Способ, что и говорить, эффективный, но незаконный и повсеместно считающийся аморальным и кощунственным. К тому же это настоящее самоубийство, ведь всем было известно, что он ведет к уничтожению рыболовных мест и только приближает день, когда целые поселения будут вынуждены от голода просить милостыню на улицах Мехико. Даже самые неотесанные рыбаки считали ловлю с применением взрывчатки худшим грехом.
Но Хобим хорошо понимал человеческую природу и знал, что глупость вкупе с жадностью и жестокостью может заставить человека совершать поступки, которые, с точки зрения, разума являются разрушительными как для человека, их совершившего, так и для окружающих. Такой способ ловли сулил большую наживу с малыми затратами и отсутствием риска. Выбравшие этот способ ослеплены сиюминутной возможностью быстро набить карманы деньгами, не заботясь о том, что тем самым они уничтожают источник будущей прибыли. «Пускай потом другие плачут, — рассуждали они. — Я получу свой куш, пока есть возможность, а остальные пусть позаботятся о себе сами».
Примерно так же рассуждала одна городская компания, производившая удобрения, когда выбрасывала свои химические отходы в залив. С точки зрения компании, это было выгодно и хорошо для производства, ведь она избавлялась от отходов. Но власти решили, что это не слишком хорошая идея — выливать ядовитые отбросы в залив, где люди плавают и ловят рыбу. Поэтому компанию попросили прекратить эти выбросы.
Работники компании взбунтовались и попытались сжечь правительственное здание, потому что у компании якобы нет средств на то, чтобы вывозить эти отходы куда-то еще, а если ее вынудят это делать, некоторые рабочие потеряют работу и все наверняка лишатся обещанной надбавки к зарплате. Правительство города пошло на попятную, и компания продолжала выливать отходы в залив.
Два с половиной года спустя залив был уже мертв. Химикалии образовали на дне ядовитую жижу, отчего погибли все водоросли. Без растительности нет кислорода, и все животные постепенно вымерли. Туристы, останавливавшиеся в роскошных отелях и решившие поплавать в заливе, получали отвратительные кожные язвы.
Наконец правительство приказало отелям перестать принимать гостей, а химической компании — перестать выбрасывать отходы в залив. Но у компании по-прежнему не было средств на вывоз отходов, поэтому она просто закрылась.
Поскольку в городе не осталось отелей, где можно остановиться, ресторанов, где можно поесть, и моря, в котором можно поплавать, туристы перестали сюда приезжать. Затем закрылись все магазины и сувенирные лавки, и их работники оказались на улице.
Рабочие на химической фабрике получили-таки свою прибавку к зарплате и несколько месяцев радовались ей. Но в результате своего упорства они в конце концов лишились всего. Постепенно само существование города потеряло смысл, и он на самом деле перестал существовать.
Теперь этот город представляет собой скопление пустых пыльных зданий вокруг мертвого залива и остов бывшей химической фабрики, стоящий на мысе в качестве напоминания о том, как хрупко все земное.
Это было нелегким уроком, но о нем быстро забыли, и Хобим видел вокруг себя многие тому доказательства. Практически у любого жителя близлежащих островов были родственники или знакомые, которые предпочитали легкую наживу. Некоторые продавали лодки, доставшиеся им в наследство, и переезжали в город, намереваясь начать свое дело, будто рыболовный бизнес, которым они владели в совершенстве, не был достаточно хорош. В городе они быстро оказывались во власти других бизнесменов, готовых с радостью освободить их от бремени вырученных за лодку денег. Деньги очень быстро заканчивались, и бедолаги радовались, если им удавалось устроиться на работу в городские туалеты, где им приходилось вдыхать пары аммиака вместо запаха моря и рыбы.
Но эти люди рисковали только своим благополучием, в то время как рыбаки с острова Святого Духа угрожали благополучию всех своих соседей, жителей острова Санта-Мария и других близлежащих островов. Ибо они не остановились бы, пока не разрушили бы каждую подводную гору, о которой знали или слышали и которую могли разыскать.
Хобим прекрасно знал, чем они оправдывали такое поведение, за которое каждый из них заслуживал материнского проклятия. Они повторяли вновь и вновь — пока сами не начинали в это верить, — что, мол, если они не уничтожат рыбу таким способом, всегда найдется кто-то еще, кто сделает это. Мол, людям свойственно совершать дурные поступки; выживают только те, кто сам о себе заботится, а выживание сильнейших — и хитрейших — это и есть сама жизнь.
Хобим принял решение остановить их, но он должен был сделать это в одиночку. Если он поднимет на ноги рыбаков с Санта-Марии, те выйдут в море на своих лодках и станут выжидать, когда появятся разбойники с острова Святого Духа. Те увидят, что их поджидают, и попытаются скрыться. Начнется погоня, драка — и пострадает много людей. А если им удастся убежать, они вернутся на свой остров и обвинят жителей Санта-Марии в том, что те выдумывают неправдоподобные истории, чтобы покрыть свои собственные грязные делишки. Распря между островами будет продолжаться долгое время, и в ней не поздоровится всем, кроме, возможно, тех, кто на самом деле того заслуживает. Они-то тем временем будут заплывать по ночам в новые места и продолжать истреблять все живое.
Поэтому Хобим специально отправился в Ла-Пас, чтобы повидать друга своего детства, чей отец в былые времена покупал у его отца рыбу и сбывал ее. Друг его работал в ремонтном доке, где, ожидая ремонта, стояли корабли, лодки и другие крупные суда, поднятые со дна или едва не затонувшие после получения пробоины.
Хобим с другом опрокинули по кружке пива, потом по второй. Друг его не переставал повторять снова и снова, но разными словами, что он завидует Хобиму, который не зависит ни от кого, кроме себя самого, и работает, сколько и когда ему заблагорассудится. А вот он сам вынужден работать там, где шум и грязь способны свести с ума любого. Хобим засыпал друга вопросами о новейших методах и средствах подъема затонувших судов, а особенно о новых способах разрезать под водой стальную обшивку и другие металлические части.
Наконец он сказал другу, что невдалеке от их острова затонула баржа и теперь она — настоящий бич для рыбаков, которые то и дело рвут о нее сети. Баржа слишком велика для того, чтобы оттащить ее в сторону целиком, но если бы ее разрезать на части, то куски будет нетрудно убрать с дороги. Понадобится ли ему для этого нанимать подводных сварщиков? Или компания его друга сможет выполнить эту работу? Конечно, он не в состоянии заплатить много, но...
