со стороны, а получив достоверную информацию, что убийца сына военачальника и предводителя племени Четвертой Окровавленной Руки Сируса следовал вместе с караваном. Более того, им было известно и его место в колонне. И заплачено именно за его голову. Да и многозначительные пантомимы сотника и Крома, который без препирательств и торга подарил мне килограмм презренного металла на ровном месте, говорили о многом. Только как это выяснить?
Стоп, а такое ли «ровное место»? Ведь именно Линс верещал про Охланское королевство, какому выгоднее платить налоги, о чем я уже думал, не поэтому ли даже после выявления в рядах Волков множества артультовцев, староста так не желал заострять внимание дознавателей на покойном племяннике? Паранойя? А все выводы относительно возможных бенефициаров беспорядков я сделал на собственных же умозаключениях, и они могли быть и ложными. Да, все могло быть. Все… Примем в качестве рабочей версии.
Не хватало всего лишь маленького фрагмента, чтобы сложить более или менее реальную картину, а именно выяснить кто был целью отморозка-наркомана. И я знал где искать ответ. Осталось добыть средства и продумать, как его получить. Сам же задал закономерный наивно-дурацкий вопрос, заодно продолжая приучать сотника в непрозорливости юного аристо:
— Мне интересно одно, зачем давать возможность похищать невероятной стоимости артефакт, Слезы Нирна на двести пятьдесят тысяч и еще красное золото? Это, вообще… как? Столько трудов на их поиски, и просто подарить? Вернуть обратно? — моему возмущению не было предела.
— Да успокойся, не было там ничего, сам бы мог догадаться, тоже мне загадка Эйдена, — Турин отмахнулся от вопроса, как от надоедливой мухи, — Зачем? Узнаешь скоро.
— Хорошо, — всем видом показал, что отнюдь не «хорошо» и я абсолютно не согласен с лэргом, пылаю праведным гневом, а также, как минимум, подозреваю его во всех грехах, — А как ты узнал, что именно я убил Енунга? Тебя ведь здесь не было! — закончил победно, только обличительно указательный палец не выставил.
— Сообщили, говорил же, купи переговорный амулет у Джигана.
— Да? — и недоверчиво так, очень недоверчиво, но потом, опомнившись продолжил, — Он сказал, что лучше приобрести в Демморунге у его знакомого.
Конечно, по нормальному — это обзавестись средствами связи перед поездкой. Однако у Тавола имелся лишь аналог древней детской рации, какими играли мы на Диких Территориях. Мало того, действовавший на расстоянии в двести-триста шагов, почти в прямой зоне видимости, так еще и дороже процентов на сорок, чем в Речной Крепости. И гоблин требовал пять сотен золотых. Такую сумму я посчитал неприемлемой. Два с половиной тирка за откровенное дерьмо.
Магический же аппарат с расширенным функционалом, добивающий на пять-семь километров, имеющий возможность перехватывать и расшифровывать чужие сообщения, как и встроенный лингвистический модуль, позволявший переводить команды и беседы с пяти десятков языков, должен был обойтись мне в три-три с половиной тысячи. И его я решил покупать однозначно. Даже, если бы пришлось взять кредит или же продать все, обойдясь без «дармовой» рабочей силы. В детстве и юности рабовладельцы и рабство вызывала нелюбовь, привитую дедом. Поэтому для меня желательней был бы наемный персонал, готовый принести клятву крови, чтобы его не могли перекупить или заставить причинить ущерб или вред моему имуществу и лично мне.
— Ну-ну… — отчего-то неопределенно пожевал губами лэрг, а затем спросил, — И зачем ты убил заключенных? Их должен был судить наместник, и, вполне возможно, он мог кого-то и помиловать? И как уже говорил, там имелись нужные мне люди.
— От огра граната отскочила в клетку. Но… — я поднял указательный палец в останавливающем жесте, — Следующая полетела бы в любом случае в них, потому что я стал свидетелем преступления и, как аристо, как гражданин Империи и Великого герцогства, я не имел право поступить иначе. Или может быть за столетия законы изменились? — бил навскидку, учитывая, что все вокруг «должны» и «обязаны», а угодил, похоже, в «десятку», — И как я должен был поступать, если ничего не знал о твоих планах? Может быть еще и золото им на дорожку подбросить?
— Хорошо. Я согласен с тем, что действовал ты, пусть и мне во вред, но больше себе, однако без преступных умыслов. Однако, есть еще одна проблема — твоя стрельба привела к тому, что лучший ученик уважаемого мага Нессера дер Вирго был убит. Именно «волчий оскал», выпущенный из твоего арбалета, заряженный до предела разорвал его на части и покалечил троих стражников, оказавшихся рядом с ним. Потому что никто больше не использовал ни таких боеприпасов, ни таких средств.
— Я в него не стрелял, отклонил болт некромант.
— Ты думаешь мэтру дер Вирго есть какое-то до этого дело? Причина — ты! Остальное его вряд ли будет волновать. И он очень и очень мстительный человек. А еще, как ты понял из приставки «дер», он аристо, выбравший стезю мага.
— Лучше надо было щенка натаскивать! — возразил я, изображая запальчивость.
— Может и так, — неожиданно согласился со мной Турин, — Но это никак не отменяет того, что именно ты стал причиной его смерти.
— Не Руг Темное Солнце?
— Кстати, о нем… — не ответил на прямой вопрос сотник, а воззрился с явным удивлением, как и я, на перебиравшихся через завал Крома и Улафа Безжалостного, двигавшихся с грацией и сноровкой беременных черепах.
Вид у обоих был одинаково жалким, почти родственным. Оба с опаленными бородами, в крови, одежда в прорехах и грязи. А в глазах просматривалась пустота, обреченность и виденье некой только своей картины. Эдакое общение с духами. Совсем, как у новобранцев, переживших первое боестолкновение, когда рядом погибли товарищи, и смерть прошла совсем рядом. Разминулась чуть-чуть. Заметив сотника, они поковыляли к нам, и по мне оба одновременно мазнули безразличными взглядами. Что само по себе являлось нонсенсом. Ни толики злобы или ненависти. Действительно, что-то пошло не по плану.
— Что еще произошло? — спросил мрачно лэрг, предполагая проблемы. Странно, неужели не доложили, вроде бы он говорил связь имелась? Я думал он со мной беседы беседовал, имея полную картину произошедшего. Неужели настолько Ситрус на мозги воздействовал — базовые командирские рефлексы напрочь отключились?
Впрочем, справедливости ради, когда Турин появился бой явно закончился. Сейчас же со стороны деревьев, перегородивших дорогу, раздавались лишь характерные звуки пил и топоров, да команды мирного характера. А еще рядом с нами стонали редкие раненые, которых оставшиеся в живых
