Через полчаса карета и сопровождающие ее конные всадники переправились вброд через устье реки и оказались на земле Франции. Пейзаж вокруг почти не изменился: сложенные из песчаника скалистые утесы, круто обрывавшиеся к морю, прозрачная и, вероятно, холодная вода. Прилив кончился, и выщербленные ветром скалы оказались далеко в море. Вдали виднелся небольшой рыболовецкий порт Сен-Жан-де-Люз: шпили его кафедральных соборов и древний, стоящий на возвышенности бастион резко выделялись на фоне небесной голубизны. Это было великолепное зрелище, однако на красоты окружающей местности Ровена смотрела рассеянным взглядом. Когда они преодолевали вброд реку, то очутились в полосе отступления французов с поля сражения в Ируне, расположенном в нескольких милях от Сен-Жан-де-Люза, и наши усталые путешественники стали невольными свидетелями последствий войны, представших перед их взором во всей своей страшной жестокости.
Внимание Ровены привлекла стая ворон, круживших над невспаханным полем, примыкавшим к дороге. Ровена удивилась странному поведению птиц, не обращавших внимания на приближение кареты. Бесчисленное их множество что-то выискивало в травяных кочках и затевало ссоры друг с другом. Сначала Ровена думала, что вороны расклевывают отбросы, сваленные сюда из соседней деревни. Когда же она подъехала ближе, то увидела, что в канавах валяются трупы людей и лошадей, ослабевших от ран и погибших во время отступления. Они попросту были брошены здесь своими же соотечественниками.
В каком-то странном оцепенении смотрела Ровена на рассеянные в изобилии кости, обувь, лохмотья одежды, головные уборы и эполеты. Мертвые тела лежали повсюду, изможденные лица были обращены кверху, и вороны, расхаживая вприпрыжку среди них, жадно впивались в них клювами. Ветерок, дувший с моря и доносивший запахи водорослей и ощущение свежести, вдруг стал тяжелым, будто вобрал в себя запахи разлагающейся падали.
Судорожно глотая ртом воздух, Ровена наклонилась вперед в седле, ее пальцы вцепились в длинную гриву Старого майора. Чья-то рука неожиданно поддержала ее за локоть, и Ровена попыталась выпрямиться в седле. /
– Ровена, тебе плохо?
Тарквин обхватил ее руками, приподнял из седла и посадил впереди себя на своего коня. Закрыв глаза, она благодарно прислонилась лицом к его плечу.
– Пожалуйста, увези меня отсюда, – ослабевшим голосом произнесла Ровена.
Через несколько минут Тарквин усадил ее в карету, где Хелин Синклер поднесла к носу Ровены серебряный флакон с неприятно пахнущим содержимым. Бормоча что-то невнятное, Ровена слегка отвела от себя пузырек с солью и вдруг почувствовала облегчение.
– Тебе стало лучше, бедняжка моя? – участливо спросила миссис Синклер.
– Да... – все еще слабым голосом ответила Ровена. – Это так ужасно, впервые в жизни вижу такое...
– И никто из нас не был готов такое увидеть! – с содроганием произнесла миссис Синклер.
– Капитан Йорк, прошу вас, позаботьтесь, чтобы мы уехали отсюда немедленно, – попросила Тарквина миссис Пемберли-Мартин нетерпеливым голосом .„
Капитан Йорк вскочил на своего Сиама и подал знак, чтобы карета трогалась.
Выглядывая то и дело из окна кареты, Ровена улучила момент и ухватила Тарквина за рукав. Он вопросительно обернулся к ней.
– Чем могу быть полезен, мисс де Бернар?
– Нельзя ли им чем-нибудь помочь? – прошептала она.
Мягкость и предупредительность, проявленные капитаном Йорком по отношению к Ровене совсем недавно, исчезли.
– Неужели вы не понимаете, мисс де Бернар, ведь все они давно уже мертвецы.
– Я понимаю, но...
– И чего же вы хотите? – нетерпеливо спросил он.
– Почему никто не предал их земле? Ведь не умышленно же оставили они их здесь, чтобы...
– Чтобы гнить под дождем? Думаю, что жалость ими не руководила.
– Но это же гадко, не по-божески и не по-людски! Местные жители...
– У них, к вашему сведению, мисс де Бернар, забот и так выше головы, чтобы еще взваливать на себя дополнительные хлопоты по погребению бесчисленных разлагающихся трупов. К тому же наковырять ям в земле, предназначенной для посевов, – занятие бессмысленное и нежелательное. Понятно?
– Да, конечно, вы правы, мне самой нужно было догадаться... Голос ее дрожал, она с трудом подыскивала слова.
Рука капитана Йорка осторожно коснулась ее дрожащих пальцев, уцепившихся за его плащ. Прикосновение было теплым и успокаивающим, и Ровена, посмотрев на него, уловила в его глазах живые лучики участия и сострадания.
– В другой раз переживания не будут такими острыми, – миролюбиво произнес Тарквин.
Слезы заблестели на глазах Ровены.
– Как вы можете такое говорить? Никто никогда не сумеет спокойной смотреть на это! Привыкнуть к подобному невозможно!
– Уж не хотите ли вы сказать, что их число может быть несравненно большим?! – воскликнула миссис Синклер.
– Капитан Йорк, нельзя ли побыстрее отсюда уехать? – потребовала миссис Пемберли-Мартин, прикладывая к носу платок, смоченный одеколоном.
Тарквин выпрямился.
– Так точно, мадам.
Ровена наблюдала, как капитан Йорк, прихрамывая, подошел к лошади и вскочил в седло. Карета тронулась с места, увозя путешественников прочь от этого жуткого места, от этих заброшенных полей и безмолвных мертвецов, уставившихся в небо пустыми глазницами.
Глава 7
– Ле могу поверить, что наконец-то все трудности позади и все живы и здоровы, – возбужденно заговорила миссис Пемберли-Мартин. – Наше знакомство было непродолжительным, но все равно жаль расставаться, мы уже начали привыкать друг к другу. Ну, Ровена, давай прощаться. Здесь твой дом и, надеюсь, все у тебя сложится благополучно.
Она обняла Ровену с несвойственной ей пылкостью, втиснулась в карету и, выглянув из окошка, задумчиво добавила, что они, возможно, еще встретятся на балу в честь победы союзных армий.
– Я просто убеждена, что такой бал состоится и, конечно же, Фредерик позаботится, чтобы вы были приглашены на него. Надеюсь и вас увидеть там, капитан Йорк.
– Сочту для себя за честь, мадам.
– Только будьте достаточно благоразумны, чтобы вас не ранили во второй раз.
Миссис Пемберли-Мартин помахала пальцем перед лицом Тарквина.
– Фредерик всегда высоко ценил вас, но я знаю, какая горячность присуща молодым людям. И меня совсем не удивит, если...
Последние ее слова заглушил хруст гравия, брызнувшего из-под колес кареты, которая неожиданно резко рванула с обочины.
Тарквин и Ровена только на короткое мгновение успели увидеть круглое испуганное лицо миссис Пемберли-Мартин, которую от резкого рывка вдавило спиной в подушки. Карета шумно помчалась по обсаженной деревьями аллее и исчезла среди живописных, древних крепостных валов и фортификационных сооружений, окружавших Байонну.
