Помимо собственно секретарей гофмаршальской конторы в ее состав входили два клерка-контроллера (derks of the comptroller, или clerk– comptrollers). Они были помощниками инспектора департамента дворцового хозяйства. Прежде всего, клерки-контролеры должны были контролировать деятельность казначея-кассира хаусхолда и его секретарей. Они проверяли, присутствуют ли слуги на своих местах в положенное время. В случае отсутствия кого-либо или уклонения от выполнения своих обязанностей клерки-контролеры могли распорядиться об отмене суточного жалования. Проверки устраивались в соответствии с квартальным штатным расписанием всех департаментов двора, где также указывалось жалование королевских слуг. Это так называемый контрольный список (check roll), который хранился у клерков-контролеров. Под их наблюдение подпадали не только слуги хаусхолда, но и слуги королевской палаты, а также слуги двора королевы. Клерки-контролеры могли наказывать не только тех, кто отсутствовал при дворе без разрешения, но и тех, кто просто обедал или ужинал в «другом месте, противоположном предписанию королевских ордонансов»[494]. Это дополнение находилось в русле попыток в 1604 г. ограничить расходы двора путем сокращения числа так называемых «столов» придворных слуг и их стоимости. Кроме того, клерки-контролеры должны были изгонять из двора лишнюю собственную прислугу королевских слуг (servant’s servants), для чего также вводились материальные санкции[495]. В случае, если лишнего слугу обнаруживали впервые, его хозяин или глава субдепартамента получали выговор. При повторных нарушениях они лишались двухдневного жалования за каждый случай.
Деятельности инспектора двора и его секретарей отводилась ключевая роль в рамках департамента дворцового хозяйства. Один из ордонансов 1604 г. заканчивался тем, что предписывал контролеру двора и его клеркам «хорошо управлять» своими делами, «чтобы дать другим пример для того, чтобы управлять ими еще лучше»[496].
Одним из управляющих дворцовым хозяйством был гофмейстер двора (master of the Household), или дворецкий. Гофмейстер был призван осуществлять связь между гофмаршальской конторой и королевской палатой, придавать вес и авторитет проверкам и инспекциям, которые проводили клерки конторы. В ордонансах 1604 г. гофмейстер выступает в качестве заместителя всех высших слуг хаусхолда в одном лице. В их отсутствие он должен совершать ежедневные утренние проверки расходов хозяйственных служб двора и принимать соответствующие меры. В отличие от лорд-стюарда, казначея и инспектора департамента, отсутствие гофмейстера в данный момент ордонансом не предусматривалась[497]. Отчасти на него перекладывался контроль за придворными поставками и запасами. Под наблюдением дворецкого необходимые продукты передавались в «руки королевских поваров», а готовые блюда– на столы[498].
Но все-таки главной обязанностью гофмейстера было следить за дисциплиной и порядком при дворе. В 1615 г. сэр Томас Вэвэйсор как гофмейстер двора получил предписание помочь в проверке, проводившейся с целью арестовать и отправить в Шотландию «праздных лиц этой нации»[499]. Гофмейстер осуществлял административный контроль при дворе. На него перекладывалась значительная часть обязанностей лорд– стюарда. Как символ своих полномочий дворецкий носил белый жезл, хотя формально он не был членом «белого штата» двора.
Счетная палата хаусхолда (compting house) занималась хранением дел, бухгалтерских книг, отчетов, их перепиской и составлением, то есть действовала как архив гофмаршальской конторы. В состав счетной палаты входили йомены, гоф-юнкеры, личные секретари казначея-кассира, посыльные. Возглавлял их королевский слуга в ранге сержанта[500].
К числу слуг департамента дворцового хозяйства, наделенных определенными властными полномочиями, следует отнести, с некоторыми оговорками, королевского торгового надсмотрщика (clerk of the market). Он должен был контролировать торговую деятельность вокруг королевского двора, следить за качеством товаров и поддерживать низкие цены на прилегающих рынках. В осуществлении этих функций ему помогали несколько заместителей и специальное жюри. Особенно большое значение деятельность торгового надсмотрщика приобретала во время королевских путешествий по стране. Королевский торговый надсмотрщик инспектировал рынки вокруг резиденции короля, особенно те из них, на которых делались закупки для двора. Он хранил эталоны мер и весов и при их помощи контролировал проведение торговых операций, а также рассматривал споры между английскими и иностранными купцами. Через него фактически реализовывалось старинное королевское право реквизиций продовольствия для королевских нужд[501].
Яков I стремился распространить полномочия придворного надсмотрщика на территорию всей страны вне зависимости от местопребывания короля. Деятельность королевского надсмотрщика вызывала резкое недовольство английских купцов. Нередки были обвинения в злоупотреблениях: перепродажа по рыночным ценам поставляемых ко двору товаров, искусственное занижение цен, вымогательство.
Уже во время переезда из Шотландии в Англию весной 1603 г. Яков I распорядился, чтобы королевский торговый надсмотрщик взял под свой контроль все цены и не допустил их роста. Причем эти меры подавались как «забота о его любимых подданных»[502] и как законное историческое право всех английских монархов, а не как произвол нового короля[503]. Естественно, от подобных ограничений выигрывали королевские слуги, придворные и лица, сопровождающие двор, а отнюдь не местные жители.
В последующих королевских прокламациях торговому надсмотрщику предписывалось всеми доступными ему средствами не допускать роста цен, удерживать их в тех границах, которые существовали до прибытия двора[504]. Цены, которые устанавливал королевский торговый надсмотрщик, заверялись в счетной палате хаусхолда и вывешивались с его личной печатью для всеобщего ознакомления на воротах двора. Он также был обязан контролировать насыщение рынка, поскольку торговцы и горожане припрятывали товар, не желая продавать его по заниженным «королевским ценам». Это явление было настолько массовым, что иногда реально возникала угроза голода и слуги были вынуждены покупать продовольствие по высоким ценам. При этом виновными признавались обе стороны– и продавец, и покупатель, и оба подлежали наказанию[505].
Парламент неоднократно пытался ограничить королевские реквизиции и власть королевского торгового надсмотрщика, но каждый раз билли застревали в комитетах или палате лордов. По мнению депутатов палаты общин, торгового надсмотрщика следовало лишить права регулировать цены. Парламентарии также требовали ограничить привилегию королевских слуг, состоявшую в преимущественном праве покупки[506].
Только в 30-40-е годы XVII в. под давлением парламента полномочия королевского торгового надсмотрщика были ограничены территорией, прилегающей непосредственно к королевскому дворцу.
К началу XVII в. департамент дворцового хозяйства объединял около двадцати хозяйственных служб, или субдепартаментов. Каждый из них выполнял строго определенные функции и имел собственный штат слуг. Ведущие субдепартаменты возглавлялись слугами в ранге королевских сержантов, а «младшие» управлялись клерками или йоменами.
Под руководством слуг благородного ранга находились только две хозяйственные службы двора – группа королевских квартирьеров и служба раздачи королевской милостыни.
С приходом Якова I двор, по выражению английских историков, «стал оседлым», а Уайтхолл – единственной постоянной резиденцией. Но дело в том, что не перешел к оседлой жизни сам король. Двор нередко оставался в Лондоне, в то время как Яков I с небольшой группой приближенных перемещался от одного охотничьего дворца к другому. Наиболее любимыми из них были Ройстон и Ньюмаркет. Причем иногда, по мнению современников, он делал это в самые неподходящие моменты, например, во время заседания парламента.
За время своего правления Яков I предпринял несколько длительных путешествий по стране, самое значительное из которых состоялось в 1617 г. в Шотландию. Многие считали, что частые поездки отвлекали короля от государственных дел, а те, кому приходилось принимать короля, втайне роптали, подсчитывая убытки. Во время королевских вояжей возрастало значение специальных служб, ответственных за их организацию.
Службой королевских квартирьеров (harbingers) руководил старший квартирьер двора, или квартирмейстер (knight harbinger), который входил в штат королевской палаты. Ему подчинялись два квартирьера в ранге джентльменов и шесть квартирьеров-йоменов. Квартирьеры выполняли две функции: сообщали о приближении короля и его двора местным жителям по пути следования королевской процессии и заботились об организации их приема и постоя. Лица, играющие роль королевских предвестников, должны были обладать высоким статусом, чтобы соответствовать важности и исключительности события. Подготовка квартир и комнат для участников процессии, организация постоя для их лошадей требовали наличие определенных властных полномочий, поскольку местные жители предоставляли то и другое без особого удовольствия. Подобное гостеприимство всегда было сопряжено для них с большими расходами. Квартирьеры не только распределяли реквизированные помещения между слугами, но следили за тем, чтобы они вели себя пристойно, не шумели и не грабили местное население, не пользовались вещами, продуктами, кормом для лошадей без разрешения хозяев и соответствующей компенсации[507].
