Читаем без скачивания Александра: Чужие берега - Алла Демченко

Саша поднялась на третий административный этаж. Длинный коридор, с целью экономии средств освещался одной тусклой лампочкой. Через неплотно прикрытую дверь с кабинета профессора Дворниковой падала полоска света. Судя по разложенными на столе бумагами, Инна Васильевна, несмотря на поздний час, домой не собиралась.

— Я вам вызову такси, — Дворникова мигом оторвалась от записей.

— Спасибо, я так доберусь. Еще не поздно.

— Ну, что ты Сашенька, в нашем районе в такое время ходить опасно. Да и вообще, женщина не должна в темноте ходить одна. Я, знаете ли, не отношусь к фаталистам. А вот закономерный риск признаю.

— И в чем закономерность?

— А закономерность в том, что неоправданный риск, повлекший неприятные, скажем последствия, списывают на рок, на судьбу.

— Перекладывают свою безответственность на обстоятельства…

— Вот именно. Кирпич, к примеру, может упасть на голову где угодно и кому угодно. От этого, по большому счету, никто не застрахован. Но если человек ходит по стройке без каски, то вероятность получить этот кирпич на свою голову и попасть к нам, значительно возрастает. Точно также и насилием, — Инна Васильевна тяжело вздохнула. — На днях, привезли к нам уже с отдаленными последствиями. Мы все можем, теоретически попасть в руки маньяка. Но, опять же, если женщина идет поздно вечером одна, какими — то тропами, то эта вероятность возрастает в геометрической прогрессии.

Дворникова говорила на отвлеченные темы, оттягивая разговор о Савицком.

— Инна Васильевна, я вижу, что состояние ухудшилось.

— Ухудшилось. Только причина может быть и в отмене препарата. Скорее всего, Иван принимал его длительное время. Саша, я насчет этого и хотела поговорить с тобой. Если завтра ничего не измениться к лучшему, надо делать токсикологическую экспертизу. А для этого надо подавать заявку и сообщать в милицию. Понимаешь, о чем я говорю?

Саша только кивнула головой. Чего яснее. Покушение на убийство.

— Этого можно избежать при условии, что мы получим образец препарата. Только, где он его мог принимать? Вера сказала, что пересмотрит все в кабинете. Только я не думаю. Что Иван добровольно принимал какую- то гадость.

— Инна Васильевна, вы можете подождать еще день, от силы два?

— Сашенька, все зависит не оттого, могу я ждать или не могу, а только от того, как будет себя чувствовать Иван. Больше я ничего не могу тебе обещать.

— Спасибо вам, Инна Васильевна. Лекарство я вам привезу завтра. Я, кажется, знаю где его взять.

Говорить Дворниковой о своем предположении Саша не стала. Ничего не остается делать, как с утра поехать в медицинский центр. Она никак не могла даже предположить, что жизнь заставит ее еще раз вернуться на работу. Вчера успела попрощаться с временной работой. Сделала последний обход своих палат, провела занятие с инструкторами, напечатала им расписание работы на следующую неделю, дописала дневники в истории болезни. Отвечала на вопросы пациентов, персонала, родственников. Все было как обычно, с одной только поправкой, что это был последний рабочий день в центре. И было это вчера.

Хочешь насмешить бога — расскажи ему свои планы.

Стрельников, против ожидания, отнесся к Сашиному рассказу со всей серьезностью.

Уснуть Саше удалось лишь под утро. Ворочаясь в постели она пыталась найти логическое объяснение всему случившемуся. «Что бы я делала, если б Паша не приехал? А может все сложилось именно так, что бы мы поняли друг друга, что бы ценили друг друга, пока живы на этом свете. Если мне придется прожить еще и следующую жизнь, я хочу, что бы рядом был Стрельников» — с этой мыслю Саша провалилась в тревожный сон.

Глава 28

Стрельников постучал в дверь Елены Евгеньевны, подгадав время, когда чаепитие только начиналось. На яркой цветной салфетке стояли чашки. Елена Евгеньевна стояла на правах хозяйки резала сыр.

Захватив конфеты и шампанское, Павел и зашел к главврачу собственно, только попрощаться. Непредвиденные обстоятельства требовали присутствия Стрельникова в Москве.

Людмила скользнула недовольным взглядом по Стрельникову. А потом, вспомнив, что она, по сути, хозяйка этого центра, спросила, как он находит центр. Вопрос прозвучал излишне требовательно. По тону и виду было понятно, что ей совершенно не интересно мнение Стрельникова и спросила она только из вежливости.

— Ваш центр мне понравился, но лучше не попадать в такие заведения, — Стрельников постучал по двери, изображая суеверие. — А если серьезно, то — высший класс. Дом отдыха. Пансионат. Когда Агнесса Харитоновна мне рассказывала об условиях, я, честно говоря, не поверил. Старикам свойственно преувеличивать. Но все оказалось даже лучше, чем она говорила.

— Мы рады, что вам понравилось, — безразлично заметила Людмила.

— Я хочу еще предварительно оплатить месяц пребывания, а потом посмотрим.

Я думаю, что еще месяц могу дополнительно оплатить, что бы тетка прожила здесь еще месяц. А дальше видно будет.

Стрельников обернулся в сторону Елены Евгеньевны, дав понять, что отчет окончен.

— Конечно, никаких проблем с этим не будет. Ваша родственница может находиться здесь столько, сколько сочтете нужным. Но мы никого не удерживаем, — улыбнулась Елена Евгеньевна.

— Это вам к чаю, — вспомнил о презенте Стрельников.

Он нисколько не сомневался, что Елена пригласит его к столу. Правда на всякий случай, про запас, был еще и другой вариант развития событий. Но Елена Евгеньевна к появлению молодого, интересного мужчины отнеслись благосклонно. Атмосфера в кабинете оживилась. На столе появилась дополнительная чашка с сервиза, хранившегося за стеклом новомодного буфета и бокалы для шампанского.

— Скажите, ваш центр давно сотрудничает с Задонским?

Вопрос он поставил правильно, а главное вовремя. По сути, он ни кому из присутствующих дам не обращался, но кто — то должен ответить. После выпитого шампанского женщины расслабились. Людмила медленно допивала шампанское. Занятая своими мыслями, вопрос она пропустила мимо, давая понять, что никакого отношения к Задонскому не имеет. Да и вообще, кто такой Стрельников, чтобы отвечать на его вопросы? Собрался ехать, вот и ехал бы себе. Так нет, надо обязательно испортить обед.

— Ну,…пару лет. А что? — в голосе Елены Евгеньевны послышалось напряжение. Хмель вмиг прошел, и она внимательно посмотрела на Стрельникова.

— Это не мое дело, но показался он мне каким — то странным.

— И в чем же эта странность, если не секрет?

— Да какой там секрет. Я предложил ему спонсорскую помощь. Можно расценивать, как благодарность, что он обратил внимание на мою тетку. Я смотрю, ей здесь нравиться. Я сам как — то не подумал, что можно вот так хотя бы на время скрасить одиночество.

— А он, — Елена бесцеремонно перебила собеседника.

— Он? Да отказался он от моей спонсорской помощи и сказал, и что следующий месяц фонд тоже оплатил. Вот это мне и показалось странным. В наше время отказаться от денег можно только в том случае, если…

Стрельников собирался развивать свои страшные догадки и предположения, как с коридора донесся шум.

— Что это?

Елена Евгеньевна растерялась. Она, во чтобы — то не стало, хотела дослушать подозрения Стрельникова. Не известно, что он вынюхал в центре за неделю, но, сидеть сложа руки, когда в коридоре стало плохо пациенту, она не могла по определению.

— Павел, посидите минутку, я разберусь, что там случилось, и мы договорим.

— Пожалуй, я то же пойду. Дела.

Людмила безмятежно поставила бокал и направилась вслед за Евгенией.

Он быстро обошел рабочий стол Елены Евгеньевны, открыл верхний ящик справа и достал ключи. На связке было всего три. Один самый маленький, явно от почтового ящика, дальше следовал подлиннее — от квартиры, решил про себя Стрельников, третий ключ со звездчатыми вырезами на ребре, никак не подходил к Сашиному описанию. Он опять провел рукой по ящику и зацепил пальцами за брелок. Через пару секунд ключ, один за другим, втиснулись в мягкий пластик, лишив на нем четкий след.

Как и зачем оказалась на первом этаже Агнесса Харитоновна, никто не поинтересовался. Главное, ушиб, который получила женщина при падении, наделавший столько шума, был пустяковым. Не хватало еще в присутствии посторонних опростоволосится.

Когда Елена Евгеньевна вернулись, Стрельников с удовольствием допивал чай. Чай был действительно вкусный. Казалось, в центре только чай и был настоящим.

Стрельников, узнав причину шума, возвращаться к прерванному разговору не стал и справившись о состоянии тетки, направился в палату Агнессы Харитоновны. А потом и вовсе уехал в город.

Саша стояла у окна, молча наблюдая, как Стрельников разговаривал с охранником. Потом открылись ворота, и машина, мигнув фарами, медленно выехала со двора. Что — то очень важное она постоянно упускала из вида. Она начала перебирать в уме события последнего месяца.