– Я на минутку, пойду, замою, – встала она из-за стола и нетвердым шагом направилась в дамскую комнату. Быстро вычистив пятно, она вышла и собиралась вернуться в зал, когда заметила стоящего у окна мужчину. Он был бледен и держался за грудь, тяжело дыша. На лбу у него выступила испарина.
– Простите, с вами всё хорошо? – подскочила к нему Маринетт, машинально отмечая, что зрачки у него не расширены, а значит, особой боли он не чувствовал.
– Да, я в порядке, – мужчина вытащил из кармана белый платок и промокнул лоб. – Насколько может быть в порядке тот, кому разбили сердце, – с горечью добавил он.
– О! – Маринетт почувствовала неловкость. Мужчина был довольно молод и недурен собой, и раз пригласил девушку в столь дорогой ресторан, имел на неё определенные виды. Он не выглядел ловеласом, да и переживания его казались искренними. Маринетт прикусила губу. Конечно, по-хорошему стоило уйти, но не в привычке Маринетт было бросать кого-то в беде, и она встала рядом, разглядывая дивный сад, разбитый в дворике ресторана.
– Время лечит, – коротко произнесла она, и незнакомец кивнул.
– Спасибо. Я ведь не так давно её знаю, а влюбился как мальчишка. Слышал, что ей трудно понравиться, но не верил. Она не показалась мне великосветской дурочкой. Утонченная, сильная, умная – я видел всё это за маской наивности, которую она носит! Собирался подарить ей фамильное кольцо... – он достал из кармана изящный перстенек, довольно невзрачного вида и старомодный, покрутил и убрал в карман. – Но теперь всё кончено. Она выходит замуж за другого.
– Возможно, она передумает? – осторожно предположила Маринетт.
– Вряд ли. Тем более, сегодня она представила жениха отцу, – мужчина сжал кулаки, с трудом сдерживаясь. – Знаете что самое обидное? Я даже ненавидеть её не могу! Такой дурак! – он горько рассмеялся. – Простите. Кажется, я расстроил вас своей болтовней? Не обращайте внимания, вы правы, всё пройдет, – он отошел от окна, натягивая на лицо дежурную улыбку. – Ну как, не очень плохо выгляжу?
– Нормально, – кивнула Маринетт, и улыбка мужчины на секунду стала теплее.
– Спасибо, что выслушали. Пойду, поздравлю Хлою с помолвкой, – он церемонно поклонился Маринетт, как в старинном кино, и отправился на второй этаж.
А Маринетт осталась стоять, как громом пораженная. В голове крутилась его последняя фраза. Хлоя, Хлоя, Хлоя…
Конечно, это довольно распространенное имя. Вовсе не обязательно, что мужчина говорил об их однокласснице… и Адриане. Нет, он точно говорил не про них. Маринетт разозлилась на саму себя и бросилась следом, убедиться, что ошиблась.
Она остановилась у лестницы, скрытая от чужих взглядов белоснежной колонной, и наблюдала за неудачливым кавалером. Вот мужчина подошел к столику, что-то сказал. Хлоя – их Хлоя, отчего у Маринетт заныло сердце – ответила, попробовала что-то объяснить… и неожиданно свет в зале померк. А когда загорелся вновь, на месте незнакомца появился дракон.
***
«Вот это поворот», – только и подумала Маринетт, бросаясь обратно к лестнице, а оттуда в дамскую комнату. Паника пока не началась, никто не понял, что произошло, но ждать девушка не собиралась. У неё были секунды, до того как…
Громкий испуганный визг едва не оглушил, и Маринетт поспешно заскочила в кабинку. Благо, в туалете никого не оказалось.
– Тикки, превращение! – скомандовала она уже готовой к сражению квами. – Дракон, твою мать! Интересно, что вывело его из себя? – пробормотала Ледибаг себе под нос, осторожно приоткрывая дверь и выглядывая наружу. В ресторане, как она и предполагала, началась паника, и посетители побежали к выходу, толкаясь и крича. Кто-то упал, и его едва успели вытащить невозмутимые официанты. Пожалуй, они единственные сохраняли хладнокровие в сложившейся ситуации, словно им каждый день приходилось обслуживать драконов.
«Алья!» – первым делом испуганно дернулась Маринетт, но увидела спрятавшуюся за колонну журналистку, снимающую всё происходящее на телефон, и успокоилась. Алья могла о себе позаботиться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Следующая мысль была об Адриане, и, несмотря на всю боль и разочарование, что поселились внутри после шокирующего известия о его помолвке, Маринетт собиралась ему помочь. Вернуться на второй этаж было несложно, главное не столкнуться с бегущими прочь посетителями, а вот дальше пришлось прятаться, чтобы не угодить ящеру в зубы. Дракон одной «принцессой» решил не ограничиваться, собрав из ужинающих в ресторане девушек целую коллекцию. Сбившиеся в углу посетительницы дрожали, в то время как их «благородные рыцари» один за другим неуклюже заваливались на пол в слишком тяжелых для них доспехах. У дракона оказался воистину «сногсшибательный» взгляд, «переодевающий» парней в доспехи, а девушек в пышные платья с кринолином.
Однако под чары попали не все. Адриан умудрялся избегать взгляда дракона. Он даже подхватил чей-то меч, но прочная шкура зверя выдерживала удары не хуже брони, и пока счет вёл дракон, старательно гоняющий Агреста по залу.
– Эй, кто-то перечитал сказок? – громко воскликнула Ледибаг, отвлекая дракона на себя. Конечно, она предпочла бы немного больше времени на подготовку, но понимала, что резкий удар хвоста может оставить от её приятеля мокрое место.
– Ледибаг! – прорычал дракон. Далее последовал странный непереводимый набор звуков, но Маринетт догадалась, что дракон требует отдать камень чудес.
– Сначала догони! – предложила она, лавируя между столиками. Ледибаг запросто могла пролететь над головой дракона, зацепившись йо-йо за держатель люстры, в то время как он сам, из-за собственных размеров и низкого потолка, неуклюже шел напролом. К тому же сломанная мебель существенно замедляла его движения.
Попутно Маринетт подмечала мелкие детали, которые могли помочь справиться с монстром. Например, наполовину оторванная занавеска, которую можно было набросить ему на голову и закрыть обзор. Проблема была в том, что всё это замедлило бы дракона на секунды, а Маринетт, чтобы добраться до него, нужно было больше времени.
Дракон почти настиг её, и, уклоняясь от удара, Маринетт неловко упала. Ударилась локтем об угол стола, свалив на пол поднос и посуду. Девушка подумала было, что это конец – и даже загадала, появится ли на ней платье, как у девушек, или доспехи, раз она героиня – но в этот момент робот, стоящий у лестницы и встречающий посетителей, развернулся и поехал на дракона, размахивая руками-клешнями. Дракон отвлекся, и маленькая заминка дала Маринетт возможность отдышаться и найти решение.
Маринетт поймала отражение дракона в подносе и вспомнила легенду о медузе-горгоне. Если рыцари обзаводились тяжеленными доспехами, попав под его взгляд, что станет с самим драконом?
Расправившись с роботом, попросту превратив его в лепешку одним ударом, дракон снова развернулся… и уставился на собственное отражение в начищенном до блеска подносе. Раздался треск – это появляющаяся броня цеплялась за чешуйки на его теле, и, наконец, дракон рухнул на пол под тяжестью брони.
Где пряталась акума, догадаться было не сложно. Маринетт узнала фамильное кольцо, подскочила и сняла его с лапы – оно смотрелось на драконе неуместно. Стоило ей взять украшение в руки, как кольцо уменьшилось до обычного размера. А тонкое золото легко ломалось…
***
Ледибаг не использовала супершанс и могла оставаться в костюме подольше. И это было хорошо – оставался вопрос, который ей нужно было решить. Она больше не верила, что работает в одиночку – роботы не двигаются сами по себе. Вовремя выключенное электричество, открытые двери, телефонные звонки при сражении со Снежной Королевой… Таких совпадений попросту не бывает!
Она вышла на улицу, внимательно осмотрелась по сторонам. Не было ни одной подозрительной личности, кроме неё. И горожане уже стали собираться, не решаясь пока подойти к героине.
– Я знаю, что ты следишь за мной. Покажись! – крикнула Ледибаг громко, и прохожие зашушукались. Она знала, о чем они думали – героиня Парижа сошла с ума. Но Маринетт было плевать. Она хотела узнать правду.
