Читаем без скачивания Охотники на тъёрнов - Ольга Куно

– Господин Торендо, – я изобразила на лице садистскую улыбочку, – а вы не хотели бы повторить подвиг барона Альвареса и отведать нашего полезного напитка?

И я широким жестом протянула начальнику охраны второй кубок. Ирвин, однако, моей щедрости не оценил.

– Не хотел бы, – откровенно ответил он.

– Как?! – Я в ужасе прижала руку к щеке. – Вы что же, не любите овощные соки?

– Терпеть не могу, – и не думал отпираться Ирвин. – А что?

– Ничего, – с деланым безразличием отозвалась я. – Просто в том, что касается подвигов, совершаемых во имя прекрасного пола, барон, несомненно, лидирует.

– Очень этому рад, – не замедлил с ответом Торендо. – Терпеть не могу совершать подвиги.

– И все-таки, какие же блюда вы в таком случае предпочитаете?

Я была не намерена дать ему уйти от гастрономической темы. Как ни крути, а накормить его пореньей еще придется, хоть я и ни на грош не верила в то, что он может оказаться тъёрном.

– Мясо, – с обезоруживающей улыбкой проинформировал меня Торендо. – Нормальную питательную еду.

– Мясо? – переспросила я. – И какое же именно?

– Да любое, – отмахнулся он.

После чего взглянул на меня с насмешливым вызовом, ожидая следующей реплики. Девушки тоже переводили взгляд с него на меня и обратно, словно следили за игрой в мяч.

– Боже, какой ужас! – всплеснула руками я. – Еще скажите, что в качестве гарнира едите при этом картошку.

– Ничего не имею против картошки, – охотно подтвердил Ирвин.

Я страдальчески возвела глаза к потолку.

– Караул. Как это неизысканно!

– А вы, наверное, предпочитаете ужинать листьями салата, как козы? – нанес собственный удар Торендо.

Эвита с Синтией захихикали.

– Ирвин, – Вежанна специально сделала паузу, дабы все девушки успели обратить внимание, что она называет начальника охраны по имени, – а мне пришла в голову прекрасная идея. Не хотите ли вы сыграть с нами в фанты?

– В фанты? – Торендо принял с поданного лакеем подноса кубок – однако кубок не с соком, а с вином. – Боюсь, с тех пор как мне доводилось играть в них в последний раз, правила успели тысячу раз поменяться.

– Бросьте, эта игра стара как мир, – не удержавшись, вмешалась я. – Даже старше вас. Так что правила те же самые.

Вежанна наградила меня недовольным взглядом.

– Нам просто чрезвычайно не везет с ведущими, – пояснила она. – А вы, уверена, окажетесь в этой роли на высоте. Как и во всякой другой, – добавила она, даря начальнику охраны весьма многообещающую улыбку.

Торендо, кажется, поколебался, но затем развел руками, давая понять, что сдается.

– Хорошо. Только вам придется напомнить мне, что следует делать.

Впрочем, что бы там ни говорил начальник охраны, память у него оказалась не девичья, так что долго объяснять правила не пришлось. Мельком бросив взгляд на шляпу с фантами, куда барон как раз опустил собственный перстень, Ирвин встал, поставил свой бокал на стол, отдал какие-то указания дежурившему за дверью стражнику, а так же коротко переговорил с Грегорио, осведомившись, в частности, о самочувствии последнего. Вид лакей и вправду имел по-прежнему бледный.

Затем Торендо уселся на стул, а Вежанна неспешно завязала ему глаза приготовленным для этой цели платком. Девушке выполнение этой задачи было явно в радость. Начальник охраны тоже не жаловался.

– Что делать этому фанту? – торжественно осведомилась затем Вежанна, расположившись за спиной у Ирвина и вытащив из шляпы первый предмет.

Торендо пожевал губами, делая вид, что раздумывает, а затем объявил:

– Этому фанту поцеловать барона в щеку.

Эти слова были встречены взрывом хохота. Барон гоготал вместе со всеми, разводя руками в извиняющемся жесте.

– В чем дело? – осведомился Ирвин. – Черт, неужели это был фант барона? – сообразил он. Очередной взрыв хохота подтвердил его предположение. – Эх, ладно, Альварес, так уж и быть, я избавляю вас от обязательства. Хотя было бы весьма любопытно понаблюдать за тем, как вы пытаетесь выполнить задание…

– Я вам чертовски признателен, Торендо, – добродушно откликнулся барон.

Хоть вся эта дискуссия и носила шутливый характер, надо отметить: исполнение условий, возлагающихся на проигравшего, как правило, приравнивалось к уплате долга и считалось делом чести.

– Ладно, продолжим, – предложил Ирвин. – На сей раз я постараюсь избежать подобного конфуза.

Свое обещание он исполнил, ибо следующее задание сформулировал следующим образом:

– Этому фанту поцеловать в щеку меня. Надеюсь, моего фанта там не было? – невинно добавил он затем.

Фанта Торендо в шляпе не было. Зато Вежанна, жутко довольная выпавшим ей заданием, без особого стеснения поцеловала ведущего в щеку и при этом весьма близко к уголку рта. Тот тоже не застеснялся и даже исхитрился слегка приобнять девушку за талию, хотя глаза у него и оставались завязанными.

Затем последовало еще несколько фантов. Дело пошло куда веселее, чем прежде. Наибольшее удовольствие конкурсанткам доставило задание, полученное Эвитой и заключавшееся в том, чтобы высыпать в окно семена сверилии – еще одно диетическое блюдо, которым нас кормили по указанию мадам Сетуар. Девушки дружно столпились у распахнутого окошка, весело наблюдая за тем, как ветер подхватывает легкие ненавистные семечки.

– Вот удивится в следующем году садовник, когда под окнами вырастет целая роща сверилий, – философски проронил барон.

Когда конкурсантки отошли наконец от окна, игра возобновилась. Вежанна вытащила из шляпы очередной предмет и задала Торендо традиционный вопрос:

– Что делать этому фанту?

– Этому фанту отужинать со мной сегодня вечером в моих покоях, – таким тоном, будто подобное задание являло собой нечто само собой разумеющееся, заявил этот наглец.

Я захлопала глазами. Кашлянув, перевела взгляд с маленького серебряного колечка на лицо державшей его в руке Вежанны. Выражение этого самого лица было более чем неприязненное. Торендо поспешно стянул с глаз повязку.

– Ох нет! – воскликнул он, хватаясь за голову.

Правильно интерпретировать нашу с Вежанной пантомиму оказалось несложно.

– Я, знаете ли, тоже не в восторге! – возмущенно заявила Ирвину я. – И, между прочим, все это целиком и полностью ваша вина!

Торендо помолчал и обвел глазами остальных присутствующих, как бы примиряясь с неизбежным.

– Ну что ж, во всяком случае, в этом есть одно несомненное преимущество, – философски заметил он, поднимаясь со стула и отбрасывая на сиденье платок. – На еде я смогу сэкономить, учитывая ваши гастрономические предпочтения. Ну что ж, раз уж так сложилось, жду вас сегодня в семь часов.

Коротко распрощавшись со всеми присутствующими, Торендо удалился. Я внутренне рвала и метала. Но в то же время осталась и вполне довольна. Ведь подсыпать человеку в еду поренью во время совместного ужина – нехитрое дело.

Проходя по коридорам дворца, Винсент пребывал в прескверном расположении духа. Селина и прежде не выходила у него из головы; после же всего, что случилось на лунном холме и в подземном ходе, ему и вовсе стоило большого труда заставить себя сосредоточиться на чем-либо другом. Однако сама леди Палейно, судя по всему, не испытывала к нему аналогичных чувств. С тех пор они встречались во дворце трижды, и все три раза Селина вела себя с Винсентом равнодушно и сдержанно. Будь то на людях или наедине, она не проявляла ни малейшего желания продолжать с ним не то что близкое, но даже шапочное знакомство.

Нет, Воин был достаточно умен, чтобы понимать: ничто в их общении не должно проинформировать окружающих о факте их встречи на холме, не говоря уже о подробностях. Он и вел себя соответственно, проявляя необходимую осторожность. Просто поцеловал ей руку при одной встрече, когда такой поступок целиком и полностью соответствовал установленным этикетом рамкам. Просто тепло улыбнулся, увидев ее в следующий раз. А встретив ее в абсолютно пустом коридоре, всего лишь спросил, все ли в порядке. Ее вид показался ему встревоженным. Однако Селина каждым своим взглядом, каждым жестом транслировала холодность, безразличие и отчужденность. И делалось это не только напоказ для окружающих. Ее холодное, словно ушат студеной воды, поведение было предназначено в первую очередь для него самого. Винсент не в первый раз общался с женщиной и уж в таких-то вещах разбираться умел. Протянутая для поцелуя рука выскользнула из его ладони быстрее, чем это было необходимо. Во взгляде отсутствовали даже самые невинные признаки теплоты и приязни. А ответом на его вопрос был лишь удивленный, непонимающий взгляд и безразличное пожатие плечами.

Такое поведение со стороны Селины начисто выбивало Винсента из колеи. Ввергало в отчаяние. Приводило в бешенство. Бешенство, направленное не столько даже на нее, сколько на себя самого. Какого черта он не может выбросить из головы взбалмошную девчонку, которая сама не знает, чего ей надо? Сегодня страстно целует первого встречного, а завтра не желает даже по-человечески с ним поздороваться? Он что, мальчишка, дитя, желторотый юнец, наслушавшийся баллад о прекрасных дамах? Прекрасных дам не бывает вообще, их придумали менестрели. Есть боевые подруги вроде Стеллы и девочки для приятного времяпрепровождения вроде Иветты, Каролины, Луизы… ну и всех прочих.