Читаем без скачивания Универсал (СИ) - Губарев Алексей

Здесь было холодно. Девчонки быстро достали из своих рюкзаков, выданных рачительным капралом, утеплённые куртки, меня же начало согревать третье сосредоточие, о чём я получил короткое сообщение:

«Зафиксировано резкое понижение температуры в окружающей среде. Активирована защита носителя»

С другой стороны портала арка, как и всё кругом было покрыто лёгкой изморозью, и не наблюдалось ни одного дерева, ни одной травинки. Только скалы, камень и смёрзшаяся земля под ногами. Я решил, что позже поинтересуюсь, почему здесь нет растительности, но архимаг опередил меня, дав ответ на не заданный вопрос…

— В этих широтах слишком холодный климат, чтобы что-то, кроме мха, могло выжить. Сейчас ранняя осень, и скоро весь остров засыпет снегом. Но, растительность исчезла отсюда не из-за погодных условий. О причине расскажу позже, нечего перед ритуалом забивать разум ненужными мыслями. Следуйте за мной.

Цитадель мы увидели издали. Меж двух двух скал, стоящих в сотне метров друг от друга, возвышалась высоченная, метров в сорок, монолитная стена. Оборонительные сооружения, имеющиеся на острове изгоев, выглядели перед этой стеной, словно детские игрушечные крепости. Серый, холодный камень цитадели внушал несокрушимую мощь. И холод…

— Северная стена школы. — произнёс учитель, привлекая наше внимание. — Раньше её часто приходилось оборонять, пока на севере не появился трупоед, которого вы называете Некросом. Уже четыре сотни лет здесь не появлялось ни одного великана, ни одной наяды. Даже гантейские звери сюда заходят крайне редко. Но, я снова отвлёкся. Идите все сюда, вот на этот круг.

Едва мы встали на небольшую круглую возвышенность, как под ногами появилось радужное марево, и мы провалились в низ. Секунда свободного падения, которое тут же начало неестественно замедляться, а затем мы приземлились на что-то мягкое. Кругом было темно, но учитель создал небольшой, необычайно яркий шарик, и подвесил его над нами, осветив длинный узкий коридор.

— Следуйте за мной. — гулко прозвучал голос архимага. — Держитесь рядом, иначе охранные плетения примут вас за нарушителей.

Прошли по прямой шагов двести, прежде чем свернули налево, тут же наткнулись на лестницу, и начали подниматься вверх. Миновав несколько лестничных пролётов, вышли в квадратное помещение, из которого был лишь один выход. За ним снова коридор, с узкими стрелковыми бойницами в стенах и потолке, а затем мы вышли в огромную залу.

— Нуби! — громко позвал кого-то учитель. Его голос разнёсся по всему помещению, отражаясь от стен и усиливаясь. Дьявол, да у меня в ушах зазвенело от такого шума. — Нуби, старый ты пёс! Живо готовь алтарь, у меня четыре ученика, которым нужно пройти посвящение!

— Чего орёшь, как сумасшедший? — справа раздался грубый, рыкающий голос. Повернувшись на звук, мы увидели странного… Хм, человеческую фигуру с головой пса. Высокий, под два метра, широченные плечи, которым мог позавидовать Джамал. Но больше всего внимание привлекала пасть с крупными, белоснежными зубами. — Сначала по несколько лет не появляется в цитадели, а потом орёт, словно я слуга. Да у меня всегда всё готово для посвящения, тебе ли не знать.

Происходящее с каждой минутой нравилось мне всё меньше. Вернее, совсем не нравилось. Какие-то дополнительные ритуалы, новые тайны, а теперь ещё и собакоголовый, от которого за версту несло опасностью. Даже абсолют среагировал на Нуби, вывесив перед лицом текстовое сообщение:

Обнаружен условно враждебный носитель артефакта класса Абсолют. Активирован протокол «Выживание». Задействовать боевой режим?

Да.

Нет.

Нажал «Нет», и тут же получил сообщение об активации защиты. Почувствовав на себе взгляд учителя, повернулся в его сторону и увидел на лице Дабо улыбку.

— А ты неплохо адаптировал свой абсолют, ученик. К тому же он у тебя невероятно развит. Уж не с одного ли из старших древних его добыли. Впрочем, это невозможно. Следуйте за мной.

Алтарь представлял собой уже знакомый нам метровый столб, по всей поверхности которого светились зелёным различные символы. Часть из них я знал, другие видел впервые.

— Подходите по очереди, и положите обе ладони на поверхность алтаря. — произнёс учитель, когда мы, все шестеро, встали вокруг столба. Я первым шагнул вперёд, и опустил руки на холодную поверхность. Секунда, вторая, быстро нарастающее жжение, и невозможность отдёрнуть ладони. Уже привычная процедура.

Несколько секунд боли, и меня отпустило. Получив утвердительный кивок от Дабо, я отошёл от столба, к которому тут же шагнула Рэян. Она так же коснулась ладонями поверхности столба и поморщилась от боли. А затем произошло что-то странное. Луч зелёной энергии, вырвавшись из головы моей жены, ударил мне прямо в грудь. Я даже охнуть не успел, как в глазах потемнело, а ноги подкосились. В мозгу лишь успело промелькнуть — дьявол!

В себя пришёл от холода, пробирающего до костей. Открыл глаза, одновременно пытаясь сбросить с себя что-то тяжёлое. Шкура, чтоб её! С густым мехом, белая. Подо мной тоже шкура, а сам я почему-то обнажён. Осмотрел руки, грудь, и глухо выругался — татуировки-каналы, покрывающие моё тело, вновь пульсировали алым светом.

— Очнулся?! Наконец-то! — раздался справа радостный голос Рэян. — Как же я за тебя испугалась!

Девушка набросилась на меня, собираясь задушить в объятиях. Прижал к себе впервые на моей памяти разрыдавшуюся любимую. Гладил по голове, волосам, шепча что-то успокаивающее. Так нас и застал учитель, вошедший в комнату. Окинув взглядом происходящее, он пожал плечами, показал мне два пальца, и вышел. Что ж, две минуты, значит две минуты.

— Рэян, скоро учитель придёт. — тихо произнёс я, беря лицо девушки в ладони.

— Я в порядке. — моя жена улыбнулась. — Творец всемогущий, если бы ты знал, что я пережила, когда ты потерял сознание. У меня душу наизнанку вывернуло.

— Ученики, вижу, вы пришли в себя. — Дабо зашёл чуть раньше, чем обещал, но мы уже были готовы его слушать. — Хорошо. У меня к вам один очень важный вопрос. Как давно вы провели слияние душ?

— Пару месяцев назад, не дольше. — ответил я. — Что-то не так? Ты не сможешь нас обучать?

— Наоборот. Ваше слияние позволяет мне подготовить не одного древнего мага, а двух. Не знаю, каким образом, но твой абсолют, — учитель указал на меня пальцем. Затем перевёл его на Рэян: — напрямую связан с твоей душой, ученица. С вами со всеми непросто. Твоя сестра, ученик, оказалась медиумом, что большая редкость даже в мире древних. Я могу подготовить Марику к вступлению в орден «Пронзающих время», если она захочет этого. Ученица Ирис — идеальная убийца магов. Да, наследник Восточной империи, думаю, это важно для тебя. Все ученики Дабо, независимо от успехов, по окончанию учёбы вольны идти куда угодно. Никаких обязательств перед нами. Почему так? Скажу кратко — это моё наказание, или обет, который дают все наставники школы. Однажды я оступился, и теперь вынужден искупить свои ошибки.

— Учитель. — я попытался встать, но вспомнил, что из одежды на мне одни лишь трусы, и тут же передумал. — Учитель, мой абсолют сказал, что ты носишь артефакт класса Преор. Что это значит?

— А ты умеешь задавать сложные вопросы, на которые сложно ответить. О поглощении и слиянии артефактов слышал? — я кивнул, подтверждая. — Твой Абсолют тоже может стать Преором. Если поглотить пять или больше подобных себе артефактов. Среди выпускников моей школы было много таких уникумов. Видишь ли, школа Дабо выпускала убийц магов задолго до того, как древние открыли Гантею.

— Кто создаёт Абсолюты, и чем они отличаются от Преоров? — задал я ещё один вопрос.

— Отличие одно — контроль над разным количеством стихий, что отлично усиливает мага. Но тебя, насколько я понимаю, это не должно волновать. Ведь ты и так владеешь тремя центрами силы, таким числом мало кто из древних может похвастать. Больше одного центра, да ещё и с рождения, доступно лишь вам, гантейцам. У древних при рождении имеется лишь одно сосредоточие, второе могут открыть только те, кто смог получить артефакт класса Абсолют. Поверь, это весьма дорогое и невероятно опасное удовольствие. Из десяти решившихся привязать к себе абсолют, одерживают победу над живым артефактом лишь двое. А уж тех, кто способен создавать подобные артефакты, можно пересчитать по пальцам одной руки. Величайшие мастера — дваждырождённые, чьё искусство заслуживает поклонения, а имена внесены в «Книгу Жизни» древних.