Фарис Дроммель внимательно посмотрел на мое изображение, свернул бумагу в трубку и убрал в небольшой футляр у себя на поясе. Он вышел из комнаты, а Шкет, все с тем же безжизненным взглядом, неестественно быстро переставляя свои коротенькие ножки, пошел за ним. Мы с Мартой переместились в коридор.
— Он ничего не знает, — сообщил собравшимся инквизитор, — Я сам отведу мальчика, а заодно поговорю с другими. Возможно, мне удастся выведать что-то еще об этом дерзком преступлении. Все свободны. Похороните епископа достойно, он был хорошим человеком и преданным служителем церкви Девяти богов.
Дроммель двинулся по направлению к выходу из храма. Шкет, все также, дергаясь как марионетка, засеменил за ним. Я перевел взгляд на Марту и испугался, она была совсем бледная и казалась истощенной.
— Бабушка Марта, хватит! Вы же выгорите! — мне не хотелось, чтобы она пострадала из-за меня.
— Марта сильная. Осталось немного. Смотри, мальчик!
Она мгновенно перенесла нас на берег моря, на высокую скалу, где когда-то мы с Юфином делились секретами. Я огляделся по сторонам, и увидел неподалеку приближающегося ко мне Дроммеля, а впереди него, с разбитыми до ссадин ногами, все также неуклюже и быстро, шагал изможденный Шкет с безжизненными пустыми глазами. Он прошел мимо меня и, не останавливаясь, словно впереди не было высокого обрыва, двинулся дальше и полетел вниз. Я подскочил к краю и ужаснулся. Внизу на скалах лежало его сломанное тельце, вывернутое под неестественным углом, а вокруг все было залито вытекающей из разбитой головы кровью.
Дроммель подошел к обрыву, посмотрел на берег, а затем поднял голову в небо и вытянул свою страшную руку по направлению к огромной чайке. Та камнем ринулась к тому месту, где лежал маленький изгой, громко крича, что привлекло внимание ее товарок. И скоро десятки птиц собрались вокруг, разрывая на части мертвое детское тело. Я закричал и проснулся…
Через окна в комнату уже проникали первые рассветные лучи, освещая безобразную картину на потолке. Я, уже пришел в себя после страшного видения, обулся в легкие тапочки и накинул на плечи свежее полотенце, выданное мне вчера. Вышел в коридор и прошлепал до ванной комнаты. Вчера мне так и не удалось ее осмотреть, лишь успел отметить, что она здесь предусмотрена.
Из комнаты с умывальниками выходило две двери, одна в туалетную комнату, где стояли глиняные горшочки для справления нужды, которые мое сознание тут же окрестило странным словом унитазы. А вот за второй дверью скрывалось поистине чудесное изобретение — душ! У моей семьи в Танаре был такой во дворе, но я слышал, что в богатых домах он бывает прямо внутри.
Я умылся и решил срочно испробовать находку, но только после того, как совершу тренировку. Последний раз мне это удавалось на каравелле Джаиля и мое тело соскучилось по такой приятной нагрузке.
Переодевшись в свой серый костюм, другого у меня пока не было, я сбежал вниз по лестнице и столкнулся с Сэмом, который заразительно позевывал на своем посту. Поприветствовал его и выскочил на улицу. Погода была на удивление теплой, а потому, скинув верхнюю часть одежды, я сразу перебрался на тренировочную площадку и начал разминаться. Сон никак не выходил из головы, поэтому постарался быстрее завершить разминку, и отправиться на полосу препятствий, чтобы занять мысли предстоящим испытанием.
Я перебрался к стартовой линии и неспешно побежал по дорожке, длиною не больше четверти полета стрелы, в конце которой начинался подъем-горка на балку, высотой в полтора мужского роста. Взбежал по ней наверх и, без особого труда, преодолел тонкое горизонтальное бревно, радуясь, что мои тренировки в катакомбах не прошли даром. Затем был крутой спуск, в конце которого был относительно высокий забор, не предназначенный для восьмилетнего парня. Впрочем, благодаря натренированным прыжкам, мне удалось преодолеть его с первой попытки, дополнительно оттолкнувшись от его поверхности. Это не запрещалось правилами.
За забором находился ров с водой, в котором плавали дощечки. Каждая из них была закреплена веревкой ко дну, так что они не расплывались, а всегда находились примерно на одном месте. Я сильно переживал, что не смогу пробежать по ним, так как такой подготовки у меня не было. Но все оказалось куда проще — они почти не реагировали на мой маленький вес, и мне удалось проскочить их с первой попытки.
Следующее препятствие не вызвало трудностей вообще. Оно было похоже на металлическую лестницу, закрепленную горизонтально на высоте чуть больше мужского роста. Нужно было пройти ее до конца на одних лишь руках. Мои тренированные в лазании по стенам руки справились с этим без труда.
Затем шли вкопанные на разном расстоянии в землю столбики, которые доставали мне до плеча. Задачей было проскакать по ним и не упасть на землю. Это было просто. К последним столбикам были привязаны два каната, дальние концы которых закреплялись к большой трубе. Это препятствие я не прошел с первого раза, поскольку канаты постоянно то разъезжались, то сходились. Здесь сделал остановку на несколько минут, пока не понял, как правильно балансировать телом и ногами. Примерно с шестой попытки у меня получилось, но я на всякий случай вернулся и еще два раза повторил пробежку по ним, чтобы закрепить.
Широкая труба, следовавшая за канатами, уходила глубоко вниз. Забрался внутрь нее и съехал по ней, словно по детской горке. Она вывела меня в подземный лабиринт. Здесь была абсолютная темнота, но меня это не смутило. Вчера по дороге в столовую Сэм рассказал мне, что достаточно вести по стене этого лабиринта левой рукой и не отрывать ее от поверхности, повторяя все повороты. Это не самый короткий путь, но зато он точно приведет к выходу. Так что и это испытание мне показалось достаточно простым.
Выйдя на поверхность, невольно зажмурился, так как солнечный свет сильно резанул по глазам. Раскрыв их и немного привыкнув, обнаружил столик, на котором лежали метательные ножи, а на расстоянии, примерно в одну десятую полета стрелы, стоял манекен в виде обычного человека. На его груди в районе сердца был нарисован оранжевый кружок, и еще один, только красный, прямо на горле.
В руководстве было сказано, что это задание не обязательное для поступающих, но его выполнение может дать приличное количество дополнительных баллов. Следом за мишенью стояла отметка, после пересечения которой полоса считалась пройденной.
Стоит ли говорить, что восьмилетний мальчишка был очарован этими ножами! Я швырял их до самого обеда, пропустив завтрак и позабыв обо всем на свете. На месте манекена я представлял Фариса Дроммеля и старался попасть ему в шею. А когда у меня заныла правая рука от бесконечных бросков, не думая сменил ее на левую, и снова продолжил тренировку.
Время в школе полетело незаметно. За ежедневными занятиями и упражнениями, я совсем не замечал его течения, и был очень удивлен, когда одним прекрасным днем в мою дверь постучали и за порогом обнаружился невероятно огромных размеров парень с котомкой на плече. Тем не менее его лицо было все еще детским.
— Привет. Ты к кому?
— Э-э… Это последняя комната? — он ошеломленно разглядывал меня, — Мне сказали, что я буду пока жить тут, но я не ожидал, что меня поселят с семьей…
— С какой семьей? — я оторопел.
— Ну-у у тебя, наверное, есть папа и мама. Они же не могли бросить тебя здесь одного!?
Я наконец-то понял, что он имеет ввиду и закатился смехом, а он раскрыв рот пялился на мою скрюченную трясущуюся фигуру. Когда у меня прошли первые приступы хохота, я поймал его взгляд и снова чуть не прыснул, но удержался. Он так и стоял в растерянности на пороге, переминаясь на своих гигантских ногах.
— Проходи, я видимо твой сосед по комнате. Тоже собираюсь тут учиться.
— Ты?! Как? А родители? — он сделал удивленное лицо.
— Нет у меня родителей. Умерли. — Я вдруг сам удивился, как легко это произнес.
