Показалось ей или на мрачном лице отразилось колебание?
— Хорошо, — сказал наконец Кастор, поднимаясь. — Я предоставлю вам подробный отчет вместе с рапортом. Разрешите идти?
— Да, Кастор. Спасибо за этот разговор.
— И… домина, я понимаю, что вы не хотите жертв, но мы, легионеры, всегда знаем, когда Марс жаждет крови. Это знание входит в нас вместе с пылью Форпоста. Будьте предельно осторожны в своих решениях.
Электра смотрела на его прямую удаляющуюся спину в глубокой задумчивости. Марс жаждет крови, надо же. Что это за суеверие родом из дремучих веков? Или иносказание? Угроза? Она обвела взглядом столовую и заметила, что от соседних столиков на нее смотрят — и переглядываются между собой — внимательные глаза. Конуса тишины как не бывало. Точно, она же сама отключила его, чтобы подозвать Кастора. Значит, их разговор могли слышать. Ей стало не по себе. И зачем только она вздумала бродить, где попало, да еще Квинта отпустила. На нее продолжали смотреть — или ей казалось — пристально и оценивающе. Она не торопясь допила остывший кофе. Что ж. Вернуться и сидеть в адмиральских покоях как крыса в норе она не может. И ходить одна по кораблю, видимо, тоже не может — это небезопасно. Где эта чертова когорта ауреа, когда она нужна.
«Фульк».
«Да, домина».
«Чем сейчас заняты твои люди?»
«Несем караул у криокапсулы адмирала».
«Клянусь Юпитером, он никуда не убежит! Фульк, лучше направьте охрану ко мне и позаботьтесь, чтобы люди сменялись по часам».
Электре гадко было даже вспоминать о том, как на Луне люди Фулька запихивали ее, беспомощную, в десантный модуль, но оставаться из-за собственных эмоций без охраны она не собиралась. Хватит уже самопожертвований.
«Пусть ждут меня у выхода с первой абордажной палубы».
«Да, домина».
До собственного малого причала с личным шаттлом адмирала отсюда было далековато. Она вышла из кантины и вызвала в чипе схему яруса — не так-то просто ориентироваться в этих одинаковых с виду коридорах. Совсем не похоже на главные палубы «Светоносного», где она часто бывала. Тут чисто, светло, но нет никакого лоска и блеска, сугубый практицизм военного корабля: серый чуть пружинящий пол, стены со светящейся разметкой, невысокие в сравнении с главными палубами перекрытия. У легионеров явно меньше привилегий чем у пилотов и команды корабля. Военный груз, карго, что-то, что не принадлежит флоту. А кому они принадлежат? Форпосту? Семьям? Несуществующему богу войны? Это смешно. Какие-то легионерские байки, фольклор. Мы не халифатцы, чтобы расшибать себе лоб, поклоняясь разнообразным несуществующим божествам. Люц, черт тебя побери и все демоны подземного мира, додумался подсунуть мне это ведро с неприятностями! Множество ведер! Сто тринадцать штук!
Электра вдруг поняла, что пропустила нужный поворот, затормозила и снова полезла в чип, чтобы уточнить, куда возвращаться. Сигнал чипа был какой-то неуверенный, затухающий. Наверное, неподалеку проходит мощный силовой контур, может, питание орудий — а ставить ретрансляторы на малолюдных этажах посчитали непрактичным. Кажется, если подняться вот здесь на техническом лифте, то можно как следует срезать… потом будет этаж, на котором кроме техников никого и не встретишь, вот он помечен синим — здесь даже казарм нет. Только уборочные и ремонтные роботы тихо копошатся у толстых жил кабелей, протянутых вдоль стен. Пройти еще метров двести, повернуть и дальше уже начнутся более-менее нормальные жилые коридоры, а там и к шлюзам можно выйти. Она нерешительно остановилась, разглядывая синие римские цифры на стене — налево или направо? В глазах потемнело, стало трудно дышать — лицо облепила какая-то плотная ткань. Одновременно сильные руки схватили ее за плечи, Электра наугад пнула кого-то, вторая пара рук удерживала ткань, ничего не разглядеть. Ее, отчаянно бьющуюся, полупротащили-полупронесли несколько метров, послышался металлический лязг поворотного замка, поставили на пол и сильно толкнули в спину. Она по инерции пролетела вперед, споткнулась и грохнулась на колени. За спиной снова лязгнула, захлопываясь, дверь. Электра сорвала с лица тряпку. Вокруг царила непроглядная темнота.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Глава 7
Электра вывернулась, как кошка, и мигом вскочила на ноги. В темноте перед глазами плавали ослепительные круги. Отсутствие сети ощущалось как легкое головокружение и шум моря в раковине, будто ты заперт наедине со своим кровотоком. Чип не подавал никаких признаков готовности поймать сигнал. Удобно — для нападавших, конечно, не для нее: на помощь не позовешь. Тот или те, кто запихал ее сюда, должно быть, великолепно знали корабль, раз сумели так ловко на ходу сориентироваться: атака не могла быть спланированной, она же сама не думала четверть часа назад, что окажется в служебной зоне и без связи. Было темно и тихо, если переступить ногами, то слабое эхо выдавало высокий потолок. Откуда-то сзади чувствовался довольно сильный ток воздуха, она решила вернуться к двери — мало ли что окажется за спиной в этих железных внутренностях. Может быть технический провал или еще что, ноги бы не переломать.
Она осторожно, вытянув перед собой руки и одновременно изо всех сил напрягая слух, подошла к двери, нащупала металлический запор-вентиль и попыталась открыть. Вентиль не поворачивался, очевидно, его заклинили с внешней стороны. Электра несколько раз саданула по двери кулаком, потом пнула носком сапога. Дверь издевательски загудела.
— Можете стучать сколько угодно, домина! — послышался девичий голос. — Тут никогда никто не ходит! Год просидите, слышите?
Девица засмеялась и ей вторили еще два голоса — похоже, таких же сопляков, только мужские. Какое-то юношество, она еще в легионерской столовой обратила внимание на малолеток, с восторгом следящих за потасовкой.
— Немедленно откройте! — рявкнула Электра. — Иначе я сама выберусь, вычислю вас и уши оборву!
— Как же! Ну попробуйте.
— Вы хоть знаете, кто я?
— Нет! Тут полно штатских в мундирах без знаков различия!
И на черта, спрашивается, иметь на пальце всемогущее адмиральское кольцо, которое бессильно перед обычным засовом.
— Ладно, — пришлось вступить в переговоры. — Что вам от меня нужно?
— Улетайте со «Светоносного»! Вам тут не место! И не вздумайте тащить сюда Махайрода!
— А не то?
— А не то продержим вас тут до сенатского заседания и дольше! Плакали тогда ваши планы!
Электра выругалась. Весь корабль в курсе ее коварных планов! Неудивительно, она сама объявила о них во всеуслышание. Судя по молодым омерзительно бодрым голосам, за дверью засели курсанты не старше первого года призыва. На адмирала им чихать, потому что уже ясно, что «нелетные части» вечно соперничают с флотскими. А на «Светоносном» они ходят, наверное, не больше пары месяцев, он мог принять их на борт либо на Золотом Марселе, либо проходя мимо верфей Деметры, последнее маловероятно.
Выберусь, вычислю и выдеру мерзавцев, пообещала она уже самой себе, тщетно пытаясь связаться с рубкой или своей охраной. Чип безмолвствовал. Фульк наверняка с ума сходит.
— Чем это вам Махайрод не угодил?
— Нам вы не угодили! А Махайрод преступник.
— Ну хорошо, — она решила сдаться. Не сидеть же целую вечность в этом закуте. — Давайте договариваться. Я не привожу на борт Махайрода, а вы меня выпускаете. Как вы, кстати, собираетесь обеспечить себе анонимность?
За дверью некоторое время тянулось молчание, потом послышалось оживленное шушуканье. Видимо, великие умы и гении планирования не дошли в своей стратегии даже до этого места.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Электра выругалась снова и стала ждать. Шушуканье продолжалось, потом кто-то сдавленно произнес:
— Уходим! Сюда кто-то…
Удаляющихся шагов она не расслышала, хотя бы паттернам движения легионеров обучают хорошо. Если этих горе-бунтарей спугнул кто-то взрослый, есть шанс выбраться. Она принялась настойчиво стучать, чтобы снаружи ее гарантированно услышали. И даже воззвала, чувствуя себя полной дурой.
