город, попрощаться со своим наставником и собрать вещи. Он обещал вернуться к ночи и отправиться вместе с нами в путь. Ванька был нетерпеливым из-за своего энтузиазма.
У нас не было никакой спешки, и мы не имели других дел. Мы убедили Ивана остаться в городе до утра, чтобы мы могли обсудить наш предстоящий поход и ночевать в лесу без его присутствия. Иван долго сомневался, боясь, что мы убежим. Мы заверили его, что будем ждать его на том же месте. Ванька вскочил на свою кобылку и оглянулся, чтобы убедиться, что мы ещё там.
Я начала расспрашивать Вара о змее-аспиде, но информация, которую он дал, меня не обрадовала. Змей был огромный, имел три головы, был тупым, обжорливым и служил Кощею. Ни меч, ни копье, ни волшба не могли победить его. Я рассказала Вару о пистолете, но он сомневался в его эффективности. Это была крайне злобная тварь, которую я хотела увидеть и снять на видео. Я искала идею для обложки книги, где красавица из другого мира спасала мир, на спине змея Горыныча. Мы с Варом просидели остаток вечера, обсуждая это и другие вещи, а потом легли спать на ночь.
Вечер прошёл без происшествий, и мы готовились к нашему будущему приключению.
Ванька.
Пройдя версту, Ванька остановился. Он всегда верил, что великие подвиги ждут его, но до сегодняшнего дня все это оставалось далекой мечтой. Вышел из задумчивости, вспомнил о своих делах и оседлал кобылку, направляя ее обратно в город, к дому, где он жил уже долгое время. Путь туда занял не так уж много времени, и уже к вечеру он был у ворот. Стражники узнали его и весело помахали ему в ответ. Ванька широко улыбаясь помахал в ответ, но с грустью думал, что это, возможно, в последний раз, когда он видит эти колья, ворота и стражников.
Грусть сменилась чувством вины, когда он доехал до знакомых ворот дома кузнеца, у которого он был уже пару лет в подмастерьях. Старый кузнец многое сделал для него и принимал Ваньку как своего сына, радуясь его трудолюбию. Теперь Ваньке пришлось оставить это место и отправиться в путь.
Из дома на крыльцо выбежала Настена, младшая дочь кузнеца. Она была пышненькой и румяной девушкой, всегда улыбалась добродушно и смущалась. Ей было семнадцать зим, и на деревне еще не было такой прилежной и ласковой девушки. Недавно Ванька начал нравиться ей, и она не возражала, когда Ваня начал уделять ей внимание. Только, Ванька влюбился в другую, и мысленно попросив прощения у Настены, он покидал и ее.
— Ваня, куда ты идешь? — заволновалась девушка, увидев, что парень собирает вещи в котомку. — Неужели ты покидаешь нас? Разве тебе не мил наш дом, не добры отец с матерью, братья и сестры?
Настена стояла на ярком солнце, когда Ванька взял ее за руку.
— Милее дома вашего, и нет домов больше, роднее отца с матерью, сестер да братьев, и нет у меня. И ты словно солнце ясное, звезды и луна, освещала все вокруг. Но не могу я оставаться больше, зовет меня дорога. Может, свидимся еще, я не прощаюсь с тобой. — сказал он.
Ванька нежно посмотрел на девушку и она почувствовала влагу в своих глазах. Она поддалась к нему поближе, ожидая его обычных ласк, но он только откинул ее волосы назад и легко поцеловал в лоб. Он не мог сказать правду и только надеялся, что она забудет его быстро.
— Ваня, а можно я с тобой пойду? Клянусь, не буду мешать тебе, буду помогать, скатерть накрывать. Возьми меня с собой! — сказала Настена.
Ваня поперхнулся и начал объяснять ей, как опасен и труден его путь. Но он прервал сам себя, видя упрямство Настены. Он отошел на несколько шагов от нее и сухо попрощался, пока она не опомнилась, Ванька вскочил на Мурку и уже умчался прочь.
Он нашел кузнеца в конюшне старосты и выслушал юношу, кузнец только покачал головой, спросив, вернется ли он и будет ли помнить Настену свою. Кузнец видел, что дочь и подмастерье относились друг к другу тепло, но он ничего против не имел. Он только сожалел, что жених уходит от них. Ванька заверил кузнеца, что не нужно ждать его и что он может совсем не вернуться. Они распрощались крепким объятием.
Хель
Ванька вернулся до восхода солнца, разбудив нас. После посещения града, парень спешил начать путь как можно скорее. Он либо не мог дождаться спасения красавицы, либо за ним гнался отец порченой дочки, чтобы вернуть сбежавшего жениха.
Вар и я не спешили, мы спокойно умывались, собирались и завтракали. Ваня же портил нам настроение. Он ныл, умолял, угрожал и истерил. В итоге он настолько нас достал, что мы с Варом уже начали обдумывать его скоропостижную смерть. Однако, вместо этого мы собрали все необходимое и галопом понеслись спасать Василису от монстра. Конь парня и Вар неслись в галопе, а мы с Ваней сидели и наслаждались тряской. Ваня задавал темп, не обращая внимания на наши протесты.
Через несколько часов после бешеного забега, волк и лошадь уже выбились из сил, они были в мыле и едва дышали. Я провела рукой по загривку Вара и заметила, что он весь мокрый от пота. Пришло время сделать привал, и я попросила Ваньку остановиться на поляне, где есть ручей. Ванька послушался меня, и вскоре мы уже тормозили на отдых.
На поляне Вар упал еле живой, пытаясь отдышаться и ласково материл Ваньку, из-за чего тот был красный как помидор. Когда Вар наконец отдышался, он сообщил, что не пойдет дальше, пока не получит воды, еды и отдыха. Ваня набычился и уверял, что им нужно бежать дальше. Кобылка Ваньки злобно скосила на него глаза и улеглась отдыхать.
Ваня, ты быстрее загубишь свою лошадь, чем мы доберемся до места. Нам нужно отдохнуть", сказала я. Лошадь благодарно посмотрела на меня и всхрапнула.
— Тогда нам придется идти пешком. — нашел выход Ваня. — Иначе мы не успеем, и Василиса… — он провел ладонью по шее и не закончил фразу.
— Вот ты и иди пешком, я тебя не буду держать. — огрызнулся волк.
Вар лежал на боку, его бока тяжело поднимались. Я расстелила скатерть-самобранку и протянула ему кувшин с водой, который он залпом вылакал, еле поднимая голову. Мне было его жутко жаль, бедное животное. Когда Вар покончил с водой, я протянула ему огромный окорочок. Волк с удовольствием стал рвать его зубами.
— Ты
