Между ним и дверью шесть человек. За дверью Железный Дом. За ним Тира, где тщательно охраняются каждые ворота, каждая тропа. Даже ветер не может проскользнуть незамеченным.
Халк снова подал голос:
Почему Гельмар солгал Харготу?
Снова удар по носилкам.
Старк ответил, стараясь говорить быстрее:
– Разве он хочет, чтобы народ Башен пошел…
Он получил сильный удар. Стиснутые пальцы были направлены в горло.
– …на юг, распевая Гимн Освобождения.
Второго удара он не выдержал. Он и не пытался, но он успел схватить безжалостную руку зубами.
Он успел понять только одно. Эти совершенные создания не были автоматами. У них тоже есть кровь. И она течет.
И у него тоже текла кровь.
Вскоре пришел врач, тиранец в грязной, давно не стиранной тунике. Его сопровождали два мальчика, один из которых нес таз с бинтами, а другой – ларец с лекарствами. Врач промыл и перевязал их раны. Больше всего времени он затратил на Халка. Он возился с ним непрерывно бурча, что приходится заниматься с нетиранцем, который все равно подохнет. Когда он окончил, пришли слуги и накормили их, а затем им было приказано отдыхать, чтобы приготовиться к путешествию. Гельмар, вероятно, очень спешил.
Комната была очень маленькая. Большую ее часть занимали люди в шафрановых туниках. Их запах был непереносим для Старка. Они пахли, как змеи. И все же он попытался уснуть. Разбудили его, когда принесли наручники из кузницы. Человек Гельмара приставил к его горлу меч, чтобы он не вздумал сопротивляться, пока его заковывают. На лице охранника ничего не отражалось.
Геррит, казалось, очнулась от сновидения. И видимо не совсем неприятного. Она старалась не смотреть на Старка.
Когда Ночной Светильник поднялся над горами, их вывели из комнаты, провели по коридору во двор позади Железного Дома. Там их уже ждали люди и животные.
Животные были низенькие с длинной шерстью и острыми рогами, на концы которых были надеты металлические шарики. Вероятно, эти животные часто бодались. Люди, которые погоняли их, были одеты в звериные шкуры шерстью внутрь. Их лиц не было видно – они были полностью закрыты бородой. Только глаза сверкали из-под полей мохнатых шляп. В бородах появились белые пряди, как будто они были тронуты морозом. Но это не было признаком пожилого возраста. Старк предположил, что это и есть кочевники, которые находятся на службе Бендсменов.
На некоторое время пленников согнали в тесную кучу, и Геррит нежно коснулась руки Старка, улыбнувшись при этом. Странная улыбка.
Как будто она прощалась с ним.
Глава 21
Животные фыркали и отдувались. Их дыхание белым облаком висело в ледяном воздухе. Старк и Геррит ехали верхом, но по бокам у них шли пешие конвоиры. Халка везли на носилках, подвешенным к двум животным. Он большинство времени спал или был без сознания. И несмотря на это на нем были наручники, как и на остальных, а рядом с носилками шел конвоир.
Гельмар, завернутый в теплый плащ с капюшоном, часто подъезжал к нему и щупал пульс, чтобы проверить, жив ли он.
– Укрой его получше, – приказал он красавцу конвоиру. – Если мы довезем его до Цитадели живым, то там сможем вылечить.
Конвоир с мечом и ножом на поясе тщательно укутал Халка мехами.
Гельмар и несколько Бендсменов ехали верхом. А остальные – их было двенадцать – шли пешком за кочевниками, не смешиваясь с ними. Очевидно, они их презирали.
Их сопровождал отряд тиранцев с непрерывным барабанным боем. Они шли на север… В небе вспыхивали и гасли Ведьмины Огни. Тиранцы сопровождали их до последнего поста, а затем отсалютовали и с барабанным боем двинулись обратно в город.
Перед ними лежала дорога, медленно поднимающаяся в горы. Где-то на другой стороне гор лежала Цитадель.
Оказывается, – подумал Старк, – добраться до нее гораздо проще, чем он предполагал. По крайней мере, теперь можно не беспокоится о Северных Псах.
По этой дороге уже сотни лет не проезжал ни один фургон. Дорога была очень узкой. Маленькие копыта животных бодро постукивали по мерзлой земле.
На небе был праздник – там плясали волшебные огни.
Было достаточно светло, чтобы видеть все вокруг.
Целые тысячелетия ветер, вода, солнце и мороз работали над каменными стенами. Они выветривали, вымывали, полировали, прокаливали. И теперь рядом с дорогой высились странные каменные создания, закованные в лед. В призрачном свете, льющемся с неба, они казались живыми. Огромные лица смотрели на них жуткими глазами. Над дорогой вздымались чудовищные щупальца, крылья каких-то монстров бросали тени на дорогу, по которой двигались крошечные люди. В широких местах дороги, где сияние рассеивалось, казалось, что целые толпы чудовищ шепчут что-то угрожающее.
Ветер с севера, проносясь со свистом по ущелью, как будто разговаривал с этими жуткими существами.
Разум Старка говорил ему, что все эти чудовища и их вопли всего лишь камни, подвергшиеся эрозии. Его разум знал это. Но в глубине души в нем жил первобытный страх. И его звериные чувства предупреждали его, что где-то рядом находятся и не каменные чудовища. Дети Матери Скэйта?
Он ничего не видел, но в этих камнях могли спрятаться сотни чудовищ.
Однако Бендсмены и их прислужники, и даже животные, шли вперед вполне умеренно. Если здесь что-нибудь и было, то они к этому привыкли.
Наручники тяжело висели на руках Старка. Небеса пылали. Время от времени сверкающий занавес приподнимался, открывая бархатную черноту неба со светящими яркими звездами.
Геррит ехала перед Старком. Она спокойно сидела на маленьком животном. Голова ее была опущена на грудь, как будто она ехала навстречу тяжелому испытанию. Старк надеялся, что он знает, о чем мечтает Геррит.
Вдруг Старк увидел с правой стороны ущелья высокий каменный столб, который так сильно наклонился вперед, что казалось он вот-вот упадет под собственной тяжестью. Он очень напоминал фигуру человека, склонившегося в молитве. Вокруг него, у самого основания, виднелись какие-то существа, которые, казалось, слушали молящегося.
В непрерывно изменяющемся свете небесных сполохов три фигуры начали двигаться, вышли из-за камня, прошли в центр ущелья и встали посреди дороги, полностью загородив ее.
И только теперь животные зафыркали, затанцевали. Весь отряд остановился перед этими существами.
Гельмар выехал вперед.
– Келл а Марг, Дочь Скэйта, – сказал он. Голос его был ровным, никакого волнения в нем не ощущалось. Он просто констатировал факт. – Фенн, Федрик.
Фигуры были завернуты в плащи, но головы их были обнажены. На них красовались только диадемы из чистого золота. А в диадеме передней фигуры сверкал огромный дымчатый бриллиант. В их лицах было что-то странное. Они казались белыми в свете сияния.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
