Читаем без скачивания Ветры Запада. Книга 2 - Андрей Стоев

class="p1">— У них не просто интересные, у них потрясающие сплавы. Они умеют делать их молекулярной диффузией, то есть превращать в сплав материал готового изделия.

— Ту блестяшку, что мы продали, тоже молекулярной диффузией делали, — припомнил я.

— Ты мне про свою блестяшку, не напоминай, пожалуйста, — попросила Ольга. — А то я, как про неё вспоминаю, так у меня сразу появляется ощущение, что кто-то сошёл с ума, и это, скорее всего, я.

— Не буду, — послушно согласился я. — Да у меня и самого подобное чувство возникает.

— У вас там просто сплав металлов, — продолжала Стефа. — Впечатляет, но всё же как-то привычно. Но карлы могут делать соединения металлов с любыми материалами, даже со сложными органическими молекулами. Они прислали кое-какие образцы, наши специалисты просто с ума сходят.

— Давайте мы пришлём к вам наших инженеров, — предложил я. — Они прикинут, где можно использовать новые сплавы. Может, даже получится придумать что-нибудь совершенно новое. Тогда можно будет поговорить уже конкретно по объёмам и ценам.

— Присылайте, подумаем вместе, — согласилась Стефа. — Если появятся перспективы нового продукта, то мы бы поучаствовали в совместной разработке. Ладно, что у тебя с учёбой?

— У нас новая важная веха, мы начинаем становиться настоящими Владеющими, — процитировал я Магду. — Во всяком случае, Ясенева утверждает именно это. Будем изучать так называемые атакующие конструкты, которыми ни один нормальный человек никого атаковать не станет. Анна Максакова начала нас учить, как использовать наши знания и умения максимально подлым образом. В общем, педагогическая рутина, всё как обычно.

— Понятно, — засмеялась Стефа. — Ну, пойдём, позанимаемся, не будем мешать Оле работать.

Глава 14

— Здравствуй, Милослава, — приветливо сказал князь, не поленившись встать из-за стола и встретить её посередине кабинета. — Рад тебя видеть. Как дела у тебя?

— Здравствуй, княже, — ответила она. — Дела нормально. Так зачем ты меня вызвал?

— Не драматизируй, — укоризненно попенял ей тот. — Не вызвал, а попросил зайти.

— Извещение, что ты меня ждёшь к тринадцати тридцати, не совсем похоже на просьбу зайти, — возразила Милослава.

— Я князь, знаешь ли, — с виноватой улыбкой развёл руками он, — у меня весь день расписан. Я не могу тебе сказать, что, мол, загляни, как время будет. Чтобы с тобой встретиться, моему секретарю пришлось перенести на неделю отчёт Работного приказа, так что извини — как получилось, так и получилось. Ты уже пообедала? Ну и замечательно, вместе пообедаем.

Он ухватил Милославу под локоть и нежно повлёк её к неприметной двери сбоку от книжной полки. За дверью обнаружилась небольшая уютная столовая, с застеленным белоснежной скатертью столом, уже накрытым на две персоны.

— Что-то совсем тяжело со временем в последние дни, — пожаловался князь, усаживаясь за стол. — Поверишь, нет — княгиню уже третий день не получается увидеть.

Милослава сочувственно кивнула, а потом её осенила мысль:

— А не ты ли ту брошку купил, княже?

— Не я, — с досадой ответил князь. — Хотел, но не вышло. Кто же знал, что цена до такого безумия дойдёт? Я-то разрешил повышать до сотни, думал, что с такой ставкой уж точно выиграю, а оно вон как получилось. Хорошо хоть, княгиня не знает, что я участвовал и не купил, — вздохнул он. — Ладно, скоро станет ясно, кому повезло, не в сундук же её закопают. Сейчас как раз приёмы пойдут, на ком-нибудь обязательно всплывёт. Ты, кстати, молчи про то, что я участвовал.

— Среди целителей болтунов не бывает, — с достоинством заметила Милослава. — Слишком много тайн через нас проходит. Буду молчать.

— Болтуны везде бывают, — махнул рукой князь.

— Возможно, — не стала спорить она. — Но в нашей семье их нет.

— И Кеннеру не скажешь? — с интересом посмотрел на неё князь.

— И ему не скажу, раз ты предупредил, — отрицательно покачала головой Милослава. — Да и сам Кеннер со мной тоже секретами не делится.

— А с Леной? — князь всерьёз заинтересовался.

— Даже не знаю, — задумалась она. — Ей он, конечно, доверяет больше, чем мне, но не думаю, что он при этом много ей рассказывает. Насколько я знаю Кеннера, он, скорее всего, и её не особо в свои дела посвящает. Но от Лены в любом случае никто и никогда ничего не услышит.

— А тебе не обидно, что он жене больше доверяет, чем матери?

Милослава с удивлением посмотрела на него, озадаченная таким необычным интересом, но, немного поколебавшись, всё же решила ответить:

— А разве может быть иначе? У родителей и детей пути рано или поздно расходятся, а жена — это на всю жизнь. Во всяком случае, у Кеннера это так. Я всегда буду любить своего сына, но у него сейчас своя семья, и у меня тоже скоро будет своя семья и другие дети.

— Когда собираешься рожать? — с живым интересом спросил князь. — И кого?

— Через год девочку, — застенчиво призналась Милослава. — Всё никак не могу решить, какого цвета будут волосы и глаза. Эрик хочет мальчика, но я сказала, что мальчик у нас будет только после того, как Кеннер с Леной родят наследника.

— Думаешь, могут быть какие-то проблемы с наследованием главенства? — усомнился князь. — Кеннер — старший сын, не представляю, как можно оспорить главенство его ветви.

— Кеннер с Леной, скорее всего, возвысятся, — объяснила она. — Кто знает, куда позовёт их путь? И меня тоже. Мы все рано или поздно уйдём.

— Ах, вот как, — с пониманием кивнул князь. — Твой младший сын, родившийся в законном браке, против ветви твоего старшего, но внебрачного сына. Если он будет старше сына Кеннера, то главенство действительно можно будет перехватить — разумеется, при условии, что ни тебя, ни Кеннера здесь не будет. Вообще-то, на его месте я бы не рискнул проворачивать такие фокусы с Кеннером, но люди часто делают глупости. Гораздо чаще, чем умные вещи.

— Я не хочу, чтобы мои потомки ссорились между собой, — хмуро сказала Милослава. — Ветвь Кеннера будет главной, и это не обсуждается. Тем более что всё, чего достигла наша семья — это именно его заслуга. Если бы не Кеннер, то я, наверное, по-прежнему работала бы в твоей лечебнице.

— Да, было бы неплохо, если бы ты у меня работала, — усмехнулся князь. — Ну, я тоже присмотрю, чтобы потомков Кеннера не обидели. Если, конечно, доживу до того момента.

— Если обещаешь присмотреть, то доживёшь, — спокойно, как будто о чём-то незначительном, сказала Милослава, внутренне ужаснувшись от того, что только что сказала.

— Даже так? — в полном изумлении посмотрел на неё князь. — Я, конечно, отказываться не буду, но почему?

— Во-первых, я уверена, что ты своё обещание выполнишь. Во-вторых, Кеннер очень тебя ценит и высоко о тебе отзывается, а его мнение для меня очень много значит. Но у меня есть условие: ты должен молчать о нашей договорённости. Наверняка будут недовольные, да тот же княжич, к примеру. И другие тоже захотят пожить чуть подольше. Но для кого-то ещё у меня такой возможности не будет, вот только попробуй это людям объяснить.

— Буду молчать, конечно, я же не сумасшедший, чтобы о таких вещах кому-то рассказывать, — проворчал князь и вздохнул. — Вот уж кто-кто, а княжич недовольным не будет, он-то как раз править не рвётся. Зачем ему такая обуза? У него и так всё хорошо. Тебе, Милослава, с сыном повезло, а вот мне не очень, — он опять тяжело вздохнул. — Одна надежда, что он рано или поздно всё-таки сделает мне хорошего внука.

— Ты и сам можешь ещё ребёнка сделать, — заметила Милослава, но тот не ответил, в сердцах махнув рукой.

— Ты мне вот что скажи, Милослава, — резко сменил тему князь. — У тебя на свадьбе много влиятельных людей будет…

— Это ещё большой вопрос, у меня ли они будут, — недовольно заметила она. — Или, скажем, у тебя.

— Неважно, — вдаваться в этот момент князь не желал. — Кто-то из них, возможно, подойдёт к тебе с какой-нибудь просьбой…

— Я не буду никаких просьб выслушивать, княже, — твёрдо заявила Милослава. — С любыми просьбами пусть идут к Кеннеру.

— Тебе Кеннер, что ли, пациентов подбирает? — удивился князь.

— Обычных пациентов я сама принимаю. А что касается тех, что подходить будут — это уже не столько медицина, сколько политика. Политикой занимается глава, и я не буду в это влезать и подрывать его авторитет. Пусть Кеннер сам решает, кого лечить, а кому отказать.

— Я понял твою позицию, — задумчиво сказал князь. — Впрочем, примерно такого ответа я и ждал. Ладно, мы с Кеннером этот вопрос ещё обсудим. А вот скажи мне, Милослава — ведь получается, что