— Может, ты тогда сама все разберешь? — напряженно поинтересовалась я.
— Ах! — патетически воскликнула мама, и ее глаза мгновенно наполнились слезами. — Вот она, нынешняя молодежь. Их растишь, лелеешь, не спишь ночей, а они не могут уделить тебе даже каплю своего времени! Куда катится мир!
Ага. Шекспир, «Король Лир», акт третий, сцена вторая. Сцены моя мама ох как любит.
— Ой, мам, давай без драматургии, а? У меня голова раскалывается, всю ночь не спала…
— А почему ты не спишь? Разумеется, потому что ведешь неправильный образ жизни!
— Ты приехала меня учить жить правильно? И сколько дней, извини за бестактный вопрос, будет продолжаться это удовольствие?
— Если ты не рада собственной матери, — она встала в гордую позу, — я уйду в ночь, буду спать на улице, Как бомж! Между прочим, меня пригласили в ваш Город на научную конференцию по проблемам современного бизнеса и налогов. Так что я тебе не успею надоесть.
— Бедные участники конференции, — заранее посочувствовала я им. — Ты же всех их замучаешь постоянными требованиями платить налоги.
— Только так наше государство станет процветающим!
— Охотно верю. Что ты будешь на завтрак?
— Достань из вон того пакета упаковку с овсяными хлопьями. Из вон того, неужели так трудно понять! Я сейчас на диете. Система раздельного питания.
— А я предпочитаю бутерброды.
— Ты испортишь себе желудок! Но, разумеется, мои слова для тебя ничего не значат…
Позавтракали мы в относительном молчании. Я размышляла, как мне быть теперь, когда здесь неожиданно появилась мать. Само собой, она не подозревает о том, что ее дочь — ведьма. Для мамы я — скромный библиотекарь с никудышной зарплатой и похороненной карьерой.
— Ты работаешь все там же? — неожиданно спросила меня мать.
— Нет. Буквально на днях уволилась из библиотеки…
— Даже не посоветовавшись со мной… Ну, разумеется, самоуправство всегда было отличительной чертой твоего характера. И чем же ты намереваешься зарабатывать себе на жизнь?
— Гаданием, — ни с того ни с сего бухнула я. Мама чуть хлопьями не подавилась.
— А что такого, — продолжала вдохновенно врать я, не давая ей и рта раскрыть. — Я полгода занималась на курсах практического оккультизма, посещала школу тайного эзотерического знания, слушала лекции известного специалиста в области тотальной зачистки кармы и раскрытия чакр… Скоро получу лицензию, сертификат, все как положено. Ты знаешь, какие деньги это приносит?! Ни один толковый бизнесмен дела не начинает, пока с гадалкой не посоветуется. Буду гадать по картам Таро, на кофейной гуще… А еще сейчас в моду вошла магия вудуистов! На худой конец, смогу возвращать сбежавших мужей в семью, порчу снимать…
Вот тут я, кстати, ни капельки не привирала. Я это действительно могу. Но мама, конечно, восприняла все иначе.
— Прекрати валять дурака! — строго сказала она. — Только этого нам и не хватало. Мало того что твою тетку все считали колдуньей, так теперь и о тебе пойдет дурная слава…
— Тетку?! Ты никогда не говорила мне о ней!
Мама поморщилась, будто разжевала гнилой орех.
— Ну, — нехотя начала она. — у меня была сестра. Старшая. Разница в возрасте у нас с нею очень большая: двадцать лет. Она с юности занималась всякими такими штучками. Сплошная чертовщина! Варила зелья, бормотала заклинания, вычисляла что-то по звездам, доставала какие-то иностранные книги по оккультизму… Сама понимаешь, в те времена этим не могли не заинтересоваться советские правоохранительные органы. И сестре пришлось скрываться. Она уехала в глухую тайгу, мы абсолютно потеряли с ней связь. Да это и к лучшему, ведь я всегда была с сестрой на ножах. Она даже напоследок вроде как прокляла меня…
— Что?! Как прокляла?
— Ну, я уже не помню… это было давно, еще до моего замужества и твоего рождения… Кажется, она сказала тогда что-то вроде «твой плод пусть по мне гниет»… Одним словом, чепуха полная.
Чепуха?! Мама дорогая, да ведь твоя сестрица была настоящей черной ведьмой, раз наложила на тебя такое проклятие. Она ведь прокляла ребенка, которого ты в будущем должна родить, так, чтобы этот ребенок стал нечистью, подобной ей. Родилась я. И стала ведьмой. А я-то ломала голову, почему судьба у меня оказалась именно такой…
Вот и не верь после этого в теорию наследственности!
Какие, однако, семейные тайны иногда приходится открывать. Бразильским создателям «мыльных опер» такое и не снилось.
— Мама, а твоя сестра сейчас жива?
— Вика, ну откуда я могу это знать? — занервничала мать. Понятно. Она всегда создавала себе имидж правильной женщины, а тут такое неприличное родство… — Мы никогда больше с тех пор не встречались, не переписывались. Да и зачем? Может быть, это прозвучит цинично, но для меня Анастасия давно мертва.
— Ясненько…
Однако хорошее имя у моей тетушки… Люди с такими именами не пропадают.
— Давай сменим тему. Мне сегодня нужно к полудню в Дом науки и техники, зарегистрироваться, посмотреть программу конференции. Поэтому я сейчас приму ванну и отдохну, день у меня будет напряженный. А ты перемой посуду, протри кафель на кухне (он же просто зарос грязью!), почисть ковровые дорожки…
— Вика.
— Что?
— Я говорю, меня зовут Вика, а не Золушка, мам. Поэтому я буду делать сейчас то, что считаю нужным.
— Ты ужасная дочь.
— Совершенно верно. Кстати, поторопись в ванну, а то у нас частенько бывают перебои с горячей водой.
Мама удалилась мыться с видом оскорбленной добродетели, но со мной больше спорить не стала. Кажется, она побаивается, что я и впрямь способна к колдовству. Что не лишено истины.
Мне невероятно хотелось спать после всех происшедших в моей жизни переворотов, но я заглянула в холодильник и честно решила, что его пишевых ресурсов не хватит даже тараканам. Значит, надо идти за продуктами.
Я натянула простенький вельветовый костюм, подхватила авоську, пересчитала наличность в кошельке. Хм. Негусто. Надеюсь, мамина реплика насчет диеты не пустой звук, иначе мне и впрямь придется воспользоваться даром гоблина и призвать парочку бриллиантов с аукциона «Кристи». Хотя при этом придется докладывать маме, почему я не уплатила налог с продажи драгоценных камней.
— Мама, я в магазин и на рынок, а то обед готовить не из чего.
— Купи мне мюсли, только ни в коем случае не с земляникой! — грозно донеслось из ванной. — И ананасный сок с мякотью!
— Ешь ананасы, рябчиков жуй, — мрачно бормотала я, захлопывая дверь.
Надеюсь, в мое отсутствие здесь ничего не случится.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
