— Из меня плохой танцор, должна признаться. Мне говорили, что я заторможенная.
— На дискотеке никто не может оставаться заторможенным. Надо просто войти в круг и расслабиться.
— Я не знаю, что такое «расслабиться».
— Знаете! — Сэм взял меня под руку. Третий раз наши тела соприкоснулись. Я считала.
— Предупреждаю, — повторила я по дороге. — Танцы — это не для меня.
— Можете мне поверить, вы не пожалеете!
— Никогда не верю людям, которые говорят «можете мне поверить!»
— «Никогда» — понятие растяжимое, Струнка!
8Помещение, где располагалась дискотека «Принцессы Очарование», выглядело под стать ее ресторанам и бутикам — претенциозным и занудным, со стенами, выкрашенными в цвет, который невозможно передать словами, и черными диванами. Когда мы с Сэмом вошли, все плясали под очень модную несколько лет назад песенку «Чувствуй жар, жар, жар!», которая к стилю диско не имела никакого отношения, разумеется. Это был совершенно откровенный латиноамериканский бит и больше годился, например, для танцев в стиле маренго, которые разучивала здесь Пэт. В настоящее время этот мотив использовался в рекламе «Тойоты» — вполне веская, на мой взгляд, причина, чтобы отказаться под него танцевать.
Тем не менее Сэм втащил меня за руку на площадку, где уже танцевало пять-шесть человек. Сначала я жутко смутилась. Немного помогало то, что Сэм был еще выше меня, и я не в одиночестве маячила над головами, как статуя Свободы. Но я совершенно не чувствовала ритма, никак не могла подстроить под него свое тело, неспособное воспринимать тянущуюся до бесконечности мелодию со словами «буги-вуги-вуги».
— Расслабьтесь, — напомнил Сэм. — Постарайтесь!
— Стараюсь.
И я постаралась. Ради себя. Я чуть-чуть задергалась в такт музыке, непроизвольно прищелкивая пальцами и покачивая головой из стороны в сторону для пущего эффекта и, несмотря на внутреннее сопротивление, начала получать удовольствие.
Сэм оказался исключительно хорошим танцором для белого человека. Движения его были свободны, изящны, особенно учитывая его рост. В своем черном смокинге он смотрелся просто великолепно. Впрочем, я была не единственной, кто обратил на это внимание; несколько женщин разглядывали его во все глаза, забыв закрыть рот.
Пардон, но он со мной, самодовольно усмехнулась я. Правда, одно оставалось неясным: почему он оказался со мной? Несмотря на все его слова о том, что непрестанно думает обо мне, что он никогда не встречал ничего подобного, я не могла не ломать голову над тем, что нашел такой завидный жених, как Сэм Пек, в такой зажатой, костлявой заднице, как я? Неужели у нас с ним может получиться роман? Невероятно, думала я. Все романы — сплошная выдумка; их сочиняют для развития сюжетов в кино и книжках. Но как тогда объяснить тот факт, что я увлеклась Сэмом так, как ни одним мужчиной в моей жизни? И что Сэм, судя по всему, тоже проявляет ко мне интерес? И что, несмотря на мое нежелание ехать в этот круиз, я чувствую, что уже не жалею об этом?
Мы танцевали до без четверти десять или до того, как мои волосы пошли мелкими кудряшками — не помню, что наступило раньше. В какой-то момент ди-джей объявил, что теперь пришла пора караоке. Толпа с энтузиазмом зааплодировала. Обернувшись к Сэму, я спросила, что значит это слово. Похоже, сказала я, на какую-то заразную азиатскую болезнь.
— Не знаю, — ответил он.
— А что в этом такого привлекательного? Если люди хотят петь популярные песни, они могут делать это в своем автомобиле.
— Мне кажется, сегодня вечером вы не захотите брать в руки микрофон, — улыбнулся Сэм.
Я отрицательно покачала головой.
Тут же заиграла другая музыка, и все выстроились друг за другом в очереди к микрофону. Первой песней была «Сделано в Америке». А первым, кому достался микрофон, оказался Ленни Лубин. Когда Ленни закончил, толпа опять бурно зааплодировала — то ли его исполнению, то ли тому, что он уступил свое место, не могу сказать наверняка. Ленни направился прямо к нам.
— Привет, ну что, я звезда или как? — воскликнул он, проводя ладонью по своей оранжевой шевелюре, чтобы удостовериться, что она не пострадала от всех его ужимок и прыжков.
— Вы были великолепны, Ленни. Просто великолепны! — отозвалась я.
— Спасибо. А это кто? — кивнул он в сторону Сэма.
— Сэм Пек, — представился Сэм. — Рад познакомиться.
— Ленни Лубин. «Лубинс Луб». Будете в Массапекье — милости прошу сменить масло для вашей машины в моей фирме!
— Массапекья — это на Лонг-Айленде, — пояснила я Сэму. — Недалеко от Манхэттена.
— Огромное вам спасибо, что помогаете бедному растерявшемуся провинциалу преодолеть все тяготы жизни, — прошептал в ответ Сэм.
— Чем вы занимаетесь? — спросил его Ленни.
— Страхованием, — ответил Сэм.
— Что за компания?
— «Дикерсон Лайф».
— «Дикерсон»? Никогда не слышал.
— Наша штаб-квартира в Олбани. Я работаю там уже десять лет.
— А мне вы говорили, — тут же заметила я, — что пятнадцать.
— Нет, Элен. Я не мог такого сказать. Должно быть, вы спутали меня с Кеннетом. Это он говорил, что работает на бирже пятнадцать лет.
Я только плечами пожала. Возможно, я могла ошибиться. Но обычно со мной такого не случается, когда люди сами рассказывают о себе. И я всегда очень внимательно отношусь к мелким деталям, которые они считают нужным о себе сообщить. Знание — сила. Чем больше вы знаете о людях, тем лучше вы можете защитить себя от них, если они вдруг окажутся лжецами и болтунами.
— «Дикерсон» занимается автомобильными полисами? Домовладениями? Наводнениями? Чем вообще? — продолжал интересоваться Ленни.
— Всем перечисленным, — ответил Сэм. — Наш девиз — «Жизнь не страшна со страховкой Дикерсона!»
— Очень остроумно! — оценила я.
Ленни поболтался с нами еще несколько минут, расспрашивая меня, что делают две другие «милочки». Я ему объяснила. Наконец он сказал, что ему пора идти в каюту. Ему хочется сменить смокинг на что-нибудь более комфортабельное, чтобы вернуться и как следует потанцевать.
— Хотите побыть еще? Или пойдем отсюда? — спросил Сэм, когда Ленни удалился.
— Пожалуй, пойдем, — решила я. — Диско с меня хватит.
Сэм подал мне руку, помогая встать. Уже на выходе мы столкнулись с Генри Причардом, который был в компании некой блондинки в светло-розовом открытом платье. В первый момент он попытался сделать вид, что не узнал меня, хотя мы познакомились всего лишь вчера. А потом, когда я поздоровалась с ним и напомнила, что я подружка Джеки Голт, он переспросил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
