Все засмеялись, глядя на меня. Мне каша чуть поперек горла не стала, от такого внимания. Как я ни старался, но не смог доесть до конца. Мой усохший желудок не вмещал в себя такие объемы.
Все, кроме меня, несли назад пустые тарелки, а мне было так неудобно идти с остатками еды. Меня выручил тот парень в смешной шляпе.
— Тебя же Сергей зовут? — Спросил он.
— Ну да!
— А меня Яков, Яша, если ты забыл.
Я признаться не запомнил кого как зовут, да еще впотьмах все были на одно лицо.
— Сергей, я вижу тебе уже не лезет?
— Да уж, с непривычки не могу осилить. — Признался я.
— Давай я доем за тебя, а ты иди сдай мои тарелки. Хорошо?
— Спасибо, а то мне неудобно. Пожалели вроде, а я не доел.
— Да ладно, тебе спасибо. У меня аппетит хороший, постоянно голодный хожу.
Глава 5
Прошел месяц с тех пор, как я очутился на «Элеваторе». Время проведенное здесь шло мне на пользу. Я неотвратимо возвращался к своему весу. Загорелость и обветренность сошли, явив миру мой натуральный цвет лица. Повара уже считали, что выполнили свою миссию по возвращению меня к исконному виду и больше не перекармливали.
Мы по-прежнему жили с отцом в одной комнате. Но я стал замечать, что он стал опаздывать или вообще пропадать где-то до половины ночи. Я предположил причину его задержек, но не спрашивал, ожидая, что он раскроется сам. Мне было даже смешно, когда он отмазывался, как мальчик, хотя я не спрашивал его.
Наша встреча, наверно, встряхнула отца. Раньше он работал, чтобы забыться и не думать о своем несчастье. С моим возвращениям его жизнь снова наполнилась смыслом и невольно он оттаял для других чувств. Я был только рад. Все-таки мужик при женщине выглядит более счастливым и ухоженным.
Я не отставал от отца, позволяя себе устраивать небольшие набеги в женское общежитие. В неположенное время это было запрещено, но тем интереснее было нарушать правила. Родя, до этого сторонившийся девушек из-за надуманных комплексов, благодаря моей настойчивости, тоже стал посещать запретные места.
Пассией я пока не обзавелся. Мы больше встречались компания на компанию. Весело проводили время, шутили, смеялись, и все это без капли алкоголя. На спиртное было официальное табу. Три предупреждения и гуляй. Хоть опейся, но только там, за забором.
Чем дольше я жил на «Элеваторе» тем больше проникался и понимал его жизнь. Он как организм имел настроение и излучал эмоции. Я предчувствовал, что на «Элеваторе» готовится что-то тайное. Частенько, по ночам ведя нерегламентированную жизнь, я замечал как в ворота выезжают автомобили. Они не включали свет, но по звуку моторов я догадывался, что это не грузовики. Возможно, это было обычное патрулирование, но с чего тогда о нем все молчали и пожимали плечами. Отец вообще попросил меня не болтать лишнего и больше смотреть себе под ноги.
В нашем гараже тоже усиленно готовились грузовики. Мы должны были отремонтировать все три автомобиля к определенной дате. Я удивился, когда к нам в гараж пришли рабочие из цеха сварки и обварили каркасом из металлических уголков наши машины. Тогда я догадался, что задумывается большая вылазка. Отец на мои предположения утвердительно махнул головой.
— А чего столько тайны вокруг этого? «Элеватору» вроде никто не угрожает?
— Знаешь, Сергей, безопасность не в моей компетенции, у нас есть люди которые хорошо разбираются в этом, у них есть агенты и за пределами «Элеватора». Если они считают что нужно сохранять тайну, значит это действительно так. Тем более прецеденты были.
— А что было?
— В ноябре прошлого года, перед самым закрытием дорог на зиму решили мы съездить напоследок в Октябрьск. В городе много предприятий осталось. А жителей почти никого. Натуральный мертвый город. Очень много зараженных там было. Мы машины специально подготовили, отвалы спереди поставили, сетки специальные придумали, чтобы рабочие места накрывать, когда оборудование демонтировать будем. Думали что подготовились.
— И? — Мне не терпелось услышать продолжение.
— Колонна исчезла. Причем, произошло все мгновенно. Все грузовики были оборудованы связью. Все шло хорошо, судя по переговорам, а потом связь внезапно прервалась. Терентий велел выдержать сутки, а потом пустить по следу разведку. Часть разведчиков вернулась ни с чем. Они доехали до самого Октябрьска, не встретив ничего подозрительного. А одна группа так же бесследно пропала.
— Куда же они исчезли? Есть предположения?
— Сергей, я же не знаю всего. Моё дело чтобы вода всегда была. Раз задумали что-то, значит что-то знают. Но я предполагаю, что у нас по соседству завелась какая-то сила. Странно еще, что с военными внезапно прекратилась связь. Все было хорошо, мы активно обменивались по железной дороге, а тут бац, пропала связь и поезда перестали ходить с их стороны. Связано между собой это или нет, не знаю.
— А у нас в гараже я занял шкафчик какого-то Магомедова. Мне не рассказали о нем, но я понял, что там кроется какая-то тайна.
— Это с их гаража парень. О той экспедиции не принято болтать перед новичками. Хотя все знают о тех событиях, но делают вид, что это тайна.
По молодости и по горячности присущей этому возрасту, меня чрезвычайно заинтересовали эти истории.
— Пап, а из кого набирают людей в эту группу?
— Таак! Я чую откуда ветер дует. Ты только месяц как нашелся, чуть не помер с голодухи в пути, а тебя опять на приключения тянет?
— Я просто спросил. — Соврал я.
— Спросил он. Если спросил, значит уже в мыслях что-то кумекал.
— Да ладно пап, мне просто интересно. Я уже все видел у вас, кроме таких групп. Вот и подумал из кого их набирают?
— Смотря по какому делу едут. Если за продовольствием, то одних, если за оборудованием, то других. Группу прикрывает с десятка полтора бывших военных. Но оружие есть у всех. Раньше, это было совсем не опасно. Вся эта шелупень вдоль дороги разбегалась только завидев нас. До того момента.
На том мы разговор прекратили, но жажда к приключениям горела во мне нестерпимым жаром. Стараясь не подавать вида при отце, я начал пробивать информацию о том, как попасть в группу. Новая идея захлестнула меня настолько, что я на время забросил массовые забеги в женское общежитие.
На «Элеваторе» существовала определенная структура власти. Отличалась она от той что существовала до катастрофы тем, что представители этой структуры не имели кабинетов, а занимались работой, каждый по своей профессии. Мой отец был не последним человеком во власти, даже совсем наоборот. Но он каждый день одевал робу и шел к своим насосам. Это не мешало ему раздавать нужные распоряжения, и он всегда был в курсе даже самых мельчайших нюансов своей работы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
