Эти показания Адамова вы подтверждаете?
Ответ: Частично подтверждаю. Для работы в Сухановской тюрьме, главным образом, по делу о заговоре Ежова, была создана следственная группа во главе с Кобуловым Б.З. Я в эту группу не входил, однако некоторые из моих арестованных по указанию Кобулова были переведены в Сухановскую тюрьму. В числе этих арестованных были: Голубев, Кедров ИМ, Мирошников, Миронов (бывш. работник НКВД, сообщник Ежова, в последнее время работал в наркомате иностранных дел по Востоку). Я сам не помню, но судя по показаниям Кедрова М.С., он также был в Сухановской тюрьме. Все, или почти все арестованные, в расследовании дел которых я принимал участие, побывавшие в Сухановской тюрьме, перечислены мною выше. Что же касается указанного Адамовым генерала Литвинова, то такого арестованного я вообще не помню. Сухановская тюрьма отличалась особо строгим режимом. Камеры были сырые и холодные, как, впрочем, и кабинеты следователей, кроме одного специально отделанного для Берия».
С участием Мешика исследовался и эпизод уголовного дела в отношении старого большевика М.С. Кедрова.
«Вопрос: На предыдущем допросе вы отрицали, что вами избивался арестованный Кедров М.С. Зачитываю вам выдержку из протокола допроса свидетеля Адамова от 7 октября 1953 г.
«Во время одного из допросов в июле 1939 г. ко мне в кабинет зашли Мешик и Либенсон, и Мешик спросил Кедрова М С «Ну, как? Признаешься, старый чорт!» На этот вопрос Кедров ответил, что ему признаваться не в чем и он ни в чем не виноват. После этого Мешик и Либенсон избили Кедрова и вышли из кабинета… От арестованного Кедрова М.С. я неоднократно слышал, что Мешик и Либенсон его много раз избивали и раньше в Сухановской тюрьме…»
Вы подтверждаете эти показания?
Ответ: Я должен заявить, что методы физического воздействия применялись в МВД на протяжении длительного времени и были окончательно запрещены лишь в апреле или мае 1953 года. Я на одном из допросов заявил следствию, что в том числе и мною применялись методы физического воздействия к осужденному впоследствии Мирошникову. Я не считаю себя ответственным за применение этих методов, но тем не менее повторяю, что к Кедрову М.С. эти методы не применялись. Во всяком случае, я этого не помню. Обращает на себя внимание противоречие между показаниями Кедрова и Адамова. Кедров утверждает, что ему давали пощечины три раза, и в том числе Адамов. Последний же говорит, со слов Кедрова, что Кедрова избивали много раз».
О взаимоотношениях с Берия Мешик особо интересного ничего не рассказал, за исключением того, что в 1941 году, когда он, Мешик, был наркомом госбезопасности Украины к нему обратился его сотрудник Войцеховский с просьбой остаться в подполье в Киеве. Он отказал. В 1942 году, когда он, Мешик, работал уже начальником ЭКУ НКВД, Берия поручил ему, Судоплатову и начальнику следственной части ЭКУ НКВД Иткину допросить Войцеховского, который был к тому времени арестован и изобличен в шпионаже в пользу немцев: им, Войцеховским, был выдан немцам подпольщик Кудря.
Они допросили Войцеховского. Впоследствии он был предан суду и приговорен к расстрелу. Однако Берия, по показаниям Мешика, почему-то задерживал исполнение приговора. Перед допросом Берия говорил им не упоминать в протоколе «одну фамилию». Об этом он, Берия, говорил и самому Войцеховскому, с которым беседовал в их присутствии до допроса. О какой фамилии при этом шла речь, в деле Мешика не упоминается…
И все же хочется дополнить рассказ о П. Мешике следующим. Посмотрите еще раз на его трудовой путь. В 1931 году — нарком госбезопасности Украины, а в войну — 35-летний Мешик уже заместитель начальника «Смерша». Организация страшная, но без нее не было бы победы. Ветераны, с которыми я беседовал, в один голос говорят о П. Мешике как о человеке, преданном делу, которое ему было поручено. Особенно это относится к его работе в спецкомитете по созданию атомной бомбы. А все эти номерные режимные города нашей страны — Красноярск-26, Красноярск-45, Челябинск-39, Челябинск-40, Свердловск-48, Арзамас-16 родились при его непосредственном участии. Жизнь этих городов в те годы никаких тревог не вызывала. Трагедий типа чернобыльской не было и в помине. За предупреждение таких аварий Мешик тоже отвечал.
Лев Влодзимирский
Одной из самых неисследованных личностей во всей компании Берия до сих пор остается начальник следственной части по особо важным делам МВД генерал-лейтенант Лев Емельянович Влодзимирский. Ни родственников, ни сослуживцев, ни знакомых его я не нашел.
Из официальной справки кадровых органов на него известно следующее.
Влодзимирский Лев Емельянович (Эмильевич),[91] 1903 года рождения,[92] уроженец г Барнаула, русский.
Родился в семье контролера пассажирских поездов. В КП с 12.1931 (член ВЛКСМ 1923–1930).
Образование: 3 класса высшего начального гор. училища, Москва 1917 г.; вечерние общеобразовательные курсы при ПУР Черноморского флота, Севастополь 1924 г.; вечерняя совпартшкола 2 ступени, Пятигорск 1930 г.
Самокатчик, пом. шофера в автопарке, Южный и Юго-Западный фронты 01.19–11.20; рулевой-боцман Севастопольского воен. порта 12.20–04.25; секретарь Кисловодского РИК 07.25–05.27; безработный, Пятигорск 05.27–09.27; уполн. УГРО Терского окр. АО 09.27–05.28.
В органах ОГПУ — НКВД — НКГБ — МГБ — МВД: сотр. Терского окр. отд. ГПУ, г. Железноводск 05.28–10.28; зав. следств. группой УГРО Терского окр. АО 10.28–04.30; сотр Терского окр отд. ГПУ 04.30–01.10.30; сотр. Терского опер, сектора ГПУ 1930; уполн. ПП ОГПУ Северо-Кавказского края 1934; уполн. СПО УГБ УНКВД Северо-Кавказского края 1934–1937; врид нач. отд-я 4 отд. УГБ УНКВД Орджоникидзевского края 1937, зам. нач. отд-я 4 отд. ГУГБ НКВД СССР 05.37–09.38; зам. нач. отд-я 2 отд ГУГБ НКВД СССР 09.38–22.12.38; пом нач. следств. части НКВД СССР 22.12.38–04.09.39; зам. нач. следств. части ГЭУ НКВД СССР 04.09.39–04.03.40; нач. следств. части ГЭУ НКВД СССР 04.03.40–22.07.40; 1 зам. нач. 3 отд. ГУГБ НКВД СССР 22.07.40–26.02.41; нач. следств. части НКГБ СССР 26.02.41–31.07.41; нач. следств. части по ОВД НКВД СССР 31.07.41–12.05.43; нач. следств. части по ОВД НКГБ — МГБ СССР 12.05.43–20.05.46; нач. У МГБ Горьковской обл. 08.46–11.46; нач. упр. кадров ГУСИМЗ при СМ СССР 06.47–02.50; в распоряжении П/СИМЗ при СМ СССР 02.50–05.50; нач. ревизионного отд. ГУСИМЗ при СМ СССР 05.50–03.53; нач. следств. части по ОВД МВД СССР 18.03.53–03.07.53.
Уволен из МВД СССР 17.07.53; арестован 17.07.53; приговорен Специальным судебным присутствием Верховного суда СССР 23 12.53 к ВМН. Расстрелян.
Звания: лейтенант ГБ 31.01.36; ст. лейтенант ГБ 5.11 37; капитан ГБ 25.02.39; майор ГБ 14.03.40; комиссар ГБ 14.02.43; комиссар ГБ 3 ранга 2.07.45; генерал-лейтенант 9.07.45.
Награды: орден Красной Звезды № 2553/22.07.37; знак «Почетный работник ВЧК — ГПУ (XV)» 30.04.39; орден Красного Знамени № 4720/26.04.40; орден Трудового Красного Знамени № 8495/21.02.42; орден «Знак Почета» № 29169/20.09.43; орден Красного Знамени № 7011/03.11.44; орден Ленина № 59217/30 04.46 3 медали.
Документ из уголовного дела Л. Влодзимирского
Здесь же, в материалах уголовного дела Влодзимирского, есть анкета арестованного, составленная начальником Бутырской тюрьмы полковником Шокиным. Характерно, что в графе «когда арестован» написан только месяц «июль», а дата не указана. Есть ссылка на ордер № 9, но и там даты нет. На ордере подпись Серова. Имеется постановление Прокуратуры СССР об избрании меры пресечения — оно датировано 17 июля 1953 года. Постановление об избрании меры пресечения санкционировано Руденко. На обороте ордера на арест есть запись «Ордер мне предъявлен 18 июля 1953 года в 12 час. 30 мин. И подпись «Влодзимирский».
Из приобщенной к делу анкеты видно, что Влодзимирский на момент ареста проживал в квартире в центре Москвы на 3-й Тверской-Ямской улице, в доме № 12[93]. Отец Влодзимирский Емельян Троадьевич умер в 1929 году, а мать Ирина Николаевна — в 1940 году. В графе «дети» стоит слово «нет». Сестра Юна, 1922 года рождения, как следует из анкеты, погибла в 1942 году во время блокады в Ленинграде.
В пункте 15 анкеты «словесный портрет» подчеркнуто следующее.
1. Рост — высокий, 180 см.
2. Фигура — полная.
3. Плечи — горизонтальные.
4. Шея — длинная.
5. Цвет волос — светло-русый.
6. Цвет глаз — голубой.
7. Лицо — овальное.
8. Лоб — высокий.
9. Нос — малый, толстый.
10. Рот — малый.
11. Губы — толстые, приподнятость верхней губы.
12. Подбородок — с ямкой.
13. Уши — большие, овальные.
В графе «особые приметы» указано следующее: «татуировка на правой руке (якорь, сердце, мечь[94])».
18 июля 1953 года, непосредственно после ареста, Влодзимирского начал допрашивать старший помощник главного военного прокурора полковник юстиции Иванов.
В протоколе допроса с самого начала описывается уже известный из анкет жизненный путь Влодзимирского. Есть некоторые уточнения и дополнения.
