Читаем без скачивания Большой беговой день - Анатолий Гладилин

Арчибальд проворно выворачивал на финишную прямую с последнего поворота, но тут на ипподроме стал нарастать гул. С поворота, чуть ли не десятым колесом, сделав немыслимый крюк (лишних пятьдесят метров), вылетела упряжка и буквально в несколько секунд оторвалась от основной группы лидеров метров на двадцать. Это была не лошадь - это была ракета! По ликующему реву ипподрома я понял, кто победил, - конечно, Алеша!

Казалось, последние метры дистанции Алеша проходил шагом. Разумеется, так только казалось. После ошеломляющего посыла на повороте казалось, все вообще остановилось, и наездник бросил вожжи.

И действительно, чего ему было бояться? Соперники ехали на лошадях, он на ракете!!

Ничего подобного я никогда в жизни не видел.

По-моему, Арчибальд проиграл даже второе место, но нас это уже не интересовало.

- Какой заезд! - восторженно повторял Женя. - Увидеть и умереть!

- Все, отмучились? - спросил Эдуард Иванович.

- Заткнись, Эдик! - цыкнул Женя. - Ты ничего не понимаешь в искусстве!

И как ни странно, Эдик заткнулся.

Я упросил ребят не уходить, остаться еще на заезд, посмотреть терсе. И мы продолжали говорить про Алешу и не обращали внимания на разминку, а когда прошел заезд, мы продолжали говорить про Алешу - мол, такой лошади в природе не существовало, плевали мы на проигрыш, едем в Москву, увидеть Алешу и умереть... Говорили мы с Женей, а Эдуард Иванович молча, заткнувшись, сжимал в ладонях кучу проигранных билетов. Потом, когда публика стала орать, я глянул на финишную прямую и тоже заткнулся.

Продолжал говорить Женя:

- Такой заезд! Увидеть и умереть! Алеша - это бог, плевать на все, едем в Москву...

- В Москву мы не едем, - сказал я и указал на табло.

На табло высветили номера: 19-18-11.

- Я угадал терсе. В порядке.

Теперь заткнулся Женя, а Эдуард Иванович всхлипнул:

- Ребята, вы непотопляемы!

* * *

Естественно, в понедельник на летучке у Бориса Борисовича мы заявили, что все три с половиной тысячи выигранных мною франков у нас пойдут на игру, будем биться до последнего сантима.

- А на месте Министерства финансов я бы всю валюту советского государства поставил на Алешу в призу Америки. Алеша проиграть не может!

Мне показалось, что к моему терсе Борис Борисович отнесся достаточно равнодушно, а вот слова Жени на него явно произвели впечатление.

глава шестая

Я когда-нибудь расскажу про парижскую зеленую зиму. Листья в Венсеннском лесу давно осыпались, но деревья были зеленые от какого-то мелкого мха, который покрывал стволы. Снег в Париже я видел один раз, и то в основном на крышах домов. Это случилось под Новый год, когда температура вдруг резко упала с +11 до -5°. Паника в городе была страшная. По телевидению и радио дикторы каждый божий час повторяли сводку погоды в столице и по стране, твердили: "Берегитесь гололеда! Пользуйтесь общественным транспортом!" И действительно, машинами почти никто не пользовался, улицы были пустынными, мы катались по городу на "Жигулях" Эдуарда Ивановича и умирали от смеха. Слабаки французы, испугались легкого холодка!

Московское радио передавало, что в Москве сейчас днем -25°, ночью -32°! Это означало, что Центральный Московский ипподром работал. Бега в Москве отменяли, когда температура днем опускалась ниже -29°.

В сильный мороз хорошо играть на бегах, только надо очень тепло одеться и ноги - перед тем как влезть в носки - обмотать газетной бумагой. Если наездник намеревается выиграть, он должен разогреть лошадь, тщательно ее проработать. Такая разминка сразу засекается на трибунах, поэтому особенно крупных выдач в мороз не бывает. Тотошку не обманешь.

Иногда мне снилось, что я стою в нашей ложе на ЦМИ, а вокруг меня знакомые лица: Профессионал, Корифей, Пижон, Илюша-Овощник, Бакинец, Юрочка-Заправщик, Сал Салыч, Жир Жирович, Пузан Пузаныч - родные лица московского жулья. И мы с Профессионалом придумали прекрасную комбинацию, бежим к кассам, толчемся в очереди и... не успеваем поставить. На этом самом месте я просыпался.

На Венсеннском ипподроме мы всегда успевали ставить, но наши прекрасные комбинации не осуществлялись. Правда, мы играли рискованно, под большие выдачи. Большие выдачи бывали в Венсенне, но получали их не мы.

И ни разу в Париже мне Венсеннский ипподром не приснился.

Как-то Женя просидел со мной вечер, наблюдая, как я готовлюсь к терсе, по какому принципу отбираю и связываю лошадей. А потом сказал:

- Ерунда все это, ты не в терсе играешь, а в "Спортлото". Для тебя цифровые комбинации важнее класса лошадей.

Между прочим, он правильно заметил. Например, я любил номера 5, 7, 15, 18, а вот связать 13 с 12 и 14 - у меня рука не поворачивалась, какой бы логичной эта комбинация ни казалась с точки зрения прогнозов прессы.

Мы вели прежний образ жизни, экономя на спичках и оставляя примерно по двести франков на бегах. Плюс каждое терсе мне стоило пятьдесят франков. Наши игровые деньги таяли стремительно, однако нас это мало волновало. Мы знали, что отыграемся в призе Америки, что Алеша привезет нам в три раза больше, чем мы на него поставим, а вот сколько поставим - это не наша забота, это - головная боль Бориса Борисовича, он за то и зарплату получает.

И вот тогда, после воскресенья, мы и дадим шороху в "Галери Лафайетт", закрутим там танец с "Сейками", "Сонями", джинсами!..

У Бориса Борисовича были сложные переговоры с Москвой. Раз в неделю он вызывал нас на летучку и просил нас "обосновать", "подбросить фактов", "подкрепить аргументы"...

- А чего обосновывать и подкреплять?! - возмущался Женя. - Пусть привозят из Москвы вагон валюты! Обратно отправим три вагона!

Дальше разговор шел по привычному кругу:

- А если Алеша проиграет?

- Алеша проиграть не может!

- Вы сами говорили - любая лошадь может сбиться, споткнуться, сделать проскачку...

- Любая лошадь, но не Алеша. Алеша - это космическая ракета.

- Но если все на ипподроме будут играть только Алешу? Дадут франк на франк - никакого выигрыша.

- Никогда на ипподроме не играют одну лошадь. Публика - дура, ищет темноту. К тому же на приз Америки привезут лучших рысаков из Германии, Италии, Швеции, Бельгии, США. Обязательно их будут играть. Мы подняли подшивку газет за десять последних лет. Посмотрели результаты. Ни разу победитель на приз Америки не стоил меньше трех франков за франк! Конечно, большинство будет ставить на Алешу, но лишь на призовое место. Это копейки. А Алеша возьмет первое место - в этом наш выигрыш.

- Вы даете полную гарантию?

- Полную гарантию дает лишь сберегательная касса. Кладите валюту во французские сберкассы, тогда получите пять процентов годовых.

- Поймите, ребята, Министерство финансов СССР никогда не отважится рискнуть крупной суммой в твердой валюте. Никакой ответственный чиновник такую сумму не подпишет.

- Тогда за каким хреном нас посылали в Париж?! Зачем мы тут мучаемся, ночей не спим и давимся вареной курицей! Мы предлагаем выгоднейшую комбинацию: триста процентов дохода от вложенной суммы.

- Вот если бы вы предлагали рискнуть тысячей и выиграть миллион!.. Есть же теория вероятности. Классический пример, помните, как поспорили, что нельзя встретить на улице разом сто мужчин и ни одной женщины, но прошел военный полк...

- Хватит, надоело, - вопил Женя, - лично я улетаю в Москву!

- Евгений Николаевич, - возражал Борис Борисович, - уезжать вы не имеете права! Приз Америки на носу. Вдруг Алеша на разминке захромает? Кто же это заметит, кроме вас?

- Тогда привозите из Москвы мешок валюты!

...Круг замыкался.

Кончалось тем, что Борис Борисович выставлял нам по рюмке коньяку, а сам принимался сочинять очередное послание в Москву.

* * *

В субботу мы видели Алешу по телевизору, его показывали в "Новостях" по первой программе. Мы выслушали прогноз бегов по всем радиостанциям Франции. Мы скупили все французские газеты, включая "Юманите", и внимательно изучили страницы, посвященные призу Америки. Все комментаторы сходились на том, что Алеша в прекрасной форме. В соперники ему прочили американскую кобылу Глорию, шведского жеребца Свенсена, французских лошадей Арчибальда и Алису, а также ветерана бегов - Заразу (причем двух последних не в победители, а на одно из призовых мест). Глория показала в этом году лучшую резвость в мире, а Свенсен в последних семи выступлениях не знал поражений, занимал только первые места.

- Вот и хорошо, - радовался Женя, - шесть фаворитов прессы! А публика будет еще искать темноту. Вот увидишь, дадут за Алешу тридцать пять франков за первое место, не меньше!

В одиннадцать ночи позвонил Борис Борисович:

- Алеша в порядке?

- Алеша в порядке - спасибо зарядке, - ответил Женя. - А вам чего не спится?

- Я слушал Би-би-си. Английские букмекеры выводят Алешу на первое место.