Я шел как зомби, кусая губы и приволакивая левую одеревеневшую ногу по направлению к стоянке дельтаплана. Мыслей в голове не было, была только одна цель, дойти. Когда я добрался до русла ручья, меня уже болтало как алкаша после третьей бутылки. Три шага вперед, два назад, но мое тело упорно шло к своей цели на одном только инстинкте. Свет в глазах погас, когда я увидел спасительный затон, но сил бороться за жизнь уже не было, ноги подогнулись и я упал в воду прямо с Виканой на руках.
***
Бум, бум, бум, стучат в ушах удары сердца, с трудом проталкивающего по сосудам ставшую такою тягучей кровь. Перед внутренним взглядом возникла картина, ставшая уже дежавю. Я снова тону погружаясь в черную глубину под ногами. Над головой тает синий осколок неба, отражающийся в воде. Грудь разрывается от недостатка воздуха и все мое существо буквально вопит:
– Жить, жить, жить!
Я из последних сил гребу наверх к такому далекому кусочку неба и мне, наконец, удается перебороть силу, тянущую на дно и устремиться вверх. В легкие врывается поток воздуха, и удары сердца в ушах затихают и из них как будто вытаскивают пробки. Рядом со мною плачет какая-то женщина и причитает, давясь слезами:
– Миленький не умирай, я прошу тебя, не умирай!
Причитания переходят в похожие на скулеж звуки и снова как заведенная женщина повторяет:
– Миленький не умирай, я прошу тебя, не умирай!
На мое лицо падают капли соленых слез, которые немного щиплют ранки на покусанных губах. Я открываю глаза и вижу над собой такое родное лицо Виканы, правда ее красоту немного портят покрасневшие заплаканные глаза и большой синяк на лбу, но это такие мелочи после стольких дней ожидания нашей встречи. Викана не сразу заметила, что я пришел в себя и все так же покачиваясь, причитала, держа мою голову у себя на коленях. Я закрыл глаза и погрузился в транс, анализируя состояние своего организма.
Дела со здоровьем выглядели весьма неважно, но и не настолько плохо как в те времена, когда я гнил заживо в пустоши. Проклятая стрела все так же торчала у меня в животе, но организм изолировал ее и восстановил обходные пути кровотока. Мне очень не понравилось, что уже присутствовали первые признаки внутреннего воспаления, но до горячки было еще далеко. Хуже всего было то, что моя аура оказалась абсолютно пуста и зияла огромными дырами, все запасы 'Силы' ушли на борьбу с ранением. Подзарядиться было негде, рядом со стоянкой источника 'Силы' не было, а найти новый при полностью пустой ауре я не мог физически. Аура Виканы тоже была практически разряжена, все ее ресурсы ушли на удержание меня на краю жизни. Единственное что можно попробовать так это подзарядиться от камня в двигателе дельтаплана.
– Викана, – позвал я любимую, открыв глаза.
Гвельфийка, перестав раскачиваться и причитать, уставилась на меня своими голубыми бездонными глазами. Она не сразу поняла, что произошло и, по всей видимости, отчаявшись, посчитала, что потеряла меня. Из ее горла донесся какой-то сдавленный писк, и я понял, что не все неприятности для меня на сегодня закончились. Поток слез, хлынувший из ее глаз, грозил утопить меня как котенка, а ее сладкие губы пытались зацеловать до смерти. Хотя в эротических мечтах я всей душой желал подобного к себе отношения, но жить мне тоже хотелось и я начал по мере сил отбиваться от неумеренных ласк любимой.
– Викана! – взмолился я. – Ты меня задушишь, я и так еле живой, пожалей меня, пожалуйста!
Мои мольбы, наконец, дошли до заостренных ушек принцессы, и она пришла в себя.
– Ой, что же я глупая делаю? Милый тебе же больно, а я накинулась на тебя как сумасшедшая. Прости меня, пожалуйста!
– Прощаю, – ответил я. – Викана скажи, сколько времени я валяюсь без сознания и где Ингур?
– Ингар, ты без сознания со вчерашнего дня. Сейчас раннее утро и уже светает. Ингур сидит в засаде возле реки и сторожит нас от 'лесной стражи'.
– Викана помоги мне встать, я хочу взять одну штуку вон из той хреновины, что плавает в затоне.
– Тебе нельзя вставать, ты тяжело ранен в тебе застряла стрела, которую я не знаю, как извлечь. У меня с собой ни инструментов, ни одного заживляющего эликсира, даже чистой тряпки нет. Такие раны только вдвоем и можно заживить, 'видящая' с аурой раненого работает, а армейский лекарь или боевой маг стрелу извлекает, рану чистит и зашивает.
– Викана я все понимаю, но мне нужно встать на ноги. Если я буду лежать, то сюда скоро придут другие доктора, которые будут меня лечить отрубанием головы, а это больно и неприятно.
– Они не посмеют! Я гвельфийская принцесса и 'видящая'!
– Тебя, конечно, они не тронут, а нас с Ингуром укоротят на голову обязательно! Ты просто многого не знаешь, а времени рассказывать нет. Поверь мне на слово и помоги подняться.
С помощью Виканы я доковылял до дельтаплана и достал камень 'Силы' из двигателя. С большим трудом мне удалось настроиться на него и подзарядить свою ауру. Полной зарядки мне добиться не удалось, но до половины я подзарядился. Эта процедура так же ополовинила запас 'Силы' в камне и долететь до Танола стало невозможно, но сейчас перед нами стояла только одна задача, поскорее убраться с места побоища.
Заряженная аура активизировал процессы заживления в организме и результат не заставил себя ждать, у меня прорезался зверский аппетит. Викана, обрадованная моими успехами, быстро соорудила походную кашу и чай из наших с Ингуром запасов. После завтрака я начал уговаривать принцессу вытащить стрелу из моей спины, но Викана категорически отказывалась убивать меня собственными руками, и наша беседа постепенно переросла в первый семейный скандал. Я пригрозил Викане, что заставлю брата вытаскивать стрелу, что решило вопрос в мою пользу. В процессе этой милой беседы на стоянку вернулся Ингур, который буквально обалдел от вида 'умирающего' братика, с торчащей из спины стрелой, при этом орущего на Викану.
В конце концов, мне удалось убедить Викану и Ингура в необходимости операции. Я лег на плащ, расстеленный на земле и, сжав зубы начал подавать команды Викане, контролируя магическим зрением движение стрелы в ране. Принцесса трясущимися руками ухватилась за стрелу и начала потихоньку тянуть. Стрела постоянно выскальзывала из ее пальцев и у меня буквально искры летели из глаз от такого издевательства. Наконец мои нервы не выдержали, и я приказал Ингуру привязать к стреле запасную тетиву от лука и направился к дельтаплану. Улегшись на поплавок, я перекинул тетиву через ручку управления и, потянув за нее начал извлекать стрелу самостоятельно, матерясь по-русски. Искры из глаз от боли у меня летели по-прежнему, но был и результат. Мои страдания закончились минут через десять, и стрела была извлечена. Вместе с сукровицей из раны влилась довольно большая порция гноя, указывающая на то, что внутри живота у меня не все в порядке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
