случайно зацепив ногой кнопку включения громкой связи. — Вы столько моих проектов сейчас уничтожили! Столько образцов загубили! Столько потенциальной информации из-за вас утеряно! Я вам этого просто так не оставлю!
— А ты попытайся хоть что-то изменить, — мрачно и пафосно ответил я ему, начав медленно заносить левую ногу. — Я тебе тут же твои опыты засуну в самое чёрное место, которое найдётся на твоём теле! Хотя… Оно у тебя внутри!
— Что⁈ — в непонятливом, испуганном и всё же злом выкрике спросил профессор, на что сразу получил от меня прицельный удар с колена в область печёнки.
— А ещё профессор… — усмехнулся я, после чего повторно нажал на кнопку включения связи, отключая громкоговорители всего комплекса. — Ты доигрался в царя и манипулятора. Или всё же хотел быть эдаким божком? Но не вышло, ты просто доигрался.
— Ты… — наконец, боль к нему начала возвращаться, удивительно, что он на какой-то момент перестал её чувствовать, но, судя по тому, что я увидел… он просто вколол что-то себе, что позволило ему существовать в трезвом уме.
Ну или не совсем трезвом, но это уже мелочи.
Я? — наигранно с лёгким удивлением спросил я, смотря ему в глаза. — Что я? Я ничего, я лишь, признаю, твоё творение, которое взбунтовалось, которое, оказывается, имеет свою собственную силу воли, которое может противостоять тебе, всей этой военной машине. Ведь именно ты таким меня создал, ведь именно ты такое сотворил. Ну как тебе? Спрошу ещё разок, удовлетворён результатам?
— Всё равно ты и твои… кха, — начал кашлять он, отхаркиваясь кровью, всё же с дырявым животом, в котором кишки превращены в фарш… ну такое себе существовать, а этот вон, даже говорить может.
Монстр, а не человек, ещё что-то про меня говорит. Хотя, не удивлюсь, если он примерно такой же, как и Хендмейн перед своей смертью. Может, сработала какая системная закладка, может, ещё что… но его расширенные зрачки, которые часто бегают из стороны в сторону, говорят о многом.
— Всё равно вы все сдохните тут! — выдавил он из себя разом и попытался вырваться, сбить мою руку со своей головы, но у него ничего не вышло.
В этот момент я повернул голову в сторону входа и запустил сканирование. Взрыв был, но вот эффект… не факт, что был достигнут. Но все же… активность вулкана была. Не сказать что большая, точно определить я не мог… но явно что-то было. Температура медленно повышалась, а значит… нужно было ускоряться. Но у этого урода действительно очень хорошо защищён чип, защищена информация, но всё же… я её медленно получаю, не всё сходу смогу расшифровать, точнее, мои чипы. Но со временем я буду знать всё, что знал он. Все его планы, все его задумки. Все его воспоминания.
— Сейчас всё, что есть в твоей голове планомерно переходит ко мне. Ты даже этого не заметишь, но твои знания о достигнутых успехах удаляются, переходя ко мне, — усмехнулся я. — В конечном итоге ты даже не будешь знать, что ты что-то сотворил, даже забудешь, кто ты такой, но чувства от содеянного останутся. И ты будешь биться головой перед самой своей смертью. Ты забудешь все заслуги, но будешь продолжать себя считать самым важным на свете. При этом я вложу в тебя те воспоминания, которые сделали меня таким, какой я есть. Ты будешь знать, что ты сотворил, но не будешь знать, зачем ты это сотворил. И это будет последнее, что останется с тобой. Ты будешь один, вокруг тебя одни мертвецы, а поступающая отрава через раны в твоём животе… смерть будет красочной, ты будешь агонизировать, даже мощное обезболивающее не поможет. Я сделаю так, что перед последними мгновениями ты будешь видеть пляску мертвецов, тысяч и тысяч, если не миллионов. И все они будут кричать тебе, что ты — убийца. Ведь именно ты виноват в том, что произошло! Ведь именно ты уничтожил целый город! Если один. А я знаю, что городов могло быть больше. И ты сдохнешь в своём персональном аду! Ты будешь мнить себя великим! Но каждый призрак прошлого будет смешивать тебя с дерьмом! Ты — никто! Грязь! Мусор!
— Ты — безумец! — ещё громче завопил профессор, даже не обращая внимания на то, что у него изо рта досочно бурным потоком течёт кровь, химия делала своё дело, но, судя по мимике, даже она не справлялась с той болью, которую он испытывал, а я буду тянуть эти мгновения, чтобы он страдал, истекал кровью. — Ты не сможешь это сделать! У тебя нет такой власти!
— У меня нет власти делать это, тут ты прав, да. Именно власти у меня нет. Она мне и не нужна, чтобы это делать, — усмехнулся я, продолжая удерживать профессора одной рукой. — Но у меня есть возможность сделать это. И эту возможность я не хочу упускать.
Но, даже несмотря на такое наказание, больной ум этого человека уже никак не излечить, его можно только уничтожить, чтобы больше не было бед, исходящих от него. Жаль, что таких, как он, после возникнет множество тысяч, если правительству, если клану Грей это потребуется. Множество верных собачек дремлет, лишь ожидая приказа, чтобы начать творить безумства, они будут готовы жертвовать миллионами, как этот, чтобы достигнуть своей цели. И ведь Шримфол достиг её, у него получилось создать меня и, скорее всего, ещё двух человек, похожих на меня. Ведь я уверен, что мутации Алисии тоже его рук дело.
Но кары ему не избежать. Он умрёт. Он будет страдать. Он будет молить о пощаде тех, кого уже не существует. Он не перестанет быть тупым, его мозг будет всё таким же… таким же. Он просто забудет всё, что творил, но будет знать — что в итоге сотворил. Забудет как, но не забудет что. Даже мотивы я ему попытаюсь стереть из памяти. И он будет подыхать. И, для гарантии, чтобы этот урод тут сдох, оторву ему ноги. И прижгу раны. Благо, тут есть металл, который можно нагреть тем же током. Но это потом. Сейчас нужно работать с его «головой», с его памятью. Информация… тяжёлая. Идёт непрерывно, огромным потоком. До сих пор ни единой капли не удалось расшифровать. А глаза его расширяются. Он уже начинает себя терять. Самому даже интересно, что в итоге выйдет из этого. Может, и будет ему
