— А он со мной никогда не откровенничал. Он никогда даже не говорил мне, что ему вообще что-то известно. Но были моменты, когда он засыпал или пытался окончательно раствориться в моем теле. И порой, когда он особенно крепко ко мне прижимался, я почти чувствовала, как «это» проступает сквозь его кожу. — Ее пальцы вцепились в проржавевшую сетку изгороди. — Но это было… словно что-то пыталось выбраться из его тела…
«Хорошо, хорошо, — подумал про себя Леггер. — Ее слова по-прежнему для меня ничего не значат. Ничего, что бы я мог видеть или осязать. Конкретная уверенность, которой еще пару минут тому назад он обладал, рухнула, оставив после себя уже давно знакомую пустоту. Мир вновь оказался непостижимым и замкнутым в себе, словно мраморный куб на моей могиле… И на какое-то мгновение мне просто показалось, что я на ощупь* могу разобрать буквы, слова, высеченные на нем».
— Ой, что это? — спросила Рэйчел, и в голосе ее прозвучало неподдельное детское любопытство.
— Где? — Леггер нагнулся к бассейну, пытаясь разглядеть, куда указывает смутно видневшаяс темноте рука девушки.
— Да вот, — еще раз махнула рукой Рэйчел. Наконец в противоположном углу бассейна Леггер различил небольшое пятно, куда более темное, чем неосвещенное забетонированное дно.
— Это мусор, — промолвил он. — Сама понимаешь, наверняка какая-нибудь дрянь.
— Да нет, — она покачала головой. — Это нечто другое.
Странно, но в бассейн вели ступеньки. Леггер постоял на краю и, ухватившись за бортик, спрыгнул вниз. Его глаза теперь были на одном уровне с коленками Рэйчел.
— Спасибо, — промолвила она, когда он посмотрел на нее снизу вверх. Присыпанное песком кафельное дно, оказывается, было с наклоном и, поскользнувшись, Леггер проехался до глубокого конца бассейна.
Там некоторое время он лежал, растянувшись на песке и созерцая ночное небо. Отсюда звезды над головой образовывали аккуратный прямоугольник, ограниченный краями бассейна.
«Они словно похоронный оркестр… в черном», — подумал Леггер.
Он встал, отряхивая с одежды песок. Все еще непонятный объект находился всего лишь в нескольких шагах от него. Леггер подошел к нему, нагнулся и взял на руки.
«Теперь понятно, что это», — подумал Леггер, не ощущая веса этих жалких останков. До мелкого края бассейна ему удалось добраться, не поскользнувшись. Рэйчел склонилась над ним, молча за ним наблюдая.
— Вот, — сказал Леггер, протягивая ей неподвижную, высушенную солнцем кошку. Рэйчел подалась вперед, без всякого отвращения разглядывая трупик животного. Она коснулась его рукой, И при этом Леггер услышал гулкий стук, словно мертвое животное было небольшим, пустым внутри барабаном.
— На ощупь кожаная, — проговорила Рэйчел. Несколько черных шерстинок прилипло к ее пальцам. — Она уже очень давно умерла и успела мумифицироваться.
Кошка лежала, свернувшись калачиком, хвост и лапы — к голове.
«Хорошо, что глаза у нее закрыты», — подумал Леггер. Ряды крохотных зубов были хорошо различимы под истончившейся кожей.
— Уже очень давно, — изрекла Рэйчел. Она выпрямилась с таким видом, как будто кошка ее уже более не интересовала. — Я пыталась заставить ее шевелиться… да что-то ничего не получается. Она уже стала вещью неодухотворенной, словно кусок грязи.
«Верно», — подумал про себя Леггер. Он стоял посреди зияющего сухого пространства и глазел на покоящийся в его руках предмет, изогнувшийся в своем вечном сне подобно сухой ветке…
«Вот в чем прелесть пустыни, — сказал он сам себе. — Она же все что угодно засушит. А потом только ходи да собирай… бесстрастных и не стремящихся убежать».
Видение! Он увидел незнакомый автомобиль на запруженной автостраде, битком набитый семейством и пожитками. И все они спасались от Страха, направляясь на восток, вслед за остальными. У них что, вискас-коктейль кончился? А может, они просто устали и их стало раздражать обезумевшее от страха, постоянно мяукающее животное? И вот отец семейства подруливает к обочине, а потом швыряет кошку в недавно осушенный бассейн всеми покинутого мотеля. Кошка пытается выкарабкаться по гладким кафельным стенкам, пока не обессиливает вконец, а потом ложится в самом глубоком конце и засыпает. «Да, — Леггер зажмурился. — Да. Но ведь кошка могла запросто выпрыгнуть с более мелкой стороны бассейна и выбраться по ступенькам… Значит, она просто поняла, что это не решит ее проблем, и смирилась со своей участью».
— Если кошка может так высоко прыгать, — сказал вслух Леггер. — Сколь быстро тогда убегали люди?
— Что? — донесся голос Рэйчел из нависшей над ним тьмы. — О чем это ты там?
— Да так, ни о чем.
«Остался лишь один собеседник, — подумал Леггер. — Но для столь пустого места и это сойдет».
Леггер знал, что где-то позади сверкающая капелька металла ждет своего часа, чтобы вновь найти его и зачитать приговор.
— Эй, Рэйчел, а где Леггер?
Он посмотрел наверх и увидел стоявших рядом с Рэйчел Энн и Дорца. Темные силуэты на фоне звездного неба. Леггер даже не слышал, как они подошли к бассейну.
— Да вот он я, — тихонько промолвил он. Безликий контур с голосом Дорца наклонил голову.
— Что это там такое у тебя?
— Дохлая кошка.
— Бог мой, да вы просто какие-то мрачные извращенцы, — Дорц нагнулся и, подхватив высохшую тушку из рук Леггера, раскрутил ее за хвост и швырнул куда-то во тьму. То, с каким звуком кошка приземлилась на одну из дюн, более всего напоминало вздох.
— А теперь выбирайся оттуда.
Леггер подтянулся и, перемахнув через край бассейна, встал как раз напротив Дорца. Тот стоял в обнимку с Энн, держа руку на ее талии. Даже в темноте Леггер мог с точностью определить, что они только что трахались, даже их одежда излучала некое посткоитальное электричество. «На кровати, — подумал Леггер. — В маленькой комнатке позади конторки в офисе этого мотеля. — Это настоящий класс», — сказал он мысленно сам себе без малейшего сарказма.
Дорц благодушно осклабился, его зубы почти что светились в темноте.
— Ну что, банда, долгий у нас сегодня выдался денек? — Дорц и Энн повернули к мотелю. Кружок света танцевал на земле впереди них, когда он включил фонарик. — Время соснуть, так что дави на массу. Завтра нас ждет такое!
— Отлично, — процедил Леггер. — Я всегда мечтал умереть в постели.
— А? Не… об этом можешь не волноваться, — рассмеялся Дорц. — Эта пуля ночью не летает… У нее, видишь ли, очень большой срок автоподзарядки. Так что спеши воспользоваться предоставившимся тебе моментом. Ха-ха-ха-ха.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
