Кронштадтский центр борьбы духовенства с революционным движением имел в Москве и других городах не только монастыри, созданные под влиянием отца Иоанна, но и свою агентуру - "странников", "книгонош", "богородиц" и "архангелов"...
Заигрывая с народом, одаряя бедняков медными грошами, обещая им спасение и райское блаженство за гробом, Иоанн Кронштадтский выступал в обличье доброго пастыря. Но он менял это обличье, когда речь шла о революционных движениях, о крестьянских восстаниях, о людях, которые шли на штурм бастионов старого мира. Тогда отец Иоанн выступал как отъявленный мракобес и реакционер, рясоносный душитель всякого проявления прогресса. Это он, Иоанн Кронштадтский, травил Льва Толстого. В своих проповедял он оправдывал жестокие меры царского правительства против революционеров. Он оправдывал казнь народовольцев, совершивших покушение на царя Александра III. В дни первой русской революции 1905 г. он вступил в ряды черносотенной организации "Союза русского народа", и призывал потопить в крови революционное движение.
И вот этого кронштадтского мракобеса, в наши дни церковники всячески восхваляют! Всю свою жизнь сш посвятил обману людей, выступал как верный прислужник царизма, угнетателей трудового народа. Церковная служба принесла ему баснословные доходы. После его смерти, последовавшей в 1908 г., даже видавшие виды полицейские чиновники, составлявшие опись имущества этого бессребреника, пришли в изумление от того богатства, которое было накоплено им в течение жизни.
Православное духовенство нередко упоминает с умилением имя патриарха Московского и всея Руси Тихона, который якобы дожидается своего часа, чтобы быть причисленным к лику святых. И хотя имя Тихона не внесено в православные святцы, мы находим упоминание о его кончине в разделе "Церковные памятные даты" в православном церковном календаре.
Патриаршество Тихона (Василия Белавина) началось в 1917 г в дни Октябрьской революции. Оно было ознаменовано воззваниями нового патриарха против Советской власти. Тихон откровенно стал на сторону контрреволюции. В те дни многие священнослужители оказались в лагере белогвардейщины. Благословляя защитников навсегда ушедшего прошлого, освящая борьбу контрреволюции с новой властью, они непосредственно участвовали в этой борьбе. На фронтах гражданской войны сражались "полки богородицы", "дружины святого креста", "полки Иисуса". Их осенял перстом патриарх Тихон.
Известны факты, подтверждающие тесную связь патриарха с агентами иностранных держав, организовавших интервенцию против молодой Советской республики. Например, Тихон вел далеко не душеспасительные беседы с представителями французского консула, был связан с посольствами других стран.
Но наиболее ярко проявилось лицо патриарха в 1922 г. Гражданская война, разруха, сильнейшая засуха, неурожай обрекли на голод 14 миллионов людей. Советское правительство делало все возможное, чтобы облегчить участь голодающих. Было решено закупить хлеб за границей. На это требовались золото и серебро. Церковь имела драгоценные металлы: золоченые иконы и иная утварь, огромные сокровища в церковных и монастырских хранилищах - все это могло помочь спасти многие миллионы человеческих жизней. Но, когда по настоянию трудящихся было принято постановление ВЦИК об изъятии церковных ценностей, патриарх словно забыл евангельские поучения о помощи страждущим, о любви к ближним. Он обратился с воззванием к служителям православной церкви, ко всем верующим не допустить изъятия церковных ценностей.
Современные служители религии пытаются обелить Тихона. В одной из статей, опубликованных в "Журнале Московской патриархии", говорится: "...Для избранника собора, естественно, возникли трудности, преодолеть которые было делом почти что непосильным. Сам он принадлежал к старшему поколению своих современников, хотя в момент избрания патриархом ему было всего 52 года. По происхождению, воспитанию, навыкам он, как и его собратья-епископы дореволюционной России, был психологически менее всего подготовлен к тому, что ему пришлось предпринимать и решать при столь неожиданных обстоятельствах, когда вся окружающая историческая обстановка, великие события в отечественной и международной жизни, небывалый переворот в социальных отношениях, стремительный темп изменений в окружающей среде и вдобавок еще грохот не утихшей мировой войны, - все сообщало каждому почину и действию предстоятеля русской православной церкви чрезвычайные, далеко идущие последствия и непредусмотренный резонанс... Обозревая это далеко отошедшее прошлое, можно только удивляться, почему не всем в те времена было ясно, что новый патриарх не мог не пройти через колебания, не познать горечи ошибок, не испытать необходимости переоценки и пересмотра многих начинаний, даже своих собственных"{168}.
Можно ли оправдать подобными рассуждениями бесчеловечность Тихона, который встал на сторону контрреволюции? Можно ли оправдать ссылкой на происхождение, воспитание, на условия времени то, что патриарх безучастно отнесся к судьбам погибающих от голода женщин и детей?
Тихон должен был держать ответ перед народом и предстал перед судом. Свою вину он признал. В июне 1923 г. Тихон направил письмо в Верховный суд РСФСР. В этом письме он отмечал, что "действительно был настроен к Советской власти враждебно, причем враждебность из пассивного состояния временами переходила к активным действиям". В том же письме говорилось: "В этом преступлении, в котором я признаю себя виновным, по существу виновато то общество, которое меня как главу православной церкви постоянно подбивало на активные выступления тем или иным путем против Советской власти". Советская власть простила его и суд над ним не состоялся.
Два года спустя было опубликовано завещание патриарха Тихона. Он писал: "...мы должны быть искренними по отношению к Советской власти и работать на общее благо, осуждая всякую агитацию, явную или тайную, против нового государственного строя".
Так Тихон пришел к осуждению своей предыдущей деятельности, направленной против Советской власти, к осуждению своих преступных деяний, получивших гневное и справедливое осуждение народа.
Заключение
Наша книга о святых подошла к концу. Мы познакомились в общих чертах с историей культа святых и с образцами житийной литературы.
Итак, в основе возникновения культа святых и широкого его распространения лежали чисто земные причины. Культ святых служил и служит одним из средств духовного одурманивания масс, идеологического воздействия на верующих.
Ведь те самые святые, которых духовенство именовало и именует "народными молитвенниками и заступниками", выдвигались и выдвигаются в качестве примера для подражания. Не суть важно, что в разные времена церковью пропагандировались различные стороны жизни и деятельности святых. Так, если в прошлом на первый план выдвигался аскетизм "божьих угодников", их подвижничество, бегство "от мира", то в настоящее время церковники, выставляя святых как образец для подражания, особенно пропагандируют высокие "нравственные качества" святых, их кротость, смирение, добродушие, человеколюбие. Какие бы качества святых не пропагандировались служителями православной церкви, эти "божьи угодники" слишком далеки от наших идеалов, чтобы видеть в них образец для подражания.
Советские люди восхищаются подвигами борцов за счастье человечества. Мы отдаем должное людям большого сердца, благородной души и призываем нашу молодежь подражать им. Мы славим героев, совершивших бессмертные подвиги во имя народа, во имя своей страны, во имя науки.
Церковь же восхваляет лиц, для которых главными помыслами в жизни было собственное "спасение", личная удовлетворенность. Во имя своего "спасения" они обрекали себя на всевозможные лишения, самые тяжелые испытания. Разве можно считать подвигом бегство от людей, от дома, от семьи, от жизненных трудностей? Герой - это прежде всего борец. А они бежали от борьбы.
Человек должен не бежать от общества, а жить для него, способствовать его прогрессу, процветанию, построению такого общества, где все люди будут жить счастливо и пользоваться всеми благами. Он должен стремиться к свету, к знаниям, а не к невежеству. Он должен проявлять любовь к людям, а не отворачиваться от них. А христианская мораль проповедует как раз обратное. Православная церковь, рекламируя "богоугодную" жизнь своих святых, провозгласила основными добродетелями уход от жизни, покорность, смирение, терпение, послушание. Истинных же борцов за счастье людей церковь предавала анафеме, проклинала с церковных амвонов.
Будучи средством идеологического влияния на массы, культ святых играл реакционную роль во все периоды истории христианства. "История канонизации русских святых служит лучшей иллюстрацией прямого и сознательного использования религии как орудия одурманивания масс. Прославление святых применялось как средство возвеличить и укрепить авторитет власти и церковников, поддерживать и разжигать национальную рознь... и даже как средство борьбы с революционным движением"{169}
