class="empty-line"/>
Следующий день дался тяжело, хотя мороз и ветер практически не чувствовались. Впервые мы шли через сплошной лес, без возможности обойти. Дар с ног сбился, выискивая дорогу между упавшими деревьями и густыми кустарниками. Мы проходили два километра, а к цели приближались на один…
И так до самого вечера, пока заросли не сменились привычными рощами и полянами. Лесная чаща взяла с нас дань в виде двух развалившихся волокуш, и пройденный путь увеличился ещё на десяток километров.
Ночью, сидя у костра, я процарапал очередную черту на своем деревянном календаре, и пересчитав все зарубки, определился с сегодняшней датой — 7 марта. Завтра в будущем будут поздравлять женщин, отмечая приход весны. Если оно, конечно, уцелело, это будущее…
Я невесело улыбнулся — может, меня сюда забросило не случайно, и это второй шанс начать все заново? Пройти то же путь, но воспринимая мир чуть иначе? Кто знает …
Сегодня наступил пятьдесят шестой день похода. Так и не выйдя за прошедшие два дня к цели, я понял, что мы сильно отклонились в сторону, и всю ночь ворочался, не зная, как поступить. Решил, что сегодня остаёмся на месте, а мужчины, разбившись на четыре отряда, обследуют местность вокруг. Со мной пошли Канг и близнецы. И каково же было наше удивление и радость, когда, прошагав на юг всего километр мы вышли на невысокий берег замёрзшей реки. Русло сильно изгибалось, за деревьями сложно было оценить общее направление.
Пройдя вдоль нее на север, мы встретили вторую группу во главе с Раугом, они шли нам навстречу. Вернувшись в лагерь, выслушали остальных охотников — все посланные на разведку вышли на берег, пройдя около километра… Выходит, мы внутри большой речной излучины, примерно в ее центре.
Наш поход завершен! Но сначала, нужно сделать ещё кое что…
Я придирчиво разглядываю шесты, что мы везли с собой для ремонта юрт. Затем, выбрав брёвнышко потолще, беру рубило и начинаю затачивать его с одного конца. Мне помогают, и вскоре крепкий кол готов.
Рисую на нем знак Солнца, втирая в глубокие царапины золу от ночного костра. Отгребаю в сторону ещё теплые угли, и, с силой размахнувшись, вонзаю этот столб в оттаявшую землю.
— Племя Солнца! Наша дорога закончена, мы нашли, то что искали! Отсюда начнется история нашего народа, а здесь — указываю на вбитый столб, — здесь мы начнем строить ГОРОД!
Глава 5. Беспокойные соседи
Через боль, через страх,
Через страх
Сделай шаг, пусть он немыслим
Белый плен, белый ад,
Белый ад
Но в тебе есть воля к жизни.
Через крик, через бой
Право жить — за тобой
В. Кипелов, "Белый ад"
Гости появились на третий день — мы едва успели расчистить поляну вокруг от кустарников и небольших деревьев. Пятеро взрослых, опытных охотников выслеживало кабанов, в изобилии водившихся в камышовых зарослях. И, пробираясь вдоль реки, наткнулась на двоих неандертальцев. Мужчины, один постарше, второй ещё подросток, взобравшись на дерево, издали наблюдали за нашим лагерем. Это занятие настолько их захватило, что только резкий удар древком копья по ветке заставил чужаков взглянуть на землю. И замереть — пятеро охотников направляли на них оружие, отсекая любую возможность сбежать.
Гер попробовал с ними заговорить, но практически ничего не понял. Не долго думая, пойманным шпионам скрутили кожаными ремнями руки, и повели ко мне.
Я как раз вышел из "бани" — одну из юрт переоборудовали под это дело, и теперь туда выстроилась длинная очередь желающих смыть пот и грязь после длинной дороги. Устройство было простым — в костре раскаляли камни и, занеся их внутрь, поливали их водой. Помещение наполнялось теплым паром, и захватив кусок мыла и мочалку из перетянутого веревками пучка травы, можно было хоть немного привести себя в порядок.
Для допроса выделили свободную юрту. Чужаки разговаривали на наречии, сильно отличающимся от привычного моим неандертальцам. Часть слов совпадала, но значение остальных понимал только я и, как позже выяснилось, Арика. Старуху не стали выгонять на улицу, она так и сидела в уголке, закутавшись в шкуры.
— Вы хотели убить моих людей?
Я внимательно слежу за мимикой пленных. Напуганы, избегают смотреть в глаза. Явно бояться, что их убьют.
— Нет. Мы шли следить за черными людьми, но заметили дым среди деревьев. Подойти было страшно, и мы наблюдали.
— Это мои люди видели. Почему вам было страшно подходить? Я не чернокожий, мои люди тоже.
Старший мужчина смеётся, но спохватившись, прерывает смех и издает какой — то булькающий звук.
— Сейчас мало добычи. Если у вас нет еды, вы убьете нас, и мы станем едой.
Вот значит как… В этих краях процветает каннибализм?
— Белые люди — обвожу рукой сидящих рядом со мной охотников, не открывающих взгляда от пленников, — не едят таких же, как они.
— Ты лжешь! — мужчина смотрит мне в глаза, он уверен, что говорит правду. Всегда победитель съедал того, кто слабее. Вас очень много, вы сильнее нас.
Он с восхищением, уже не в первый раз, смотрит на копье, что сжимает Рауг. А у них вместо копий — обожжённые на костре заострённые палки…
— Вы постоянно воюете с другими родами людей?
— Раньше да… Уже много лет, как пришли черные люди. Теперь мы воюем с ними!
В общем, логично — пока есть общий враг, склоки между отдельными семьями отступают на второй план.
— И много черных людей вы убили?
Мужчина мрачнеет. Похоже, особых успехов они не добились.
— Чего молчишь?
— Нет, не много. У них такие же копья, как у него, — чужак показывает на Рауга. — Когда земля стала белой, только двоих.
— Твой род, он настолько слаб?
Интересно, что он ответит? Вряд ли их больше десятка, один неандерталец в ближнем бою стоит двоих кроманьонцев. Или все дело в вооружении?
— Род Огненного Камня — сильный род! Наши охотники всегда побеждали врагов!
Оно и видно… Вот только название у ребят больно интересное.
— Скажи мне, великий воин — огненный камень, он черного цвета, и руки от него тоже становятся черными?
Вместо ответа чужак достает из-за пазухи кусочек самого настоящего угля, и протягивает мне. Рассматриваю камешек — не антрацит, конечно, но излом блестящий, он даст хорошую температуру.
— Завтра я, Дим пойду со своими воинами к твоим родичам. Ты и ты, — указываю на молчавшего все это время молодого парня, — будешь указывать дорогу. Нас мало, всего две руки, — немного преувеличиваю, но этого хватило
— Зачем?.. — мужик сглотнул.
— Чтобы вместе с ними
