пару шагов, а затем обернулась. Крон смотрел на неё с улыбкой. Девушка вернулась и неловко прошептала: – Завтра вечером в баре «Жареная гусыня».
– Идет, – сказал он, и они расстались.
* * *
Эдвард постучался к главе гильдии и вошел.
– О, номер один вернулся… – закашлялся старик. – Генерал Мортена прислал мне письмо, где сказано, что они готовы выкупить тебя за любую цену, – он повеселел. – Пока ты добирался, я уже подписал договор, и теперь ты формально являешься подчиненным семьи Мортенов.
Кулак берсеркера сжался, как здоровый ком нервов: «Значит, я опоздал…»
– Не частью гвардии? – спросил он, сдерживая эмоции.
– Нет. Ты удостоился чести стать защитником королевской семьи. Будешь выполнять их прихоти, а сам купаться в роскоши. Мечта, а не работа, – старик протянул ему договор с королевской печатью.
– Кто будет мне платить?
– Информатор. Он будет передавать тебе задания и приносить деньги.
– Этого я и боялся.
Глава засмеялся своим скрипучим стариковским смехом:
– Будет тебе. Противников найти всегда успеешь. А во дворце можно погибнуть не только от меча, но и от отравленного вина. Так что каждому своё, – он помолчал. – Эх, мне бы твои годы. Взял бы клинок, да бросил тебе вызов.
– Я бы вам не уступил.
– Куда там. Я был самым свирепым берсеркером севера. Тебя бы точно победил. А сейчас, – он пожал плечами. – Посмотри на меня. Ходячая высокорослая развалина. Кто меня в наши дни узнает?
– Однажды нас всех это ждет, – осторожно сказал Эдвард.
– Не думаю. Я бы предпочел умереть в молодости. Дерзким и полным сил! Когда меня любили и узнавали. А не сейчас… Тяжело становиться никому не известным, скажу я тебе. Так что не бойся умереть. Иначе в старости останешься трусом.
– Что ж, спасибо за совет.
– Удачи тебе, Эдвард.
– Прощай, – сказал Крон. «Больше я сюда уже не вернусь…»
* * *
Ворота кладбища были похожи на портал в иной мир. Крылатые гарпии с высунутыми языками и блестящими глазами сидели на решетках, охраняя спокойствие мертвых. Их страшные пасти с острыми зубами казались живыми в полумгле. Отблески факелов, продававшихся у ворот, бросали неприятные блики на холодные переплеты извивающегося забора. Человек, который ковал эту мерзость, должно быть, вложил все силы, чтобы сделать гарпий такими отвратительными и пугающими. Но атмосфера была передана точно. Усопшие люди рядом с застывшими монстрами. Красиво и страшно.
Снаружи блестел фонарь, на кладбище была тьма. Эдвард намеревался купить себе факел, как вдруг заметил знакомое лицо…
Они не виделись около пяти лет, но Крон сразу узнал его. Тяжелый коренастый человек с растрепанными волосами и щетиной.
На фоне суровой внешности, недружелюбных черных бровей и кривых ручищ – маленькие, умные и глубокие глаза, будто прожигающие тебя насквозь. Это был Джефф. Когда-то давно он был другом Эдварда. Был…
В руках Джеффа блестел топор. Острие зубца длиной с добрый меч и железная рукоять толщиной с дубину. «Да, это, несомненно, тот самый берсеркер».
– Я ждал тебя, – сказал он. – Так и думал, что ты трусливо придешь на могилу последним.
Крон молчал.
– Сразимся сейчас. Я одолею тебя и стану номером один. Ты долго избегал своей кончины, но пришло время платить по счетам.
– Нет, – подал голос Эдвард. – Сначала нужно почтить память учителя.
Джефф потупился. Его скулы сдвинулись, кулак сжался на ручке топора.
– Хорошо, – сквозь зубы процедил он и опустил оружие.
Они купили факелы и молча пошли по темным дорожкам, посыпанным песком. Черные кресты и надгробия окружали берсеркеров, словно дикий лес. Луна так и не показалась на небе из-за тяжелых густых облаков. Мрак окутал каждый сантиметр кладбища. Жуткие завывания ветра были похожи на стоны покойников. Черные вороны каркали слово смерть. Зловещая и пугающая картина.
А внутри у берсеркеров – ожидание схватки. Джефф уже бросил Эдварду вызов. Стоит им выйти обратно, и один из них умрет. Оба чувствовали напряжение. Остаться здесь или жить. Лечь посреди этого кромешного ада или выбраться на свет в город. Один выживет, другой станет пищей для птиц…
И всё-таки они молчали. Никто не обнажал сталь и не пробовал получить преимущество. Честь была важнее. Начать схватку посреди кладбища означало бы предать заветы учителя.
Какой-то человек преследовал их аккуратными шажками. Маленький и хилый, но при этом смелый и целеустремленный. Он держал дистанцию, но всё равно не отставал. Его мерцающий факел семенил за ними.
Могила, к которой подошли бывшие друзья, была украшена цветами и курящимися благовониями. Кто-то примостил к плите золотой щит. Рядом лежало кольцо и цепочка. Несколько зажженных свечей освещали имя. «Торрес Ахари. Первый из берсеркеров» – гласила надпись на надгробии.
Эдвард встал на колени и достал из сумки восковую свечу. Он аккуратно зажег её и установил среди других. Джефф снял с пояса нож и положил в качестве подношения. В тишине кладбища двое берсеркеров не проронили ни слова. Оба молча произнесли молитву покойнику.
Сзади послышался голос:
– Вы Эдвард Крон? – это был низкий человек, который шел следом. – Меня зовут Кизло Риволт. Я информатор. Начальство поручило мне найти берсеркера, который теперь принадлежит семье Мортен. У меня есть для него некоторые инструкции, – он нетерпеливо поерзал на месте, видя, что двухметровые гиганты не обращают на него никакого внимания. – Понимаю, что вы скорбите об этом человеке, но кто бы он ни был, это не повод отлынивать от работы! Вы теперь принадлежите королевской семье!
Тишина. Холодный ветер всколыхнул плащ Джеффа и растрепал волосы Эдварда.
– Пора.
– Согласен.
Кизло лишь ухмыльнулся:
– Возвращаясь к нашему разговору, мистер берсеркер…
Эдвард посмотрел на него с презрением:
– Я не собираюсь разговаривать с человеком, который пренебрежительно относится к умершим…
Тот хмыкнул. Однако интонация слов заставила его остановиться. Он понял, что может нарваться на неприятности. С берсеркерами лучше не шутить.
Джефф и Эдвард вышли за ограду и остановились прямо перед образами гарпий. Их глаза встретились. Будто по команде они начали доставать оружие и облачаться в доспехи. Оба были спокойны. Крон надел кожаную броню и снял с крепления меч. Джефф поправил кольчугу, натянул железные перчатки и шлем, взяв наперевес топор.
Держась двумя руками за шершавую рукоять, Эдвард принял атакующую стойку. Почти два метра стали повисли в воздухе, блестя красными письменами.
– Должен предупредить тебя насчет меча, – сказал Крон, наклоняя голову из стороны в сторону, будто разминаясь. – Этот меч выматывает тело и испытывает дух, – вены на шее Эдварда вздулись. Руки начали дрожать. Лицо покраснело от напряжения. Меч хотел крови. Но Крон сдержал себя. – Если победишь, то не дай демону овладеть собой. Первое, что он делает
