Теперь, когда у Тома опять появился инфор, он собирался снова просмотреть уже открытые модули истории Карин. Ведь он сможет останавливать изображение, поворачивать и увеличивать его. Ведь он сможет, преодолевая страх высоты и тошноту, смотреть на ландшафт, открывающийся с высоты необозримого синего неба.
Открывать талисман было очень тяжело, так как он был закодирован под управляющий жест левой руки. Приходилось сильно выгибать правую руку, чтобы имитировать этот жест. От этого у Тома происходили судороги в пальцах.
— У меня не получается! — Арланна почти бросила инфор на черную столешницу.
Они находились в жилой комнате Тома. Мембрана двери ради приличия оставалась прозрачной. Снаружи в центральном помещении общежития ужинали слуги, среди которых был и Жак.
— Что случилось, Арланна?
— Проблема в модуле. Только посмотри на это.
Решетка сорита содержала пятьдесят три силлогизма в виде триконок, связанных сетью из закодированных цветом дуг.
— Ты прежде использовала исчисление с концентрическим контекстом? — Том покрутил дисплей, указав на узел, который медленно развернулся в радужную мозаику. — Никогда не занималась функциональными упражнениями?
— Никогда. — Левый глаз Арланны был подобен драгоценному камню, бирюза с оранжевыми вкраплениями янтаря.
Отсутствие зрачка мешало Тому разгадать выражение второго, здорового глаза девушки.
— Давай, я покажу, чему же меня научил Капитан…
Забавно, что методы Школы для неимущих оказались полезными здесь, на Первой страте.
— А не отложить ли? Твои друзья уже ужинают.
— Знаю, — покачал головой Том. — Я не голоден.
— Я заметила, что ты похудел.
* * *
— Ийя-а! — Эхо воинственных криков разносилось по коридору.
От удивления Том резко остановился и чуть не опрокинул тяжелый поднос.
Перламутровые стены пылали цветом вечерней розы, коридор был пуст, и Тому ничего не угрожало.
— Стоп!
Это наверняка голос маэстро да Сильвы. Звона клинков слышно не было.
— Бой в паре!
С сердцем, бьющимся все быстрее, Том поспешил по сводчатому проходу и заглянул в оружейный зал.
* * *
Пятьдесят воинов подпрыгнули в воздух, нанося молниеносные удары в направлении Тома.
— Ийя-а! — Они с легкостью приземлились, энергично проделав заключительный удар.
«О Судьба!» — Том присел на низкую скамеечку в нише. Он был заворожен происходящим.
Бело-черные мешковатые тренировочные костюмы, худые фигуры, отрабатывающие удары локтем и кулаком, удары коленом и стопами при обороне против мнимых противников.
— Снова бой в паре. — Голос маэстро да Сильвы будто пронзал заряженную атмосферу зала.
Том напрочь забыл о подносе, стоящем на скамейке рядом.
— Быстрее!
В заранее спланированных, энергичных атаках половина учеников сделала прямой выпад, их противники смогли блокировать и изменить направление удара. Они перебросили атакующих через бедро, и те приземлились на спину.
— Быстрее!
* * *
Лишь после того как ушел последний из его усталых и потных студентов, маэстро да Сильва подошел к Тому.
— Извини, что заставил тебя ждать.
— Я не должен был здесь оставаться, маэстро.
— Ну, если кто-нибудь спросит, скажи, что это я задержал тебя.
Том отвесил короткий поклон и обуреваемый противоречивыми чувствами, пошатываясь, направился к выходу.
— М-м-м, выглядит хорошо, — маэстро да Сильва взглянул на поднос, затем перевел взгляд на Тома. — Да?
Том остановился, обернулся.
— Могу я спросить… Чему вы учили их, маэстро? Это трудно назвать фехтованием.
— Какая разница, как это называть? — маэстро пожал плечами. — Мы называем это «пси-два-дао», или «умение расслабляться и концентрироваться в нужный момент».
— Но ученики…
— Они не относятся к дворянам. — Маэстро глотнул сока. — Эти занятия грубоваты для дворянства.
Том снова осмотрел оружейный зал, атмосфера которого все еще оставалась наэлектризована. И, секунду поколебавшись, спросил:
— Любой ли человек может освоить это искусство, маэстро?
* * *
Удар.
Том запоминал свои ошибки. Он оказался самым ужасным и неуклюжим, самым плохим учеником из всех.
С новичками занимался помощник тренера. Он внимательно следил за тем, как они выполняют упражнения.
— Береги голову, Коркориган!
Боль пронзила шею Тома.
— Попробуй снова.
Том сделал кувырок вперед и повалился на пол, тяжело дыша.
— Еще раз.
Сгруппировавшись, он отчаянно пробовал уцепиться за лодыжку противника, но снова и снова противник бросал Тома в воздух, и тот падал на мат.
— Медленнее…
Удар. Слишком поздно выставлен блок. Том не мог поднять колено в сторону, поэтому круговое движение ногой было медленным, неуклюжим, и удар направлялся не выше коленной чашечки партнера. В ответ партнер точно попадал по виску Тома.
Откуда был нанесен этот удар? Ответить себе Том не успевал…
Тренировка длилась вечно.
Наконец перешли к упражнениям для тренировки брюшного пресса. Здесь Тому не мешало отсутствие руки, но он все равно отставал от других…
В конце концов он свернулся калачиком, понимая, что больше ничего не сможет сделать.
— Встать!
Лицо заливал пот, и Том почти ничего не видел. Перед его глазами вспыхивали флюоресцирующие искры света. Юноша с трудом передвигал ноги. Постепенно приходили в себя и остальные ученики.
— И… вдох… и… выдох…
Ученики постепенно восстановили дыхание, а потом все одновременно поклонились.
* * *
Пошатываясь и едва держась на ногах, Том шел по направлению к выходу. Каждый шаг его был кошмаром.
— Эй, Том!
Том повернулся, тяжело дыша широко открытым ртом. Единственное, что он мог сделать, так это коротко поклониться, опустив коротко стриженную голову.
— Ты получил удовольствие от своего первого урока?
У Тома едва не выскакивало сердце из груди, тошнота скручивала живот, пот струился по телу. Он с горечью осознавал свою абсолютную неспособность овладеть этим искусством.
— Мне очень понравилось, маэстро, — сказал он, стараясь хоть что-то разглядеть сквозь легкий туман, застлавший взор.
Глава 25
Нулапейрон, 3406–3408 годы н. э.
Тренировка концентрации и расслабления…
Каждый второй, пятый и шестой день Том появлялся в оружейном зале. Через тридцать декад он научился, по крайней мере, падать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
