Читаем без скачивания Врата скорпиона - Ричард Кларк

Расти на мгновение задумался.

– Нет, скажу, что это твоя свободная воля, осознанный выбор. Только не обманись словами, которые придумала, чтобы убеждать других. И еще: ты не самонадеянна и не самолюбива.

Кейт подняла бокал.

– За двух не самонадеянных, симпатичных придурков.

Макинтайр чокнулся и добавил:

– Но это все равно самонадеянно – вообразить, что один человек способен свалить с рельсов несущийся по пути локомотив. Я чувствую, что назревает война и она кончится плохо и для красных, и для белых, и для синих. И вот я здесь, а Сара – бог знает где…

– Все мы люди, а не святые. – Кейт потянулась через стол и накрыла его руку ладонью.

– Мне необходимо прекратить волноваться о себе и понять, что происходит. Несмотря на сегодняшнюю ночь, я здесь не в отпуске. Босс и некоторые другие послали меня сюда, чтобы я тут все как следует поразнюхал и ликвидировал неясности до того, как что-то произойдет. А случиться может многое – у меня такое предчувствие. Но я никак не могу сложить кусочки мозаики. Тем более предотвратить события.

Кейт Дельмарко извлекла из соломенной сумки желтый блокнот, исчерканный кружочками и стрелами, соединяющими занесенные на бумагу мысли.

– Вот чем я занимаюсь: отражаю на бумаге поток сознания, а потом, как говорится, соединяю ключевые точки.

– И получаешь целостную картину?

– Пока нет. Но то, что сказал тебе Ахмед, в какой-то мере поможет. В Эр-Рияде еще ничего не устоялось – ни одна фракция не способна взять верх.

– Но события могут подтолкнуть их к действию. – Макинтайр встал, перегнулся через ограждение балкона и посмотрел на воду. – Сегодня мне надо лететь в Дубай. Необходимо кое с кем встретиться.

– Какое совпадение! Я тоже туда лечу. Мой кабинет по мне соскучился. Интересно, у нас билеты на один и тот же рейс? Вылет в два часа на «Галф Эйр». – Она поискала в сумке билет.

Рассел покачал головой:

– Нет. Меня доставят на маленьком самолетике. Но ты со мной не полетишь. Нечего афишировать наше знакомство. – Он встал за ее спиной и поцеловал пахнущие цитрусовым шампунем волосы. – Позвоню тебе завтра на работу.

Макинтайр вышел из отеля и, обойдя стороной вереницу такси, направился по улице в сторону Корнича. Миновал два квартала по мощенному плиткой тротуару и сел на цементную скамью с изогнутой спинкой. Вынул из куртки «Блэкберри», включил защиту PGP и одними большими пальцами проворно набрал на клавиатуре текст:

Рубенштейну

Предмет: обновленная информация

1. Американские военные здесь обеспокоены, что Иран планирует вторжение в Бахрейн или богатый газом Катар. Однако мне до сих пор не верится, что Иран решится на конфликт с нами, даже если располагает ядерным оружием.

2. Гораздо более серьезная проблема – отношения Исламии и Китая. Лидерство в Эр-Рияде до сих пор не определилось, но если там заметят агрессивные настроения соседнего Ирана, в шуре возьмут верх сторонники того, чтобы навесить на китайские ракеты ядерные боеголовки. Даже если этого не произойдет, Управление разведки министерства обороны сообщает, что увеличение числа в Исламии китайских военных советников – или кто бы они там ни были – повышает вероятность нефтяной сделки Эр-Рияда с Пекином. Если саудовская нефть исчезнет с рынка, нынешняя цена 85 долларов за баррель поднимется еще выше. Намерение Конрада запугать Исламию проведением неподалеку от ее побережья учений «Яркая звезда» возымело обратное действие. И может повлечь за собой достижения консенсуса в шуре по поводу привлечения еще большего количества китайцев с целью защитить себя от внешней агрессии.

3. Еще о министре Конраде. Если верно то, что я выяснил в Лондоне, будто его заместитель Кашиджиан тайно летал в Тегеран и там неприкрыто грозил, значит, в нашем правительстве большие проблемы – непонятно, кто и какими обладает полномочиями и кто санкционирует действия чиновников.

4. Меня по-прежнему не покидает ощущение, что мы не сложили все части схемы воедино и что-то определенно назревает. Прошу прощения за бестолковое изложение. Вымотался. Сегодня лечу в Дубай. Надеюсь больше узнать о намерениях Тегерана от Путешественника, который тоже прибывает из Ирана в Объединенные Арабские Эмираты. Кстати, спасибо за то, что вы не проинформировали меня о своих приятельских отношениях с сэром Деннисом. О чем вы еще умолчали?

Расти

Нажав на кнопку «Отправить», Макинтайр проверил, какие пришли сообщения. Оказалось одно – от Сары. «Прибыла в Берберу, – писала она. – Господи, как здесь нуждаются в помощи! Руководитель проекта просил меня остаться на месяц. Сообщу тебе, какое приму решение».

Рассел и без того знал, какое будет решение: жена останется в Сомали столько, сколько сочтет нужным. Сара больше пеклась о том, чтобы спасти мир, чем о том, чтобы сохранить их брак. Неблагородная мысль, мелькнуло у него в голове. Но он признался себе, что и сам ощущал нечто подобное.

Голова болела, спину ломило. Макинтайр махнул рукой, подзывая такси.

9

– Никогда не вдыхал одновременно столько ароматов, – признался Бауэрс. Они с Брайаном Дугласом шли по забитому людьми проходу между двумя рядами магазинчиков. – Жасмин, кумин, жареные орехи, фимиам, кофе – так и бьет в нос.

– Да, – согласился Дуглас, расправляя плечи и втягивая в легкие пряный воздух. – Уж здесь-то мы найдем превосходного поставщика. Взгляните на эти фисташки. В Йоханнесбурге их оценят. – Дуглас не заметил за собой слежки ни когда они выходили из гостиницы, ни в метро. Однако министерство разведки и безопасности, или ВЕВАК, как оно именовалось в Иране, работало четко. И то, что он не заметил хвоста, еще не означало, что его не было.

Они ходили между прилавками, задавали вопросы по-английски, пробовали продукты, рассматривали фотографии. В конце одного из рядов стояли указатели туалетов.

– Заскочим, – предложил Дуглас. – У меня сейчас все внутри взорвется. Что-то съел вчера вечером. Или плохая вода. – Выйдя из бокового прохода, он быстро юркнул за штабель коробок и открыл заднюю дверь в ковровый киоск. Там на стопке ковров сидел тот самый старик, что продавал газеты в метро, и потягивал чай. Помещение тускло освещала ничем не прикрытая, свисающая с обитого ковром потолка лампа. Громко играло радио. Дуглас запер за собой дверь.

– Так вы вернулись, – проговорил вместо приветствия старик, не поднимаясь с ковра.

– Спасибо, что встретили, Гейдар. Давненько не виделись. – Дуглас направился к другой, не такой высокой стопке ковров.

– Давненько. За это время многие погибли. Но прежде чем убить, их пытали. Слава Аллаху, никто не назвал имени моего сына. А если бы выдали, как бы вы помогли нам выбраться? Ведь вы обрубили все концы. – Гейдар Ходадад был человеком в годах. Лицо прорезали глубокие морщины, глаза глубоко ввалились.

– Вас не выдали, потому что никто не знал ни вашего имени, ни имени вашего сына. – Дуглас свободно говорил на фарси. – Я устроил все так, чтобы в случае провала одних остальные были в полной безопасности. Для вас надежнее было оставаться на месте и не привлекать к себе внимания. Если бы мы попытались вывезти вас из страны, мы подвергли бы вас риску. А контакты я обрубил для того, чтобы меня не связали ни с вами, ни с остальной сетью. Но деньги вы продолжали получать. Так?

Старик кивнул:

– Мотешакерам. Спасибо.

– Как Сохейл? – Брайан взял себе стакан чая со стоящего на электрической спирали подноса.

– С сыном все в порядке. Он ненавидит то, что делает, людей, на которых работает. Но куда деваться? Стоит ему уволиться, и его заподозрят в нелояльности. – Гейдара прорвало. Брайан наполнил его стакан и слушал. – Они очень циничны, эти люди. Выпустили немного пару, создали впечатление свободы, изобразили пародию на выборы. А на деле правят те, кого никто не видит, и их муллы. Набивают себе карманы. Планируют игры с Ливаном и Ираком. Строят бомбы, а народ должен платить безумные деньги за жилье и больницы. Без вашей помощи моя жена могла бы умереть. Социальная медицина – это просто смех.

Брайан Дуглас с удовлетворением отметил, что отношение Гейдара к иранскому правительству нисколько не изменилось. И надеялся, что те же чувства испытывал и его сын.

– Выходит, дело в Сохейле? Вы опять хотите его видеть? Ведь так? Его, а не старого продавца газет. И вы снова подвергнете его жизнь опасности. А если за вами следят или заподозрят его, сумеете ли вы вытащить нас из беды, но не так, как Эбрагима, Якуба и Цирруса? – Гейдар называл имена британских агентов, которые сгинули в застенках ВЕВАК, где, без сомнений, приняли мученическую смерть.

– Гейдар, ВЕВАК никогда меня не обнаружит. Те люди провалились, потому что небрежно сработал кто-то другой, но не я. Я двадцать лет занимался подобными вещами в Ливане, Ираке, Боснии. И жив не потому, что осторожничал. А потому, что хорошо знаю свое дело. А ваш сын, если хочет, может выбрать место побезопаснее. – Со старым продавцом газет Брайан Дуглас не разыгрывал из себя учтивого дипломата или не уверенного в себе южноафриканца.