лучи — очередное сражение за мост Тринтам и пересохшую реку набирало обороты. Легионеры Технократии, облачённые в серебристую броню, бок о бок сражались с «Зелёными Повязками», отражая натиск неприятеля. Искусственные тугоплавкие плиты, усиленные щитами, надёжно сдерживали жар энергетического оружия, позволяя защитникам укрываться от ответного огня. Клоны такого преимущества не имели, стараясь залечь и зарыться поглубже в чавкающую грязь. Сидящие в специальных машинах полевые командиры-новусы вели свою войну в «истинном» мире с нотами Союза, пытаясь воздействовать на реальность. Один из участков обороны неожиданно взорвался столбом пламени, сжигая находящихся за ним защитников — даже анимагены не могли противостоять испепеляющим температурам псионического пламени. Обертаны и Фибулусы Хора не давали пощады, прекрасно осознавая, что любой заряд или импульс может навсегда прервать их жизнь. «Убей или умри!» — эту фразу произносили обе враждующие стороны, столкнувшиеся в смертельной схватке чьим-то коварным разумом.
— «Мечеломы», цельтесь в танки! — Хара на полусогнутых перемещалась за защитными плитами, поскальзываясь в пепле, смоченном чёрной маслянистой жидкостью. — Тонд, нужен залп в квадрат «Омни-Два-Семь»!
— Понял тебя, — командир артиллерийской группы передал остальным машинам координаты, — залп пошёл!
Вновь серое небо расчертили белые кометы, направленные в скопление бронетехники штурмового полка эххийцев. Ещё один огненный столб прорвал ударил по обороне Союза, но на этот раз псионическую энергию погасил один нотов, перенаправляя нерастраченную силу обратно. Один из танков Королевства, странная машина, похожая на ската, вмиг превратилась в растерзанный кусок металла, брызнув во все стороны искрами.
Хара высунулась из укрытия, просунув руку с оружием, и сделала несколько залпов по приближающимся белым нагрудникам клонов. Усиливающий реакцию шлем безошибочно навёл её руку на слабые места брони противника, но и сама беот едва не попала под лазерный огонь, вовремя пригнувшись.
— Надо выбить псиоников! — прокричала она, прижав руки к ушам. На поле боя обрушился залп артиллерии, озарив истерзанную землю белыми взрывами, поглотивших часть армии Эххи. — Пока они здесь, клонов не остановить! «Мечеломы», вашу механическую мать! — рявкнула она, вновь выбираясь из-за опалённой стены. — Где вы есть?!
— Нас прижали противопехотные установки, — зло ответила ей командир противотанковой группы, практически на животе перемещаясь ближе к основному «кулаку» эххийской группировки. Над ними сверкал постоянный дождь из смертоносных красных лучей, не позволяющий даже встать на ноги, — Хайбра убили, у нас нет псионической поддержки!
— Я уже близко, — оповестил её Конкли, один из телепатов Технократии в боевом костюме Союза, — постарайтесь сконцентрироваться, я ударю Общим Сознанием.
Услышав его слова, Хара поспешно напрягла процессор, пытаясь представить самые страшные и жестокие вещи, что она видела за последние полгода. Смерти друзей и сослуживцев, горе и слёзы их родичей, неизвестность и молчание мужа — негативная энергия, скрученная разумом телепата, невидимой волной вырвалась из его разума, сжигая мозг клонов-операторов плоских, как блюдца, противопехотных машин. Новусы незамедлительно ответили ему встречной атакой, но вовремя подключившиеся к сражению остальные ноты поддержали Конкли, вступив невидимую схватку света и чувств, изредка просачивающейся в реальность. Залп установок «Копьё» ударил по танкам Эххи, разрушая строй, и тут же снайперская группа Эри взяла в прицел машины Обертанов. Мощные лучи бронебойных винтовок пронзили броню командирских машин насквозь, равно как и их обитателей.
— Штурмовики! — закричал кто-то.
В небе, выходя из-за низкого серого полотна, пикировали вытянутые каплевидные гравилёты со вращающимися вокруг себя сферами. Тяжёлые красные лучи ударили по позициям Союза, пробивая энергетические щиты и расщепляя анимагенов. Разом вырвались золотые свечения из разбитых тел, угаснув в бушующем пламенем пространстве. Фиолетовые энергоракеты зениток, извиваясь, набросились на серебристые машины, резко изменившие направление и вознамерившиеся дать ещё один залп. Стоявшая за Харой противотанковая пушка изогнулась, рассыпаясь в воздухе. Её длинный ствол начал падать прямо на неё, и зайчиха, вскрикнув, отпрыгнула в сторону, но тяжёлая часть машины всё же настигла её. Хара почувствовала нестерпимую боль в правой ноге, намертво прижатой уничтоженным орудием. Истошный крик боли сорвался с её губ, брызнув в фильтр шлема смоулом. В глазах потемнело, но беот не сдавалась, изо всех сил поднимая ствол. «Я не собираюсь подыхать, как последний мутот! — прорычала она приближающимся клонам. — Я вас всех перебью, выродки!» Гнев заставил забыть о боли и придал сил, но выбраться самостоятельно она так и не смогла, лишь ещё больше увязнув в грязи. Выдохнувшись, Хара громко застонала, рухнув на спину. Перед глазами лежали сотни анимагенов: «Зелёные Повязки», ноты, легионеры Технократии, беоты… смотрели на неё мёртвыми погасшими глазами, протягивая руки.
— Спирус вам в глотки, я не сдохну! — зарычала она, и, превозмогая усиливающуюся боль, вновь бросилась на ствол орудия, навалившись на него с утроенной силой. Нога нестерпимо болела, и всё больше смоула текло по подбородку зайчихи в фильтр шлема, но тяжёлая машина всё же сдвинулась с места, погружаясь перевёрнутыми защитными пластинами в грязь. Ещё немного, и её ствол с глухим чавкающим звуком сдвинулся с придавленной ноги Хары, намертво погрузившись в серую жижу.
Над головой пронеслись на полной скорости крылатые легионеры из манипулы «Ястребов», обрушив на клонов град энергоснарядов. Ещё во времена Войны Возрождения эти анимагены снискали дурную славу скоростных налётчиков, что без особых проблем могли уничтожать целые батальоны врага, и при этом оставаясь недосягаемыми для ответного огня.
— Они отходят! — радостно оповестил Конкли, увидев, что остатки полка клонов отступают к уцелевшим от выстрелов снайперов машинам новусов, закрывая собственными телами от попаданий. Штурмовые гравилёты также разлетались в разные стороны, разделяемые подоспевшими звеньями «Кречетов», сверкавших эмблемами Технократии и знаками своего Легиона.
— Эри, всё нормально, я ещё жива, — Хара с трудом переместилась спиной к плите, чувствуя, как разрывается болью её нога. Даже сейчас она видела, что ей разорвало техномыщцы и даже немного погнуло кость, хотя броня и выдержала удар. Сняв замки шлема, синяя беот шумно выдохнула, сплюнув в грязь смоулом, — Эри?.. А… Спирус тебя дери…
Тяжело дыша, она опустила руки, слыша, как стихают звуки боя. Голубые экраны щитов, спасшие множество жизней, вновь загорелись ровным светом, перестав искажаться от попаданий. Анимагены первой линии фронта прятались в укрытии, и нельзя было сразу понять, кто из них мёртв, а кто, как и она, ещё борется за свою жизнь.
— Капитан Хара, — она едва различила несущуюся к ней фигуру анрота, — она серьёзно ранена! — крикнул он остальным. — Держитесь, капитан, скоро прилетит турболёт.
Беот кивнула, ещё раз сплюнув смоулом. Очередной день войны для неё
