Ведь в этом было ее предназначение!
Но стоило услышать предложение Ларса, представить как прижимается грудью к его спине, позволив его рукам обхватить ноги… Брр! В горле пересохло от страха. Неужели момент наивысшего позора наступит сегодня, и ее тайна перестанет таковой являться?
— Всем молчать! — Розолс только и успел что скрипнуть зубами, не понаслышке зная непрошибаемое упрямство Иве, как профессор оборвал все шепотки внутри обозначенных им групп. — Слушайте условия выполнения миссии, повторять два раза не буду. Итак..
Во внутреннем дворике установилась гробовая тишина — важность момента сложно было переоценить.
— Миссия по преодолению препятствий ожидает вас в магически расширенном подпространстве. Это специальная территория при академии, где мы тестируем навыки студентов, моделируя абсолютно любые условия. Конечно, в ваш первый раз они не будут очень сложными как у тех же выпускников. И предупреждаю на будущее — задания никогда не повторяются, не стоит пытаться разузнать о них у более старших студентов.
Разочарованные вздохи вызвали на губах преподавателя ехидную ухмылку.
— Самое важно — помните, что работа предстоит командная. Вы или все пройдете миссию, или не пройдет никто — засчитаны будут только результаты группы. Что до времени — оно все в вашем распоряжении, в подпространстве оно течет иначе. Вернувшись назад вы окажетесь в сегодняшнем дне ровно в тот же час и минуту, когда покинете академию. Но… проходной балл получат лишь первые десять команд, остальные пять будут отчислены.
