— Я не спускалась к завтраку, мама.
— Помню, но так нельзя. Не хочешь же ты упасть в обморок?
— Я не упаду в обморок.
— Знаешь, если бы я вышла замуж за этого зануду Стефано, первым делом убрала бы дурацкий портрет моей предшественницы. Господи! Лука похож на нее как две капли воды! Ты согласна?
— Мама, Стефано уже женат.
— Бог с тобой, дитя! Он меня совершенно не интересует! Он, конечно, привлекательный мужчина, но на мой вкус слишком тщедушен. Я предпочитаю мужчин более развитых физически. Конечно, кроме хорошей физической формы, необходимы и мозги, но не всем так повезло, как тебе.
Джуд, которой действовал на нервы столь бесцеремонный разговор, вздохнула с облегчением, когда Лин внезапно воскликнула:
— Прекрасно! Ты очень красива, дочка.
— Ты в самом деле так считаешь?
— Смотри сама.
Джуд с удивлением заметила, что на глазах матери показались слезы.
— Не плачь, мама, ты размажешь макияж.
— Да, действительно, — ответила мать, аккуратно промокая салфеткой глаза. — Ладно, встретимся там.
— Ты уходишь? — испугалась Джуд.
— Не беспокойся, ты будешь не одна. Он не опоздал! — воскликнула Лин, когда послышался стук в дверь.
Мать без колебаний распахнула дверь. Джуд не разглядела вошедшего, только отметила изумленное выражение лица матери.
— Я уже ухожу, — суетливо пробормотала Лин и, поцеловав на прощание дочь, выскользнула из комнаты.
— Синьор Ди Росси! — воскликнула Джуд, силясь понять, что заставило сурового отца Луки нанести ей неожиданный визит. Скорее всего, он попытается отговорить ее от брака с сыном… высказать пожелание, чтобы она не портила кровь благородных Ди Росси.
— Джуд. Можно, я буду называть тебя так?
— Конечно, — согласилась она, робея.
— Ты выглядишь настоящей красавицей.
— Спасибо.
— Ты, наверное, удивляешься, почему я здесь? Конечно, удивляешься. Я хочу, чтобы ты приняла от меня это. — Старик протянул ей бархатную коробочку.
Видя, что она не делает попытки ее открыть, он ободряюще кивнул. — Прошу тебя.
Дрожащими руками Джуд открыла коробочку.
Внутри лежало массивное золотое кольцо с богатой инкрустацией.
— Оно очень красивое, — сказала она, вопросительно глядя на Ди Росси.
— Моя жена, мать Луки, подарила мне его на нашей свадьбе. Я подумал, что ты, может быть, захочешь передать его Луке? Я дал ему обручальное кольцо матери, чтобы он подарил его тебе.
Совершенно неожиданный поступок старика вызвал слезы на глазах Джуд.
— Спасибо, я счастлива исполнить вашу просьбу, тихо произнесла она. Значительность происходящего глубоко тронула ее.
Он ответил очень кратко:
— Хорошо.
Джуд показалось, что он остался доволен. Потом он снова посмотрел на нее.
— Я понимаю, почему мой сын полюбил тебя.
.Но он вовсе меня не любит! — хотелось крикнуть ей.
Оттого, что он все не правильно понял, ее глаза налились слезами, которые она изо всех сил постаралась сдержать. Вскоре в дверь снова постучали.
Джуд несколько раз глубоко вздохнула.
— О, цветы! Какая красота! — воскликнула она, но потом узнала мужчину с букетом и смертельно побледнела. — Папа! — прошептала она, не веря своим глазам. — Ты здесь?
— Прямо с самолета, — ответил он. Его загорелое лицо было копией лица ее брата. — Твой муж — очень настойчивый человек. И если он что-то вобьет себе в голову, его не переубедишь.
— Это организовал Лука? — удивилась Джуд.
— Он решил порадовать тебя присутствием на свадьбе твоего старенького папы.
Джуд впервые в жизни заметила смущение отца, он явно чувствовал себя не в своей тарелке. Она с радостью обвила его шею руками и воскликнула:
— Лука поступил совершенно правильно!
— Осторожно, девочка, ты испортишь букет, — растроганно сказал отец, осторожно отодвигая ее в сторону. — Господи! Какая же ты красивая!
Джуд покачала головой и с чувством произнесла:
— До сих пор не могу поверить, что ты здесь!
— Мы очень долго не виделись, но ведь нам никогда не поздно снова познакомиться и получше узнать друг друга.
— Я бы очень этого хотела.
Джуд глубоко вздохнула, взяла отца под руку и приняла у него букет из белых роз и гипсофил.
— Ты готова, дочка?
— Готова, папа.
Ей оставалось лишь надеяться, что все пройдет гладко и она не споткнется и не забудет слова, которые должна сказать.
Несмотря на все ее страхи, церемония прошла без единой помехи. Миниатюрная часовня благоухала цветами и ароматами духов. Среди множества лиц Джуд видела только одно лицо. Лишь после окончания церемонии она ощутила запоздалое волнение, когда они вместе с Лукой прошествовали в салон с видом на Большой канал, где были сервированы столы для праздничного обеда.
— Ты дрожишь, — озабоченно заметил Лука, склоняясь к ней и внимательно разглядывая ее лицо. Может быть, ты хочешь сесть?
— Мне бы глоток свежего воздуха.
Кивнув, он повел ее в маленький внутренний двор. На крошечных балконах росли яркие цветы, в миниатюрных фонтанах тихо журчала вода. Лука усадил ее на ажурную железную скамью.
Джуд несколько раз глубоко вздохнула и наклонила голову.
— Тебе лучше? — спросил он.
Она кивнула.
— Я справилась… выдержала вею церемонию. — Она неуверенно засмеялась.
— Сожаления обычно наступают лишь после, того, как разрезан свадебный пирог.
Джуд широко распахнула глаза.
— Я ни о чем не сожалею, — быстро проговорила она, а потом, словно спохватившись, поспешно добавила:
— Почему ты… Ты сожалеешь? — Она запоздало отметила его необычное напряжение и, резко вскочив на ноги, повторила свой вопрос:
— Ты действительно сожалеешь?
— Я сожалею единственно о том, что нам все же придется вернуться к гостям. Праздник только начинается, а мне бы хотелось как можно скорее остаться наедине с тобой.
Он так на нее смотрел, что ее сердце забилось как сумасшедшее.
— Кстати, я очень благодарна тебе за то, что ты пригласил моего отца. Лука. Спасибо. — Ее голос растроганно дрогнул.
— Я хотел сделать тебе приятное. — Он взял ее за руки и притянул к себе. — Я многое хочу сказать тебе, но боюсь, что стоит мне начать, как кто-нибудь обязательно появится и помешает мне. Давай встретимся здесь, скажем, в одиннадцать часов?
Джуд молча кивнула. Она запретила себе думать о том, что он скажет ей при встрече, но невольно то и дело вспоминала об этом. Вернувшись к гостям, она улыбалась им, смеялась, танцевала и вела себя как счастливая и беззаботная невеста. Время от времени она переводила взгляд на высокую импозантную фигуру Луки и всякий раз встречалась с ним взглядом.
