– Ребят, будете? – поинтересовался Кирилл.
Катя помотала головой.
– Нет, я не очень хочу. Дома с утра позавтракала.
– А я нифига дома не поел, так что перекушу!
– Ой-ой, бедненький… Меньше дрыхнуть надо, Толь.
– Короче, разбирайтесь сами, а я поехала к себе.
Акиль скрылась за дверью комнаты, она взяла домашнюю одежду и отправилась в ванную принять душ.
– А вот и я, не соскучились?
– Ещё как соскучились! – улыбнулась Катя. – Давай рассказывай, чем нужно помочь тебе?
– Пойдёмте ко мне в комнату.
Ребята последовали за хозяйкой.
– Во-первых, нужно разобрать коробки с новогодними игрушками. Во-вторых, украсить ими комнату.
– И всё? Пфафф…
– Толь, а разве этого мало?
– Конечно, – улыбнулся парень. – Я-то думал…
Акиль спустилась с коляски на ковёр у своей кровати; рядом, в позе лотоса уселась Катя, она оделась теплее, чем прежде, но в квартире было жарко, так что девушке пришлось снять свитер.
– Кидай на табуретку, не стесняйся!
– Окей, Акиль, где там твои коробки?
– Вот, – она откинула плед наверх.
Девушки вытащили из-под кровати квадратные картонные коробки. Катя вынула зелёную мишуру, укрыла шею, словно зимним вязаным шарфом.
– Толь, смотри, мне идёт? – Катя наклонила голову набок.
– Ужас! – с каменным лицом произнёс Толик.
Супруга, было, изменилась в лице, как спустя секунду он улыбнулся:
– Да идёт-идёт, не переживай.
Девушка показала кулак, на что Толик подмигнул и послал возлюбленной воздушный поцелуй.
Кирилл навёл на девушек объектив цифровика.
– Да, Кать, Классно.
– Спасибо, Кирилл. – Катя перекинула взгляд на мужа. – Видишь, Толь, даже чужие парни твоей жене комплименты делают. Поучился бы…
Толику было немного неприятно, но виду он не подал. Он лишь растерянно ухмыльнулся.
– Так, парни, может, все-таки отвлечётесь от посторонних дел и поможете вашим дамам разобрать вещи? – предложила Акиль, поправив причёску.
– Ты сама предлагала пофотографироваться. Вот я и фотографирую.
– Я имела в виду между делом… и вообще, не цепляйся к словам! – она пустила в Кирилла мишурой.
– Осторожно, как-никак у меня в руках твой цифровик, так что извиняй, если вдруг уроню, чур, я не при делах.
– Ничего-ничего, как уронишь, так и купишь новенький.
Кирилл возмущённо ухмыльнулся, повернулся к Толику.
– Смотри, какая несправедливость…
– Да ладно тебе, Киря. Думаю, лучше нам прислушаться и помочь. А то выглядим мы, мягко говоря, бессовестными.
– Предатель… – пробурчал Кирилл.
– Давайте-давайте, мальчики, нечего отлынивать. Акиль всего-то три коробки попросила разобрать – пустяки!
– Две, Кать. Уже две коробки, одну мы считай, с тобой разобрали.
– Тем более. Не стыдно?
– Всё-всё, мы поняли, девочки.
Кирилл следом за приятелем сел на коврик, как можно ближе к Акиль.
– Так, с вас штраф за то, что мы с Катей вдвоём разбирали коробку.
– Что ещё за штраф, Акиль?
– Видите эти две большие коробки?
– Ну, допустим…
– Так вот, Толь, бери подмышку Кирилла, и принимайтесь разбирать. В той, что самая большая, с картинкой телевизора лежит разобранная ёлка, так что вы там сами разберитесь, кто и что разбирать будет, хорошо?
– Чего думать-то разберём всё вместе, да Толян?
– Конечно.
Парни взяли коробку с рекламой пылесоса немецкого производства. Кирилл раскрыл её, на самой вершине распласталась огромная, выкрашенная красным пластмассовая звезда в компании цветных шариков. Под первым пластом, который парни по очереди вынули наружу, скрывались резиновые и пластмассовые ёлочные игрушки, формочки животных и персонажей мультфильмов: огненно рыжие лисы, серые кролики, белоснежные трусливые зайцы, Микки Маус, обнимающий свою подружку Мини, Скрудж Макдак держащий в лапках-лодочках горстку золотых монет, а вместо зрачков у него значок доллара. Модель самолёта из мультсериала «Чип и Дейл спешат на помощь». Тут так же присутствовал его пилот – Рокфор.
Кирилл, взглянул на Акиль, увлечённую разговором с Катей.
– Да уж, почему я не удивлён?
– А? – девушки прервались.
– Я об игрушках.
– Что такого в том, что я просто балдею по мультикам.
– Всё норм… – Кирилл сделал паузу.
– Киря, что это? – озадаченно спросил Толик. Он показал рукой на прямоугольную рамку, приютившуюся на самом дне коробки.
– Что там ещё? – спросила уже Катя.
Девушка подсела к парням ближе. Её глаза стали куда шире прежнего:
– Акиль, это твоё?
– Кать… ребят, вы это про что?
– Ну, посмотри.
Акиль подсела к остальным.
– Это… – девушка прикрыла рот ладонью, затаив дыхание.
Она взяла рамку в свободную руку. В рамку ту был вставлен рисунок с изображением девушки: она сидела на краю плотины. Ступни по щиколотку были в воде, руки сложены на колени, пальцы тонкие и длинные, на безымянном кольцо. Волосы её забраны назад в длинный-длинный хвост. С правого бока от девушки были изображены синие туфли, отражающие блик солнечного света.
Эта картинка перекинула девушку далеко в детство. Акиль была растрогана, этот факт констатировали слёзы на её покрасневших щёчках
– Подруга, ты это чего? – Катя приобняла Акиль.
– Эта девушка, это кто, твоя мама? – поинтересовался Толик.
– Да, это отец нарисовал… – девушка перевернула рамку, открыла и вытащила пожелтевший от времени альбомный лист, он поистрепался по углам. – Да, всё верно…
На обороте листа было написано:
«Моей любимой жене Алёне!»
31.12.2001.
– Мне исполнилось недавно шесть, я проснулась новогодним утром и побежала искать родителей, ведь кто-то должен был отвести меня в садик, у меня в комнате стояла ёлка, но не искусственная, а самая что ни на есть – настоящая. Прямо как сейчас помню: она горела цветной гирляндой, я побежала сначала на кухню, подумала, что они завтракают, но там их не застала. Потом побежала к ним в комнату, папа подобно нам сейчас сидел на полу и дорисовывал картину; его окружали баночки с красками и органайзер для кисточек. С просони поняла, что он рисует маму. Она здесь почти моего возраста, может старше. Как закончил, он всё-таки отправил меня в садик, накормив перед этим кашей и горячим какао со сладостями.
Девушка вытерла слёзы и продолжила рассказ:
– А плот – это место, где родители любили проводить время наедине.
– Чего плачешь-то? – Катя улыбнулась.
– Да соскучилась просто… парни спасибо.
– Не за что... просто под руку попалась, случайно, мы тут не причём… – Толик развёл руками.
– Всё равно, спасибо. Я долго искала её, а она оказывается здесь.
Катя провела по коротко стриженым волосам подружки:
– Переставай, Кирилл говорил, что родители ближе к новому году вернутся, так?
– Да, скорее всего…
– Ну вот, совсем чуть-чуть осталось! – Катя прижала девушку к себе.
Акиль, в свою очередь, уткнулась головой ей в грудь.
– Может, повесим? – предложил Кирилл
– Да, давай, Кир.
– Тогда вы вешайте на кухне, напротив раковины, а мы с Акиль здесь посидим, потом с вас ёлка. Вы собираете, мы – мы украшаем.
Толик уже вышел в коридор, когда Кирилл, потягиваясь, сказал:
– Без проблем.
Девушки остались одни в комнате. Они убрали уже пустые коробки обратно под кровать. Катя помогла подруге сесть в коляску, придерживая за руку.
– Спасибо. Что вы делаете тридцать первого числа?
– Дай-ка подумать – Катя приложила пальцы на подбородок и забарабанила ими.
– Ну…
– Мы свободны тридцатого, если верить Толику, они с Кириллом работают в ночную смену, а тридцать первого – отдых.
– Правда? В таком случае не тратьте времени на украшение своей квартиры, приглашаю справить Новый Год у меня.
– О, спасибо, я поговорю с Толиком.
Девушки недолго задумываясь, разбавили компанию парней своим появлением.
– Вот, вот так – вообще отлично, Кир.
– Толян, как там с твоей частью?
– У меня, как и у тебя всё в порядке!
– Парни, вот и мы.
– Посплетничали уже? – Толик ухмыльнулся, стоя на носочках у стены, едва задевая диван ногой.
– Помолчал бы лучше, Толь. – Катя улыбнулась. – Вообще-то нас с тобой, Акиль пригласила в гости, отметить вместе Новый год.
– Ага? – удивился парень. – И что ты ответила?
