Свободной рукой подтягивает меня к себе, подминает под себя и проделывает все тот же трюк с ловким извлечением презика из кармана шорт.
- Еще раз?
- В смысле? А ты думала, вот эти пять минут – это все? Ты рехнулась? Только не говори, что ты больше не хочешь.
Хочу, без всякого вранья. Желание рядом с ним почти не угасает и остается каким-то неутолимым голодом всегда со мной.
- Я не скажу.
- Так и знал.
Кажется, второй заход он выбрал для того, чтобы реально наказать меня за все те случаи, когда я называла его малолеткой. Потому что, честно сказать, я не помню, когда я в последний раз ощущала такую физическую усталость и вместе с тем кайфовую работу организма на пределе возможностей. После этого Леша все-таки решает, что покурить ему необходимо, и пока он одевается и уходит на балкон, я пробираюсь в душ, собираясь привести себя в порядок перед сном.
Но если я думала, что эти пять минут в душе, ну ладно, десять или пятнадцать, будут только моими, то зря. Фил врывается в ванную комнату в тот момент, к которому я успеваю только смыть косметику и почистить зубы.
Он даже не разговаривает со мной, а совершенно спокойно стягивает шорты с трусами, достает третий (!) по счету квадратик из фольги и прямо с ним заходит в душевую.
- Это как понимать? – искренне интересуюсь я.
- Ну как. Мыться мы тоже будем вместе. Тебя долго ждать?
Думает, испугал меня? Обойдется. Дернув за края полотенца, обмотанного вокруг тела, я полностью обнажаюсь и захожу в душевую, где Фил уже успел включить воду.
Подозреваю, что утром в квартире будет пахнуть сексом, а пол будет представлять из себя кладбище использованных презервативов.
Глава 31
Фил
- Хочу шавуху от Шамиля, – выдает Герман в трубку.
- Я рад. И что делать с этим будешь?
- Может, сгоняем в обед?
- Честно, Гер, мне некогда, работы просто пипец.
- Могу взять нам по шавухе и приехать к тебе. Пятнадцать минут пожрать у тебя ведь будет?
- Да.
- Тогда жди через полчаса.
В итоге примерно через сорок минут мы с Шацким сидим на капоте его тачки и объедаемся самой вкусной шаурмой в городе.
- Как дела с твоей, если можно так сказать, девушкой?
- Гер, харэ, ну правда. Ей не сорок лет. Нормально все с ней.
- Вы уже встречаетесь?
- Я не знаю, как считает она, лично я считаю, что да.
- А в смысле? Как она может этого не знать? – Шацкий выпучивает свои голубые яркие глазища, похожие на глаза щенка хаски.
- Мы не обсуждали отношения. Не до этого было.
- Я надеюсь, по достойной причине? – говнюк мне подмигивает.
- Именно.
- Ну и че, сколько раз за ночь?
Да, мой лучший друг иногда меня подбешивает. Зачем ему такие личные подробности? Я еще и сам не отошел от того, что творилось между нами этой ночью. Таня – огонь. Даже больше, чем я ожидал.
- Гер, ты что, на тусовке вчерашних девственников? Какая нах разница?
- Да просто интересно. У меня же никогда не было девушки старше. Просто хочется знать: то, что они более темпераментные и горячие – это стереотип или правда?
- Правда. И если ты очень хочешь знать, три.
- Херасе, – зазевавшись, Герман наклоняет шаурму, и какой-то кусочек из нее вываливается. – Ай, да и хрен с ним. Три раза? И что, у нее спину не скрутило потом?
- Ты реально дурак, я не пойму?
- Фил, ну прикольно же! Может, мне тоже горячую милфу найти? А? Как тебе идея?
- Пизди больше, Шацкий, и тачку свою потом чинить будешь сам.
- Ээээ, – Гер свободной рукой хватается за мое плечо, пытаясь меня успокоить. – Ну не заводись, родной, чего ты? Ты либо реально в нее влюбился?
- Да, блин, реально! Ты до сих пор не поверил?
- Не поверил.
- Это твои проблемы, – дергаю плечом и сбрасываю его руку с себя.
К шиномонтажке без перерыва подъезжают тачки. Обед, не обед, а с часу до двух как раз большая часть и приезжает. Поэтому перекус у нас обычно случается в любое свободное время, а не строго по расписанию. И те разы, когда обеденное время я проводил с Алехиной, я просто отпрашивался, зная, что без меня тут справятся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Ой, Фил, я в шоке. Ты реально влюбился, – не унимается Шацкий. Заладил же! Как попугайчик, одно и то же.
- Повтори еще раз десять, может, поверишь.
- Филиппов влюбился…
- Я пошутил, дурачина. Когда тебя уже отец запряжет работать? Ты достал бездельничать. Даже сестра твоя работает, а ты вон за шавухой в обед катаешься, вот и все занятия за день.
- Да скоро уже. Сказал, со следующей недели надо выходить. Так что все, Фил, потерял ты пацана. Хотя тебе все равно пофиг, у тебя баб… женщина. Ну можно я буду называть ее женщиной хотя бы?
- Таня. Ее зовут Таня.
- Ну Таня так Таня. В какой день у тебя будет выходной от рестика?
Начинаю пересчитывать в голове. С мозгами плохо стало, я уже расписание свое сверяю не как «работа-отдых», а как дни с Алехиной и без. Сегодня вообще какой день недели? Я в душе не чаю. Знаю, что вчера был с ней, а сегодня нет. И что вчера у меня не было вечерней работы.
- Могу пятницу освободить, а что?
- Шашлычки у нас, забыл?
Ну конечно, это у Германа на уме одни тусовки, а я реально забыл. Еще про развлекалово помнить с моей нагрузкой. Но ладно, дурачка своего обижать не буду, не признаюсь, что забыл.
- Да не, просто не решили вроде, в какой именно день они будут.
- Так и я о чем, – Гер спрыгивает с машины и отправляется на поиски мусорного бака. Короткие и успешные. – Давай тогда в пятницу. И Танюху свою бери.
- Гер…
- Че, принцесса расклеится от комаров на улице? Или шашлык с кетчупом слишком плебейская еда?
- Да не говори бред, просто она не знакома с моими друзьями, и у нас только-только все началось.
- Ой, не будь ссыклом, ты же волшебник Фил-три раза. Тебе сложно девушку в компанию к друзьям позвать? Мы ее обижать не будем.
- Еще бы вы ее обижали, вы же не смертники. Но только попробуй сказать что-нибудь про ее возраст, я тебе всеку. Без шуток.
- Да знаю, грозный папочка. Короче, забились? В пятницу вечером?
- Забились.
- Ну тогда я погнал, – он подставляет кулак, по которому я стучу своим, и реально уматывает, пока не ляпнул еще чего-нибудь лишнего.
Я же вспоминаю, что не курил еще, и пока закуриваю, размышляю, на что подписался.
Одно дело – когда мы с Таней вдвоем. Другое – когда рядом будет моя компания. Захочет ли она к этим людям? Не испугается ли? Или, может, она вообще сегодня начнет сливаться? Скажет, что все взвесила, и ей все это не нужно. Хотя я слабо себе представляю, как ей может быть не нужно это, если она сама утром чуть язык мой не съела, когда целовала на прощание.
Кстати, едва успеваю об этом подумать, как на телефон падает сообщение от нее.
Алехина: «Ты сегодня приедешь?»
Соскучилась, выходит? А это всего один раз было. Ну три, если говорить точнее, но всего одна ночь. То ли еще будет. Затягиваюсь еще раз, сам морщусь от едкого дыма, растворяющегося в огненном воздухе июльского дня, и выбрасываю окурок.
«У меня две подряд вечерние смены»
Алехина: «Ты же можешь притащиться ко мне и в четыре утра, правда?»
«Это ты сейчас издеваешься или с надеждой спрашиваешь?»
Алехина: «Это просто факт. Если ты приедешь в четыре утра, я буду спать как убитая»
«И проснешься, как только я залезу к тебе под пижаму»
Алехина: «С тобой вообще можно серьезно разговаривать?»
«Конечно. Слушай, у меня перерыв заканчивается, мне уже пора. Но мне надо будет с тобой потом поговорить»
Алехина: «В общем, если захочешь, приезжай ночью»
Если захочу? Да я все время хочу, Тань. Просто каждую гребаную секунду. Даже когда тачки чиню или гостей за столики рассаживаю. Когда стою в пробке или курю. Когда пью дурацкий кофе из автомата рядом с автосервисом, когда стою под холодным душем дома. Всё свое свободное и не очень время. Приехать просто ради того, чтобы три часа поспать с ней в обнимку? Глупость, наверное, но да, приеду.
