Вот прямо самый уголок-выступ — это в действительности почти край реактора. Нужно просто вбить нашими рельсами его внутрь, и тогда — Кааабум! Пехота просто не успеет отойти из зоны поражения, и ее накроет взрывом.
— Принято, сейчас попытаюсь. Есть у меня подозрение, что больше пару тройки выстрелов мне сделать не дадут.
Наши роботы отошли еще ближе к стенам, а противник все еще размеренно приближался. Прицелы турелей удалось в ручном режиме сфокусировать на указанной точке корпуса Химеры, и с расстояния в восемь сотен метров мои пушки ударили первым залпом.
Серебристые шары снарядов пересекли расстояние между стволами орудий и роботом менее ем за секунду, и сокрушительно ударили прямо в ядро реактора, вызвав неконтролируемую термоядерную реакцию. Ударная волна и пламя от взрыва, как и планировалось, накрыла ближайших пехотинцев, уничтожив на месте почти сотню человек.
В тот момент, когда я активировал турели, державшиеся за пехотой и роботами три БТР резко ускорились, выходя на дистанцию в пятьсот метров, и синхронно выпустили по четыре ПТУРа, целясь в гаусс-установки. Столетней давности система противоракетной обороны попыталась перехватить ракеты, но шансов на это было мало. Четыре из двенадцати ракет удалось сбить или отклонить, но и оставшихся более чем хватило. Кумулятивные боеголовки прожгли броню, а следующие за ними ракеты разрушили тонкую электронику. М-да, даже два залпа сделать не дали. Осталось четыре турели.
С другой стороны, насколько я знаю, у таких БТР пусковые установки не перезаряжаемые, так что у них остались только четыре ракеты, по одной на каждую пушку. Этого не хватит длдя уничтожения всех орудий, так что скорее всего будут атакованы одна или две турели. Надо бы этого избежать, вот только как? Похоже, пора отправить наших двух мехов на перехват по изначальному плану. Восемь ПТУР и три слабеньких средних робота им вряд ли навредят всерьез, да и число мехов противника я сейчас поуменьшу.
Активирую последнюю тройку гаусс-пушек, наведя их предварительно на Лезвие, идущее самым дальним. С учетом его бумажной брони, в целом можно бить куда угодно. Но для гарантии — попробую поразить гироскоп.
Глухо стукают рельсотроны, и удары их снарядов просто пробивают навылет слабенького робота. В прямом смысле — три снаряда вылетели из спины Лезвия, врезавшись в солдат за ним и убив там еще с десяток человек. Робот даже не завертелся волчком, он просто упал на землю как кукла, которой обрезали веревочки. Обломки тонкой механики гироскопа усеяли все на расстоянии пары десятков метров от спины робота, явственно продемонстрировав его слабость даже в сравнении с устаревшей Химерой.
Оставшийся на ходу мехи противника попытались ретироваться. Вот только предоставлять им такой шанс я не планировал, так что второе Лезвие разделило судьбу первого, получил строенный выстрел в спину и, кувырнувшись через голову, застыл, растянувшись на земле. Пилот Химеры принялся вилять вправо и влево, пытаясь уклонится от захвата системами наведения. Может, в какой-то другой ситуации это и сработало бы, но навороченный компьютер Первых запросто просчитал его траекторию и выдал мне точку прицеливания. Залп, и пушки уходят в перезарядку. А Химера, получив в целом не смертельный урон в виде вышедшей из строя ноги, внезапно расцветает огненным цветком активированных двигателей катапульты, и пилот вместе с головой робота улетает на струях огня реактивных ракет, оставляя нам неплохой трофей на будущее.
Как я и предполагал, два БТР тут же попытались выдвинуться на рубеж открытия огня, вот только и Гилдор с Ченом не спали. Выпустить боекомплект успел только первый БТР, из его ракет две перехватила система ПВО, ну и оставшиеся две успешно разнесли свою цель. Второй БТР вспух огненным шаром под сконцентрированным огнем двух средних роботов, внезапно оказавшихся королями поля боя — у них просто кончились противники, совершившие одну единственную тактическую ошибку, слишком рано выдвинувшие мехов в атаку.
А оставшаяся без прикрытия противотанковых средств пехота оказалась в сложной ситуации. Их единственным шансом был сейчас прорыв в город, потому что отступить в поля им не дадут почти перезаряженные турели и два меха. А вот прорваться в город вполне можно, пожертвовав оставшейся техникой. Похоже, что Юрий, командир армии вторжения, пришел ровно к тем же выводам — взревев двигателями, оставшиеся четыре бронемашины ринулись к роботам, стреляя из всего что у них было. Туда же устремились дымные шлейфы с десятка, наверное, переносных противотанковых ракетных установок, которые несли пехотинцы.
Серьезного урона мехам это не нанесло, двадцатимиллиметровые пушки БTР конечно могли пробить броню даже средней машины, но — не быстро. А ракеты из ПТУРов, кроме одной единственной, вполне успешно перехватывала система ПВО “Скьёрм”, заменившая устаревшие Артемисы на наших машинах. Не перехваченный снаряд врезался в широкое лезвие топора ближнего боя Гилдора, сделав на его оружии небольшую выбоину.
Ответный огонь лазеров и пушек принялся рвать корпуса боевых машин, не предназначенных для противостояния с пятиметровыми стальными гигантами. Но свою задачу они все же выполнили, отвлекая роботов от прорыва пехоты к городу.
Все, моя работа как оператора турелей была видимо окончена. Я установил их в автоматический режим открытия огня по враждебным целям — на случай появления неожиданных резервов, и приготовился покинуть кресло оператора и присоеденится к защитникам на земле, когда Юрий выбросил на стол свой последний козырь. Над полем боя раздалось басовитое гудение, и из-за низких облаков неожиданно вывалился самолет. Восьми-моторное винтовое чудовище, штурмовик двухсотлетней давности A -110 “Tordenslag”. Блин, кто эти названия придумывал, дизайнер Икеи что ли… везде норвежские слова. Торденслаг… Удар грома. Название надо сказать соответствует. Под крыльями этой дуры длинной в пятнадцать метров располагалась целая батарея из двенадцати авиационных 45-мм автоматических пушек. Их одновременный залп и правда по звуку напоминал удар грома. А по эффекту… Первый Аксакал рассыпался практически на куски, растерзанный шквалом снарядов с неба. Ему оторвало обе руки, раздробило ногу. Сорвало пласты брони с верхней части торса и разрушило гироскоп за считанные секунды — Гилдор явно не успел даже среагировать. Я не был уверен, выжил ли пилот, но было не до того — спешно падая в кресло оператора и заново перехватывая управление турелями, я попутно ковырял консоль навыков персонажа. Навестись на самолет — задача нетривиальная, но тут поможет дальнейшая прокачка навыка Осадное вооружение. За время сражения я уже успел стать 152 уровнем, и прокачать навык до четырнадцати, недостающие до пятнадцати очки вбрасываю из бонусных за уровень. Бинго. Выбор навыков, выбор навыков…точно ведь было… вот оно — Зенитчик — позволяет использовать систему наведения турелей для вычисления
