Однако бригада «Скорой помощи» безропотно подчинилась. Доктор Моран слыл в Дублине светилом.
Он раскрыл сумку так театрально, как будто в шкафу прятались операторы во главе с режиссером.
Затем доктор Моран склонился над миссис Бичем с таким видом, словно ему предстояло, не сходя с места, сделать ей беспрецедентную хирургическую операцию.
— Клара, как вы себя чувствуете? — басом спросил он и, не дожидаясь ответа, сунул ей в рот стеклянный термометр. — Попрошу очистить помещение!
Тем временем главный сыщик осматривал китайское лакированное бюро, где обычно хранились драгоценности и другие личные вещи миссис Бичем. Точнее, то, что когда-то было лакированным бюро. Сейчас оно больше напоминало груду прекрасно отлакированных щепок.
Сыщик громко вздохнул, поднял дверцу с неповрежденным замком, поцокал языком и покачал головой.
— Очистите помещение! — повторил доктор Моран.
Детектив выпрямился, поднял бровь и вопросительно посмотрел на доктора. Одних размеров этого гиганта было бы достаточно, чтобы напугать большинство людей.
Но доктор Моран к этому большинству не относился.
— Я полагаю, вы уже получили словесные портреты всех трех преступников! Все остальное может подождать до завтрашнего утра! — гаркнул он.
Высокий сыщик и Джерри обменялись понимающими взглядами.
— Нам с пациенткой нужно остаться наедине. Клара, у вас что-нибудь болит? — громко спросил он.
Как квалифицированный врач, он не мог не понимать, что человек с термометром во рту отвечать не может. Но доктор Моран играл по своим правилам.
Джерри направился к двери. Я заметила, что он хромал на ту ногу. В воздухе запахло крупной ссорой.
— Я буду за дверью. Если понадоблюсь, позовите, — шепнула я миссис Бичем и кинулась следом за Джерри.
И тут же вернулась обратно.
— Прошу прощения, доктор Моран, — сказала я, обращаясь к его затылку. — Но если миссис Бичем заберут в больницу, мне придется собрать ее вещи. А они лежат здесь. — Я показала на разгромленные шкафы.
Доктор даже не обернулся.
— Раз так, делайте свое дело! — рявкнул он. Я состроила ему гримасу.
Доктор ее не видел, но она немало позабавила высокого детектива.
Миссис Бичем, вынужденная молчать, тоже слабо улыбнулась.
— Не пытайтесь говорить! — громыхнул доктор, увидев, что ее губы слегка зашевелились. И тут же спросил: — Нигде не болит? Нигде? Нигде, — ответил он, поскольку всегда слушал только самого себя.
Я положила в сумку смену белья и ночную рубашку, а затем, не обращая внимания на гнев доктора Мо-рана, обошла комнату и собрала любимые щетки и кремы миссис Бичем. А также все остальное, что могло ей пригодиться в больнице. Вроде рулона туалетной бумаги, по сравнению с которой больничная бумага могла показаться наждаком.
Потом я спустилась по лестнице и присоединилась к высокому сыщику и Джерри, оставив миссис Бичем на милость доктора Морана, который мерил ей давление и одновременно напевал себе под нос песенку из известного мультфильма.
На пороге я задержалась и одними губами спросила миссис Бичем:
— Все в порядке?
Она слегка наклонила голову. Другие люди в таких случаях кивают, но миссис Бичем лишь наклоняла голову, как властвующая королева.
— Вы еще здесь? — гневно обернулся доктор Мо-ран.
Мы с Джерри стояли и следили за тем, как миссис Бичем грузят в карету «Скорой помощи».
Прикрытая до подбородка грубым казенным одеялом, она выглядела старой, хрупкой и ничем не напоминала ту властную особу, на которую недавно оборачивались в театре. Только тут до меня дошло, что нужно было предложить поехать вместе с ней.
— Я приду к вам утром, — сказала я и с удивлением обнаружила, что ком в горле мешает мне говорить. Я была готова прорваться в машину, несмотря на то, что попасть туда можно было только через труп доктора Морана.
Дверь «Скорой помощи» закрывалась, когда я услышала, что меня окликнули:
— Энни…
— Подождите! Подождите! — крикнула я водителю.
— Что? — Я встала на нижнюю ступеньку, с колотящимся сердцем ожидая, что миссис Бичем попросит меня поехать с ней.
— Вы положили в сумку мою щетку из щетины? От этих пластмассовых щеток нет никакого толка. А ночной крем «Кларин»?
Доктор Моран бесцеремонно отпихнул меня локтем, и дверь с грохотом захлопнулась.
— Энни, можешь не волноваться. Она в полном порядке, — улыбнулся Джерри.
— С чего ты это взял?
— С того, что она потребовала щетину вместо пластмассы и свой любимый крем. Если так, то ей ничто не грозит. Поверь мне.
Ничего другого мне не оставалось. Доктор Моран не унизился до того, чтобы сообщить подробности какой-то наемной служащей. Ни один личный врач не станет обсуждать здоровье клиентки с ее платной помощницей.
— Энни, ей ничто не грозит, — повторил Джерри, взял меня за руку и повел в дом.
Стоя в дверном проеме, мы следили за тем, как доктор Моран выплюнул остатки толстой сигары на гравий и зашагал к своему «Ягуару». Он промчался по аллее, едва не протаранив «Скорую помощь», которая в этот момент сворачивала на улицу.
— Посторонитесь, едет столп общества, — мрачно сказал Джерри.
Я не поняла, кого он имел в виду — миссис Бичем или доктора.
Но спросить не решилась.
16. ДА БЛАГОСЛОВИТ ГОСПОДЬ ВСЕХ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ КОНСУЛЬТАНТОВ
Кажется, полицейские разделяли веру Рози в целебные свойства чая. В ночь кражи со взломом его предлагали друг другу как понюшку табаку во время бодрствования у гроба. Дымящиеся чашки возникали из пустоты во время каждого перерыва. Я рассказывала им то, что видела, но стоило только сделать паузу, как мне совали в руку новую чашку. Когда я закончила давать скудные показания, вода лилась у меня из ушей.
Высокий сыщик захлопнул записную книжку и разочарованно вздохнул.
— Значит, вы не видели ни взломщиков, ни их машину?
— Увы…
— Это не твоя вина. — Джерри снова подошел ко мне с чайником. — Еще налить?
Я покачала головой.
— Но у вас уже есть их описание, сделанное миссис Бичем. Или этого недостаточно?
Они обменялись взглядами.
— Разве оно неполное? Вы можете ей доверять. Она очень наблюдательна и никогда не искажает детали, — продолжала настаивать я.
— Трое мужчин в черном? Все в вязаных шлемах? — иронически спросил полицейский. — О да, эти парни окажутся в кутузке еще до наступления утра.
— Вы хотите сказать…
— Дело безнадежное. — Джерри наполнил чашки.
— А как же отпечатки пальцев? Разве они не помогут найти преступников?
— Что, отпечатки пальцев? Ну конечно. Как же я мог забыть про отпечатки?
