Искренний восторг осветил ее прекрасное лицо.
– Правда? Всегда?
Ру Шань улыбнулся, вспомнив, как сам задавал именно эти вопросы много лет назад.
– Правда, – ответил он. – Но не всегда. Нашим телам необходимо питание, поэтому мы возвращаемся на землю. Но тот, кто действительно стал бессмертным, попадает в Небесное Царство довольно часто.
Окинув взглядом обнаженное тело Ру Шаня, она вновь посмотрела на его все еще голодного дракона и с любопытством спросила:
– Но ты уже близок к бессмертию? Он вздохнул.
– Был. Я уже три раза попадал в Палату тысячи раскачивающихся фонарей, но больше не продвинулся ни на шаг. И за последние два года я ни разу не был там.
– Но ты хочешь попытаться снова. Это оттого, что в тебе так много силы ян?
– Да. И потому, что ты дала мне так много силы инь. – Ру Шань выпрямился. – Ты хочешь помочь мне? – Он не знал, зачем спросил об этом. Она была его рабыней, и он мог приказать ей, но ему не хотелось сердить женщину, от которой сейчас многое зависело. Кроме того, у Ли Ди было доброе сердце и она, казалось, искренне хотела помочь ему.
Выслушав его, Ли Ди с готовностью спросила:
– Что я должна делать?
Ру Шань благодарно улыбнулся ей и начал учить ее.
– Продолжай вызывать огонь медленными поглаживаниями, но не спрашивай моего совета или помощи. Это не даст мне сконцентрироваться. Тебе покажется, что я в трансе – так может продолжаться много часов. – Его губы расплылись в улыбке. – Обретение бессмертия может отнять много времени.
Лидия кивнула и нежно взялась за его нефритового дракона.
– Я буду осторожна.
– Да, я знаю. – Выражая полнейшее доверие, Ру Шань закрыл глаза и принялся изменять направление силы ян.
Как и прежде, Лидия оказалась сообразительной. Используя его редкие подсказки, которые он делал шепотом, она поняла, каким должно быть давление, как часто нужно совершать поглаживание, как следует обхватить дракона. Вскоре Ру Шань с радостью ощутил прилив силы ян, с наслаждением чувствуя прикосновение женского языка к своему дракону и тепло силы инь Ли Ди, окружившее его.
«Она необыкновенная женщина», – подумал он, когда в его сознании сила ян стала смешиваться с вечным кругом мироздания. Река силы ян и река силы инь свободно потекли, благодаря дивному воздействию Ли Ди.
У нее был прекрасный смех, низкий и грудной, он так отличался от смеха знакомых ему китаянок. Те хихикали тоненькими голосками, как маленькие девочки. Даже его мать хихикала, а не смеялась, и он с удивлением понял, что ему больше нравится открытый смех Ли Ди.
Конечно, она не смеялась во время их занятий. Она лишь изредка стонала от наслаждения, когда он отсасывал ее инь. Впервые он услышал ее смех приблизительно неделю назад, когда она была с Фу Де. Ли Ди и слуга, обмениваясь знаниями, учились писать слова влажными кистями. Ру Шань пришел тогда неожиданно и задержался в коридоре, удивляясь радостным возгласам, доносившимся из комнаты. Уже один этот звук, счастливый и беззаботный, разжег его ян до состояния кипящей лавы.
Ее поглаживания стали более длительными и уверенными. Но когда Ли Ди прикоснулась к дракону языком, Ру Шань едва мог сдерживать свою силу ян. Она делала это нечасто, испытующе, но от каждого прикосновения его тело наполнялось небывалой силой.
Ру Шань понял, почему так разгневался на Фу Де в тот день. Не потому, что юноша учил с Ли Ди английский. Он был зол, потому что она была счастлива со слугой, а не с ним.
Огонь ян горел все жарче. Он заметил, что его дыхание делается все более прерывистым и учащенным. Ему все труднее было контролировать себя. Ру Шань постарался максимально сосредоточиться и представил свое дыхание в виде большой ложки, которая перемешивала его силу ян с силой инь Ли Ди, создавая новое бессмертное существо.
Вместе с этим образом в его сознании возник образ его матери, стоявшей во дворе и смешивающей краску для хлопчатобумажной ткани. Это было очень трудно, и, хотя у нее были помощницы, она все делала сама, потому что не доверяла им. Служанки были еще совсем девочками, и раскаленный котел отпугивал их. Краска, нагретая до кипения, пропитывала ткани. Они становились тяжелыми, и многие, ворочая их в котле, получали ужасные ожоги. Часто служанки делали все, чтобы казаться неумелыми помощницами и чтобы им не поручали эту работу.
Когда Ру Шань был мальчиком, он помогал матери, но, повзрослев, чаще занимался продажей товаров. Однажды днем, вернувшись домой, он услышал мужской голос, отличавшийся от голоса его отца.
Ру Шань не должен был заглядывать к матери. Его учили относиться с уважением к собственному саду женщины. Но вдруг его мать рассмеялась, и, хотя она быстро подавила свой смех, Ру Шань все же заметил, что это был необычный смех. Он уже давно не слышал, чтобы мать так звонко и весело смеялась. Лишь в его далеком детстве, когда он кривлялся, придумывая смешные гримасы, чтобы развеселить ее. Поэтому, не долго думая, он подшел и заглянул.
Он узнал мужчину, с которым была его мать. Это был английский капитан с торчащими усами и заразительным смехом. Этот человек хотел купить ткани, но они еще не были покрашены. Наверное, он пришел сюда, чтобы помочь ей.
Но Ру Шань был поражен. Его мать, Мэй Лан, давно знала этого капитана. Она часто выполняла обязанности переводчика. Выучив английский у одного миссионера, она стала ценным приобретением для дела Чэней. Англичане любили говорить на своем языке, даже если им приходилось прибегать к помощи женщины. Несмотря на давнее знакомство, капитан не должен был приходить в их дом и приносить сюда запахи белого человека, смеяться и размахивать своими большими руками.
Ру Шань был готов вышвырнуть этого человека из дома, но тут его мать снова рассмеялась. Наверное, от какой-нибудь глупой выходки капитана. И снова она подавила смех, зажав рот своей маленькой ладонью. Ру Шань, вновь услышав ее смех, неуверенно попятился.
Разве позволительно сыну лишать свою мать радости? Эта женщина неутомимо трудилась ради прибыли семьи Чэней. Если капитан как-то облегчал ее труд, то он, Ру Шань, не станет вмешиваться.
Но он не забыл этого случая.
Тело Ру Шаня стало напрягаться, готовясь выпустить энергию ян. Его сознание тоже было готово: инь и ян свободно смешались. Ру Шань почти вступил в небесные чертоги, чтобы увидеть образы, которые бессмертные хотели открыть для него.
Но внезапно он почувствовал, что теряет концентрацию. Ли Ди лизнула рот его дракона, пытаясь обхватить его ртом. Она стала посасывать его так же, как он это делал с ней. О Небо, как же она быстро училась! Его ноги задрожали, дыхание с шумом вырывалось изо рта. Да, сегодня он обретет долгожданное бессмертие.
