Несмотря на тот факт, что эти слова появились задолго до того, как замок перешел в владение «Черного Ордена», ведь под «Залом обергруппенфюреров» раньше находилась молельня — это изречение можно было по праву считать верным. Ведь Великий Жрец, ни много, ни мало, а делал все возможное, чтобы насадить новую религию во главе с Адольфгроссефюрером в роли Истинного и Единого Наместника Бога на всем земном шаре!
Ведь именно Вевельсбурге планировалось устроить настоящий центр нацистской «Новой Религии», изначально создававшейся в недрах СС как синтез язычества древних германцев и истинного, еще «не отравленного евреями» Христианства и Магического оккультизма. И это, к слову сказать, у него неплохо получалось… Получалось до того самого момента, пока победоносная германская армия отчего не забуксовала в холодной Русландии.
«Но это лишь временные неудачи, — мысленно убеждал себя Генрих, направляясь в сопровождении коменданта прямиком в «Зал обергруппенфюреров». — Временные неудачи…»
— Генрих, — Тауберт оторвал рейхсфюрера от невеселых мыслей, — может быть сначала перекусите с дороги? Наш повар — Себастиан, приготовил для вас просто волшебные и восхитительные блюда…
— Прежде всего дело, Зигфрид! — не сбавляя шага произнес Гиммлер, придирчиво оглядывая окружающую обстановку. Но все вокруг просто блестело и сверкало, так что к коменданту пока вопросов не возникало. — Через несколько часов здесь будет Сам!
Комендант сбился с ритма, едва не запнулся и побледнел сильнее, чем накрахмаленная фирменная рубашка под черным генеральским кителем.
— С-сам? — заикаясь, произнес он. — Г-грос-с-се Фюрер? Здесь?
— Да, — коротко ответил Генрих. — Гроссе Фюрер. Здесь.
— Но… ведь за столько лет Он здесь ни разу не появлялся… Почему вы не сообщили мне об этом заранее, герр рейхсфюрер?
— И что бы от этого изменилось, Зигфриг? — Гиммлер слегка притормозил и резко обернулся к коменданту замка.
Тауберт испуганно отпрянул, не ожидая такого поворота событий.
— Так что бы изменилось, Зигфрид? — повторил, цедя слова сквозь зубы, рейхсфюрер.
— Нич-ч-чего бы не изменилось, Великий Жрец! — Обергруппенфюрер застыл по стойке смирно пред главой СС, преданно «поедая» его немигающим взглядом. — У меня всегда все в порядке! Но ведь это же сам Фюрер… — выдохнул он напоследок.
— Сам Фюрер, — согласно кивнул Гиммлер, успокаиваясь. — Расслабься, Зигфрид, не ты один приходишь в полное смятение только от одного слуха его прибытии…
— Так он будет… или…
— Будет, Зигфрид, обязательно будет! Но об этом не распространяются заранее.
— Понял, герр рейхсфюрер! Секретность?
— Не без этого, — кивнул в ответ Гиммлер и, развернувшись, продолжил движение.
В «Зал баронов» — округлую комнату гигантских размеров, над которой и возвышалась Северная башня замка, Гиммлер влетел на всех парах. Зал, украшенный его личным гербом, а также множеством других геральдических знаков и рыцарских гербов «Черных Братьев» был, как всегда, великолепен и торжественен. Именно такого эффекта и добивался Генрих.
В зале двенадцать колон, двенадцать дверей и двенадцать ниш для окон, а на полу, прямо посередине зала — исходила непроглядным Мраком в Магическом зрении от переизбытка закачанной в нее Силы двенадцатиконечная Свастика — «Черное солнце». Именно этот знак и насыщал весь замок Энергией, позволяющей Братьям по Ордену повышать свой Магический потенциал в стенах Вевельбурга.
Почему же именно двенадцать? Гиммлер просто обожал «пускать пыль в глаза», обыгрывая даже самое простое собрание «Баронов» так, словно он был королем Артуром, а начальники отделов СС — рыцарями Круглого стола. И тех, и других было ровно двенадцать. Ну и он — Великий Жрец, тринадцатым — надо всеми! Кроме Фюрера, конечно. Но Адольф предпочитал не вмешиваться в дела своего верного пса, пока тот действовал в его интересах.
Но не «Зал Баронов» был самой главной и неотъемлемой частью Орденского Замка, а Святилище, что находилось непосредственно под «Залом обергруппенфюреров». Древний склеп — вот настоящее Магическое Сердце Вевельсбурга, позволяющее выращивать настоящих могучих Магов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Именно в этом склепе и проводились самые кровавые оккультные ритуалы, позволяющие ковать из Черных Братьев настоящее смертоносное Оружие для Вековечного Рейха. Каждый кандидат, претендующий на вступление в «Черный орден СС» должен был пройти здесь ритуал «Крещения кровью». И, если выживал, получал личный наградной Орденский знак — серебряное кольцо «Мертвая голова», неразрывно связывающая «Черных Братьев» в единый и непобедимый «Германский Магический Организм».
Неторопливо прошествовав сквозь «Зал обергруппенфюреров», Гиммлер спустился по лестнице в склеп и так же внимательно его оглядел: на полу посередине склепа находилось небольшое углубление, похожее на каменную купель, вокруг которой располагалось двенадцать пьедесталов — по числу мест за «круглым столом». Внутри каменной купели была начертана Свастика, так же сочившаяся Энергией, как и Свастика в «Зале Баронов».
Только сила эта была изначально Огненной [2], поскольку и предназначение у этого Магического Знака, было абсолютно иным — в случае смерти одного из членов «Черного ордена» его тело, помещенное в это углубление должно было сгореть от Магического излучения Свастики, а оставшийся прах следовало поместить в урну и поставить на один из пьедесталов на вечное хранение.
[2] Свастика — солярный знак, олицетворяющий небесный огонь.
«Зал славы павших» — гробница, в которой достойнейшие из Рыцарей СС найдут свой вечный «покой». Именно в этом месте будущие поколения, как предполагалось, будут преклонять колени перед основателями тысячелетнего Рейха. Ведь в этом склепе, по задумке Гиммлера, должны были отпевать высших чинов СС, которым выпала честь слиться в неистовом Огне Свастики со своими героическими предками в некое подобие Национального Общегерманского Эгрегора — непобедимого Духа-Защитника, берегущего Вековечный Рейх от любых напастей и бед.
Работать по этой секретной тематике начинал еще его незабвенный учитель — Карл-Мария Виллигут. Но в тридцать девятом году их дорожки неожиданно разбежались… Чем же сумел прогневить Фюрера этот поистине могучий Маг, чья родословная тянулась от самого вождя Арминия, победителя римлян, так и осталось для Генриха одной большой загадкой. Однако, за всей этой возней с отстранением старого Вейстхора от лидирующих позиций, ощутимо чувствовалось присутствие возле Гитлера еще одного «фаворита» — тибетского ламы, «Человека в зеленых перчатках».
Но, так или иначе, наследник Древних Знаний был постепенно отодвинут в тень, лишен доступа ко всем проектам, в которых участвовал, а после и вовсе исключен из рядов «Черного ордена СС», с возвратом именного перстня, что было и вовсе делом немыслимым! Из СС можно было «уйти», разве что ногами вперед… Но для старого Мага отчего-то сделали исключение из правил.
Однако работа, начатая опальным бригадефюрером, продолжилась и без его непосредственного участия. И Артефактные кольца «Мертвая голова», были очень важным и существенным моментом во всей этой, поистине величайшей задаче. Ибо через эти, невзрачные с первого взгляда кусочки металла, осуществлялась глобальная Магическая связка со всеми «Черными Братьями», где бы они ни находились.
В этом же склепе рейхсфюрер «хранил» кольца «Мертвая голова», чьи владельцы были убиты во время войны. Гиммлер, выгнав из «Зала Славы» неотрывно сопровождающего его Тауберта, при помощи сложного Заклинания погасил полыхающую Магическим огнем Свастику. Затем, на подгибающихся ногах приблизился к Алтарю — гигантскому Кристаллу-Накопителю, искусно сокрытому в середине купели и не просматривающегося сквозь пламя Свастики.
Чудовищная по своей силе Энергия, исходящая от Алтаря, не просто сшибала с ног, она еще и мутила сознание. Но Великий Жрец упорно шел к своей цели. Он должен выполнить свое предназначение и запечатлеть Души погибших в Братьев в Алтаре, превратив их в нематериальных защитников Орденского Замка, а в будущем и всего Вековечного Рейха в целом.
