Кейтлин сдержала улыбку и принесла набор из ванной. Роб продолжил:
— Все, что ей нужно сделать, так это нарисовать картину. И если она покажет, что ты лжешь… — Он неодобрительно покачал головой. — А сейчас, — сказал он, снова строго посмотрев на Лидию, — какая у тебя теперь история?
Лидия посмотрела на Кейт, затем на Роба. Она приподняла подбородок.
— Она такая же. Все, что я вам рассказала, — правда, — произнесла она ровно.
Кейтлин сделала несколько черточек в альбоме. Ее дар не работал таким образом, но она знала, что на самом деле это была проверка реакции Лидии.
«Ну?» — спросила она Роба.
«Либо она говорит правду, либо она величайшая актриса в мире».
«Такая же, как Джойс? — многозначительно вставил Габриэль. — Знаете, я, возможно, смог бы сказать, говорит она правду или нет. Я мог бы соединиться с ее сознанием».
«Ага, а какие шансы, что она при этом выжила бы?» — спросил Роб.
Габриэль пожал плечами. Голод вспыхнул с новой силой.
— Слушай, а что, предполагалось, ты будешь делать, когда обнаружишь нас? — спросила Кейт Лидию.
— Удерживать вас от поездки, куда бы вы ни собрались, — ответила она быстро. — Убедить вас пойти в полицию или куда-нибудь вместо…
— Он этого хочет? Твой отец?
— О, да. Он знает, как уладить все с полицией. У него множество друзей. А еще он может делать разное с кристаллом. Он не боится полиции. Он боится их.
— Кого? — потребовала ответа Кейтлин.
— Их. Людей кристалла. Он не знает, где они, но он боится, что вы их найдете. Они те, кто смогут его остановить. — Лидия осмотрела остальных. — А теперь вы мне верите? Рассказала бы я вам это, если бы была вашим врагом?
Кейтлин чувствовала неуверенность по сети, а потом внезапную решительность. Роб и Анна верили ей. Льюис не просто верил, но и снова стал испытывать к ней симпатию. Габриэль был циничен, но это было так типично для него. Сама Кейт была достаточно убеждена, чтобы почувствовать новое беспокойство.
— Если мистер Зи хочет, чтобы мы пошли в полицию… — начала она.
— Именно, — мрачно ответил Роб.
— Но мы ни за что не убедим моих родителей, — сказала Анна.
— Именно, — снова произнес Роб.
Внутри Кейт стало нарастать чувство: частично страх, частично беспокойство и частично сумасшедшее возбуждение.
Льюис вдохнул.
— Но это означает…
— Именно, — сказал Роб в третий раз. Он широко улыбнулся Кейт, его улыбка отражала ее сбивающую с толка смесь эмоций. — Поиск, — огласил он, — снова в действии.
Габриэль выругался.
Лидия переводила взгляд с одного человека на другого в замешательстве.
— Я не понимаю.
— Это означает, что мы снова вынуждены бежать, — пояснил Роб. — И если ты на самом деле хочешь нам помочь…
— Хочу.
— Ты можешь довести нас до острова Ванкувер. Там же паром, так? — Он взглянул на Анну, та кивнула.
— Я сделаю это, — просто сказала Лидия. — Когда мы отправляемся?
— Прямо сейчас, — ответила Кейтлин. — Нам нужно убраться отсюда, пока родители Анны не проснулись.
— Хорошо, ребята, — сказал Роб. — Хватайте свои вещи, и двигаем отсюда.
Глава 12
— Паром отправляется из Порт-Анджелеса в двадцать минут девятого, — сообщила Анна, пока они с Кейтлин поспешно переодевались в ее спальне.
— Снова дождь начался, — заметила Кейт.
Через несколько минут они встретились в холле. Из задней части дома раздавался зловещий энергичный шум.
— Разве ты не оставишь записку? — прошептал Льюис.
Анна вздохнула.
— Они и так поймут, — коротко ответила она.
— Я оставлю им документы, — сказал Роб. — Может, они смогут с ними что-то сделать. Габриэль фыркнул.
На улице небо было серым и холодным, а дождь, казалось, настигал их в горизонтальном положении, пока они ехали в Порт-Анджелес. Если они включали стеклообогреватель на максимум, он очищал ветровое стекло, но от него им становилось жарко как в пекле, если они его выключали, стекло тут же запотевало. Если они открывали окна, то все расчищалось, но они сами замерзали.
Вокруг парома вода была темно-синего цвета с легким зеленым блеском. Они ждали в ряду машин и, наконец, заехали на огромную лодку. Попадание туда стоило двадцать пять долларов, и Кейтлин заплатила, так как у Лидии были только кредитные карты.
На палубе для пассажиров Кейт наблюдала, как темно-синя вода несется по обе стороны от парома.
«Мы на пути, — думала она, — в Канаду».
Она никогда не была заграницей.
Кейтлин пила Кока-колу из автомата, которую принес Роб, когда к ним, задыхаясь, подбежал Льюис.
— Проблема! — сказал он. — Я только что говорил с ребятами в туалете, они сказали, что если ты младше восемнадцати лет, то предполагается, что у тебя есть доверенность, чтобы попасть в Канаду.
— Что?
— Письмо. От родителей, или что-то в этом роде, я думаю. Где говорится, кто ты и как долго планируешь пробыть в Канаде.
— О, потрясающе. — Кейтлин взглянула на Роба, тот пожал плечами.
— А что мы можем сделать? Только понадеется, что у нас его не спросят.
— Мне, кстати, восемнадцать, — сказала Лидия. — Я поведу. А вы, вероятно, сможете притвориться.
Через час они подплыли к Виктория Харбор. У Кейтлин перехватило дыхание. Вышло солнце, и гавань представляла собой картину, просящуюся быть нарисованной. Там было много парусных шлюпок и множество чисто выглядящих бело-розовых строений.
Но она не могла продолжать пялиться, им снова было нужно спуститься вниз и залезть в машину. Они ждали в другом ряду на таможенном контрольном пункте, пока узел в животе Кейт все сильнее и сильнее скручивался.
— Где вы живете? — спросил Лидию таможенник в темных очках.
