Молоков вылетает на поиски самолета Мазурука, с которым все еще нет связи. Летаем около часа, но безрезультатно. Уже на посадке в лагере, когда была выбрана почти вся антенна, я услышал работу радиостанции пропавшего самолета, но она внезапно прервалась. Однако все повеселели.
В лагере круглые сутки кипит работа. Регулярно ведутся метеонаблюдения. Определяются координаты льдины. Начаты магнитные и гравитационные измерения. Сделано несколько гидрологических и гидробиологических станций. Механики, штурманы и летчики вновь тщательно проверяют самолеты и все, что на них установлено.
Наш быт. Питание - отличное. Обеды из концентратов. Появляется время не только для сна, но и просто для отдыха. Регулярно слушаем последние известия и концерты из Москвы. Играем в шашки, шахматы, домино. Заводим патефон. На ночлег устраиваемся кто в палатках, кто в кабинах самолетов, а самые отъявленные любители экзотики раскладывают спальные мешки в крыльях самолетов на баках с бензином, предварительно дав клятву механикам, что курить не будут…
Папанинцы благоустраивают с помощью нас всех свой лагерь. Как удачно все же подобран этот небольшой коллектив! Они хорошо дополняют друг друга: чрезвычайно подвижный Папанин, молчаливый Кренкель, приветливо улыбающийся Ширшов и сосредоточенный Федоров. Работают слаженно и быстро, в основном молча. Иногда Папанин, поднимая тяжелый бидон с продовольствием, отпустит веселое словечко или расскажет короткую, но обязательно смешную историю - разрядка. Но сколько в каждом из них желания понять: чем можно и нужно сейчас помочь товарищу…
* * *
Наконец- то устанавливается связь с самолетом Мазурука. Сначала через Диксон, затем непосредственная. Выясняется, что находится самолет на льдине, примерно в 100 километрах от нас. «Аэродром» очень плохой. Готовят его для взлета, затрачивая огромные усилия. Надо было, конечно, трем самолетам собраться в воздухе вблизи Рудольфа и всем вместе лететь на полюс. Но, к сожалению, так не получилось.
Мазурук сообщает, что площадка подготовлена, погода отличная и он вылетает к нам.
Выкладываем огромный дымный костер. Наводим самолет на лагерь по радио и вскоре видим его. Традиционный круг. Блестящая посадка. Приветствуем товарищей. Видно, что нелегко пришлось им в пути - устали, осунулись, - но все на подъеме.
И снова у самолета неутомимый Иван Дмитриевич Папанин: Мазурук привез гидрологическую лебедку и… пятого члена дрейфующей зимовки - пса по кличке Веселый.
Почему же так долго не отвечал на вызовы самолет Мазурука? Почему потом связь была неустойчивой? Обязанности бортрадиста «по совместительству» были возложены на штурмана. Но, предельно загруженный в полете основной работой, должного внимания радиосвязи штурман уделять не мог. После посадки на льдину на него обрушился «ураган радионеприятностей»: отказывал средневолновый передатчик, неустойчивым было прохождение коротких волн, разряжались аккумуляторы, неоднократно обрывался приводной ремень бензино-электрического агрегата, питающего радиостанцию. К счастью, все это уже позади.
* * *
Официальное открытие научной дрейфующей станции. Короткий митинг. Взволнованно выступают руководители экспедиции, летчики и остающиеся на льдине товарищи. Не готовились они к этим выступлениям, не писали конспектов своих речей. А сказали от души, что думали, и запомнились эти выступления на всю жизнь!
Разрывают воздух залпы ружейного салюта. Взвивается на мачте государственный флаг Союза Советских Социалистических Республик. Летит в эфир телеграмма, адресованная руководителям партии и правительства.
«6 ИЮНЯ УСТРОЙСТВО НАУЧНОЙ СТАНЦИИ НА ДРЕЙФУЮЩЕЙ ПОЛЯРНОЙ ЛЬДИНЕ ЗАКОНЧЕНО. СТАНЦИЯ ТОРЖЕСТВЕННО ОТКРЫТА… НАУЧНЫЕ РАБОТЫ РАЗВЕРНУТЫ ПОЛНОСТЬЮ ПО ПРОГРАММЕ. ЗИМОВЩИКИ ОСТАЮТСЯ ПРЕКРАСНО СНАБЖЕННЫЕ НА УСТАНОВЛЕННЫЕ СРОКИ… САМОЛЕТЫ ВЫЛЕТАЮТ В ОБРАТНЫЙ ПУТЬ. МЫ ЗНАЕМ ТРУДНОСТИ ЭТОГО ПУТИ, НО ГЛАВНОЕ УЖЕ СДЕЛАНО: ЧЕТЫРЕ СОВЕТСКИХ САМОЛЕТА ПРОЛЕТЕЛИ ОТ МОСКВЫ ДО ОСТРОВА РУДОЛЬФА, А ОТТУДА ЧЕРЕЗ ЛЕДОВИТЫЙ ОКЕАН ДО ПОЛЮСА. ВСЕ ЧЕТЫРЕ САМОЛЕТА ПРОШЛИ ТОЧНО НАД ПОЛЮСОМ, ЗАТЕМ СОВЕРШИЛИ ПОСАДКУ НА ЛЬДИНЫ, СОБРАЛИСЬ ВМЕСТЕ, ОСНОВАЛИ И ОБОРУДОВАЛИ НАУЧНУЮ СТАНЦИЮ У ПОЛЮСА. НЕ БЫЛО НИ ОДНОЙ АВАРИИ, НИ ОДНОЙ ПОЛОМКИ В ПУТИ. ВСЕ ЛЮДИ ЗДОРОВЫ. САМОЛЕТЫ, МОТОРЫ, ВСЕ ОБОРУДОВАНИЕ - СОВЕТСКОГО ПРОИЗВОДСТВА. ВПЕРВЫЕ НА СЕВЕРНОМ ПОЛЮСЕ ПРОВЕДЕНА ОПЕРАЦИЯ ТАКОГО МАСШТАБА, ДАЮЩАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ ВСЕСТОРОННЕ ИЗУЧИТЬ ЦЕНТР АРКТИКИ, О ЧЕМ ДАВНО МЕЧТАЛИ ЛУЧШИЕ УЧЕНЫЕ. ЭТО ОКАЗАЛОСЬ ПОСИЛЬНЫМ ТОЛЬКО ДЛЯ СТРАНЫ СОЦИАЛИЗМА. РАПОРТУЕМ ВСЕСОЮЗНОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ, ВОСПИТАВШЕЙ НАС, И ПРАВИТЕЛЬСТВУ НАШЕЙ ДОРОГОЙ РОДИНЫ О ВЫПОЛНЕНИИ ЗАДАНИЯ. МЫ БЕСКОНЕЧНО СЧАСТЛИВЫ, ЧТО МЫ - СЫНЫ СТРАНЫ СОЦИАЛИЗМА, ИДУЩЕЙ ОТ ПОБЕДЫ К ПОБЕДЕ… МЫ СЧАСТЛИВЫ, ЧТО НАМ БЫЛО ПОРУЧЕНО ДОБЫТЬ ЕЩЕ ОДНУ ПОБЕДУ И ЧТО ЭТО ПОРУЧЕНИЕ МЫ ВЫПОЛНИЛИ».
Завершаются сборы воздушной эскадры в обратный путь. День отлета. Снова Кренкель берет меня, теперь уже за шнурок капюшона кухлянки, слегка дергает его, говорит: «Слушай-ка…» - и начинает задавать свои вопросы. А я стараюсь отвечать на них покороче и потолковее.
Прощаемся с остающимися товарищами. Это не просто: крепко сдружили нас с ними месяцы совместной работы в условиях, которые не всегда были легкими. Мы знаем, как трудно будет им на льдине, особенно в долгую полярную ночь, и с трудом скрываем тревогу. Но что поделаешь: такая у них работа .
Погода испортилась: низкая облачность, сильный ветер. Разбегаемся по самолетам. Одна за другой взлетают огромные дюралевые птицы и тянут к югу, к теплу, навстречу птицам живым, которые в это время летят на север…
Пробиваем облачность. Наверху - солнце и синее небо. По восемьдесят девятой параллели доходим до меридиана Рудольфа и вдоль него идем на базу. Перед отлетом со льдины выяснилось, что всем четырем самолетам до Рудольфа не добраться, не хватит бензина - сказались ожидание у кромки облачности при полете на полюс, промежуточные посадки Мазурука и Алексеева в районе полюса, полет Молокова на поиски Мазурука, да и папанинцам потребовалось оставить бензин сверх предусмотренного количества. Тогда было принято решение: машины Водопьянова и Молокова заправить полностью, на весь путь до Рудольфа, а Алексеева и Мазурука - чтобы хватило до восемьдесят пятого градуса, куда им потом разведчик подбросит бензин.
Вот и восемьдесят пятая параллель. Но облачность, идя на посадку, начинает пробивать лишь самолет Алексеева. Мазурук продолжает полет - произошла ошибка в расчетах и бензина до Рудольфа у него должно хватить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
