Арчибальд поднялся и встал за ее спиной.
— Так ответь мне все же, — настойчиво потребовал он.
Деби продолжала сражаться с собой, пытаясь скрыть свою боль, свое разбитое сердце. Повернувшись к Арчибальду, она сверкнула глазами, полными ненависти, и с нескрываемой горечью произнесла:
— Да, конечно. Это правда. Стенли часто приходил в мою квартиру, Да, у него есть свой ключ. И еще одно «да», — ее голос зазвучал презрительно, — в то утро я прямо из нашей с тобой постели поехала домой на свидание с ним. Я уверена, твой жалкий умишко правильно интерпретирует мои слова.
Арчибальд побледнел, его скулы обострились. Он крепко сжал кулаки, спрятанные в карманы брюк.
— Ты говоришь, что…
— Да! — Ее голос был похож на рычание затравленного зверя. — Я говорю то, чему ты хочешь верить.
Он уставился на нее, потеряв дар речи, а она гордо вскинула голову и усмехнулась.
— А теперь, думаю, вы с Ронни можете обойтись и без меня. — И она направилась к выходу из парка, уже не обращая внимания на льющиеся из глаз слезы.
Арчибальд привез Ронни через три часа. Деби открыла дверь, но мальчик вошел в квартиру один, Арчибальда рядом уже не было. Ронни был полон впечатлений от поездки. Деби пыталась внимательно слушать, разделить его радость, но, когда он уселся за стол, чтобы нарисовать корабль для отца, она вздохнула с облегчением.
Она сидела в кресле и наблюдала за сыном. Он был так похож на своего отца! Слезы медленно скатывались по ее щекам, и она отвернулась, чтобы Ронни не увидел их. Сердце разрывалось от боли. В душе она твердо знала, что любила Арчибальда с той самой ночи. Вот почему все эти годы ни один мужчина ни разу не привлек ее внимания. Никто не мог вытеснить из ее сердца любовь к одному-единственному человеку. Но он опять отверг ее…
Шумиха, поднятая газетами, отразилась на деловой репутации Деби. Некоторые респектабельные клиенты отвернулись от нее, двое аннулировали свои доверенности. Но главной причиной беспокойства был Ронни. Как вся эта история повлияет на него? Деби понимала, что в ее жизни вновь наступила кризисная ситуация и теперь она должна принять решение, как ей поступить: пытаться переждать, как прежде, или продать все и уехать за границу, начать жить заново там, где ее никто не знает, например в Австралии. Она встала и подошла к окну. Слезы вновь заструились по щекам. Она так любит свой город, свою страну! В общем, жизнь ее снова была разбита.
9
Уже вторую неделю Арчибальд не мог сосредоточиться на делах. Скандал наконец утих, имена Деби и Стенли Крайсона исчезли с газетных полос. Позвонил его адвокат и предложил ему вновь обратиться в суд по поводу опеки над сыном. Он считал сложившуюся ситуацию прекрасным поводом для того, чтобы выиграть дело. Арчибальд обещал ему позвонить и дать ответ, но он до сих пор еще не принял решения.
Он задумчиво стоял у окна. На улице шел проливной дождь. Пора было ехать на встречу с Ронни. Так как погода не подходила для прогулок, он решил привезти мальчика к себе домой. Он был почти уверен, что Деби не поедет к нему.
Ронни уже дожидался его внизу, в вестибюле. Он казался подавленным и всю дорогу тихо сидел на заднем сиденье автомобиля. Его лицо просветлело лишь у магазина игрушек, где они остановились, чтобы мальчик выбрал модель самолета. Дома Арчибальд усадил сына на кухне, постелил на стол старые газеты и стал помогать ему собирать модель, так как для маленьких пальчиков Ронни эта задача оказалась достаточно трудной. Они перемазались краской и клеем, но с большим увлечением занимались творчеством. Потом Ронни бегал по комнатам с самолетом в вытянутой руке и издавал звуки, похожие на жужжание мотора. Арчибальд веселился вместе с ним, забыв обо всем на свете. Наконец, взглянув на часы, он отметил, что времени осталось только на обед. Он повернулся к столу, чтобы собрать грязные газеты, и увидел, что Ронни внимательно рассматривает в газете какой-то снимок. Арчибальд подошел к мальчику. Это была фотография Стенли Крайсона.
— Этот человек играл в фильме про космос, — пояснил Ронни. — Он дал мне авто… авто… — Мальчик никак не мог выговорить слово. — В общем, в моей комнате на стене висит открытка с кадром из этого фильма, а он написал на ней свое имя. И еще он написал: «Ронни, собрату по космическому путешествию». Эти слова мне прочитала тетя Лилиан.
— Лилиан? — переспросил Арчибальд, убирая газеты. — Кто она?
— Его подружка. Она была с ним однажды у нас дома, когда Гилберт привел меня из школы.
Арчибальд замер.
— А мама тоже была дома в это время? — спросил он, стараясь говорить ровным голосом.
— Нет, она была на работе. Дома были только тетя Лилиан и командир космического корабля. — Крайсон ассоциировался у Ронни с его киногероем. — Они как раз собирались уходить. Выходит, нам повезло, что мы их застали. Иначе мы бы разошлись и он не подписал бы мне открытку.
— А тетя Лилиан кем приходится твоей маме? Сестрой? — Голос у Арчибальда охрип от волнения.
— Нет, она мамина подруга. Это миссис Норт. У нее есть девочка и мальчик. Иногда мы все вместе ходим гулять в парк. — Умные глаза мальчика серьезно смотрели на отца. Неожиданно они погрустнели. — Только мамочка теперь почти не водит меня в парк. Там всегда бывают эти ужасные люди, которые преследуют нас. — Он взглянул на Арчибальда с надеждой. — Если ты будешь ходить туда с нами, может быть, они перестанут за нами охотиться?
Мысли Арчибальда путались. Неужели он так ужасно ошибся? Неужели они все заблуждались — и пресса, и Зак Уинстон? О Боже, он надеялся на это, он так надеялся.
— Пойдем, Ронни, пообедаем вместе, — предложил он.
Но есть Арчибальд не мог. Он молча сидел напротив сына. Волнение и надежда заполняли его душу. Если Деби не имеет к этому скандалу никакого отношения, то ее ярость вполне объяснима. Если она спасала репутацию своей замужней подруги, тогда понятно, почему она не могла опубликовать опровержение в газетах, которого он так ждал от нее. Он должен ее увидеть, он должен немедленно поговорить с ней! Арчибальд еле дождался, когда Ронни закончит обед, и повез его домой.
Деби ждала у открытой двери. Увидев Арчибальда, она побледнела.
— Я должен поговорить с тобой, — сказал он настойчиво, на всякий случай поставив ногу в дверной проем, чтобы она не захлопнула перед ним дверь.
— Нам не о чем говорить. Пожалуйста, уходи.
— Нет, я не уйду, пока не поговорю с тобой.
Он взглянул ей в лицо, и сердце его защемило от боли. Под глазами у нее залегли глубокие тени, она выглядела изможденной.
— Посмотри, что я сделал. — Ронни с гордостью протянул ей модель самолета.
